Замок над бездной (СИ)

- Готова, нис Лагош, - ответила, оглядывая его импозантный вид.
Вместо привычной серебристой мантии на декане были темные брюки, жилетка, украшенная множеством цепочек, светлая рубашка и самый настоящий цилиндр. Выглядело это очень стильно. Сегодня нис Лагош был совсем не похож на того подростка, за которого я приняла его во время нашей первой встречи.
- Тогда, если вы не против, немного прогуляемся. До музея недалеко, а погода сегодня просто отличная.
Я против не была, и мы неторопливо пошли в сторону центра. За двадцать минут, что нам понадобились, декан успел расспросить меня об учебе, впечатлениях от Ташша и отпустить пару двусмысленных шуток на тему устройства личной жизни. Я ловко лавировала между его вопросами, а насчет убийств и отношений с дааштером молчала, как партизан. Не знаю, видел он там что-нибудь на тему моего будущего или не видел, но откровенничать с ним было как-то неловко.
Сам музей я уже замечала, проходя мимо этого красивого здания с колоннами во время прогулок. А вот внутри не была. Но и сегодня мне не удалось посмотреть экспозиции даже мельком. Залы были заполнены экскурсиями, и в кабинет директора нас провели по боковой лестнице, чтобы мы не блуждали в толпе.
Директором музей оказался мужчина неопределенного возраста, лысый, как коленка. Он поздоровался с деканом и вопросительно уставился на меня.
- Ксения Баринова, моя студентка, - представил меня нис Лагош. – Ей тоже будет полезно послушать, что вы скажете.
- Ну если вы так считаете… - вздохнул директор.
- Не переживайте, нис Гайдор. Все, сказанное здесь, не покинет этих стен.
- Хорошо, - мужчина жестом пригласил нас занять пару стульев и сел в кресло. – Вы говорили, что хотите кое-что показать.
- Вот, - декан вытащил из кармана лист бумаги с моим рисунком. – Вы видели когда-нибудь подобный знак?
Нис Гайдор взяли лист и внимательно осмотрел узор. Потом подумал, хмуря брови, покусал губу и ответил:
- К сожалению, ничем не могу помочь. Я вижу его первый раз.
- И даже примерно не можете сказать? – расстроилась я.
- Увы, - развел руками мужчина. – Если он нанесен на книгу, как вы говорите… Это может быть все, что угодно. Начиная от простого декоративного элемента до метки принадлежности владельцу.
Нет, это однозначно не просто украшение. А то, что определяет книгу, выделяет ее среди остальных. Может метка или символ, но это точно что-то редкое. В своем видении я чувствовала именно так.
- А на ваших музейных книгах его не может быть? – спросил декан.
- Точно нет. Я помню каждый экспонат. Тем более, специализируюсь именно на книгах и древних свитках.
- Что ж, будем искать дальше.
- Но вот что я вам хотел сказать… - замялся директор. – Когда вы рассказали мне о том, что произошло в вашей библиотеке, я кое-что вспомнил.
Я удивленно покосилась на декана. Зачем он рассказывает всем подряд про взломщика? Не боится слухов? Или наоборот, хочет, чтобы они разошлись как можно дальше?
- Дело в том, что в прошлом году здесь случился небольшой инцидент. Нас тоже ограбили. Прямо из закрытой витрины пропало несколько экспонатов. И пусть ущерб не был таким уж большим, мы не стали закрывать глаза на кражу и вызвали следователя. К сожалению, единственное, что удалось найти, - следы вскрытия витрины. Кто это сделал и как вообще проник в музей – осталось тайной.
- Почему же?
- Не смогли найти никаких следов, - немного виновато улыбнулся директор. – Не знаю, как преступник это сделал, но он остался невидимым для всех магических охранок.
- Может быть, это был кто-то из сотрудников? – предположила я.
- Это мы проверили в первую очередь. Но нет, они здесь не при чем.
Мы с деканом переглянулись. Очень похоже на наш случай.
- А что пропало, если не секрет? – спросил он.
- Всего два предмета: небольшой кинжал и камень с отверстием – часть то ли кулона, то ли ожерелья.
- Ценные?
- Не то чтобы очень. Камень – даже не поделочный, скорее обычный гранит. Кинжал – не слишком качественный металл и простая рукоять. Единственно ценное, что в них было – это возраст. По нашим оценкам оба предмета принадлежат эпохе до Исхода.
 
Нис Лагош присвистнул, а я переспросила:
- До Исхода?
Директор музей посмотрел на меня, как на несмышленого ребенка, и декану пришлось пояснить:
- Ксения – иномирянка. Она здесь совсем недавно и еще многого не знает.
- Ах, если так…. Тогда объясню. Вы слышали, Ксения, о Творцах?
- Да, нам рассказывали на лекции по мироведению.
- Хорошо. Так вот, Исход – событие, когда Творцы покинули этот мир. Официальная наука не называет причины, но многие склонны верить, что их что-то заставило это сделать. Потому что все три Творца покинули Имирен одновременно.
- Это было давно?
- Около Семи тысяч лет назад.
Семь тысяч лет. Ничего себе. Странно, что это экспонаты в труху не рассыпались за это время.
- Значит, это очень старые предметы, - зачем-то сообщила я очевидное. – Кому они могли понадобиться? Какому-нибудь повернутому на древностях коллекционеру?
- Не могу знать, - развел руками директор. – Мы пытались искать следы по аукционам, по другим коллекциям, но безрезультатно.
- А как они к вам попали?
- О, они хранились в музее уже больше двух веков. А до этого, вероятно, прошли через множество рук. Они даже старше, чем наш город. Но мне кажется, они связаны с Ташшем. Возможно, они когда-то принадлежали замку дааштеров.
- Замку дааштеров? – переспросила я.
Ведь и правда, Сейид говорил тогда о первом оплоте магов крови. А я пропустила его слова мимо ушей.
- Да. Замок, в котором вы сейчас учитесь, Ксения, был вотчиной Ордена крови. Он стоит здесь с той поры, когда на берегу залива еще не было ничего, кроме маленькой пристани для кораблей. Но это место очень удобно для судоходства и воздухоплавания, поэтому со временем вокруг пристани стали селиться люди, несмотря на зловещую славу дааштеров. Маленькое поселение разрасталось, появился город, которому дали имя Даашш. И мастера крови решили, что здесь стало слишком шумно и многолюдно. Замок они отдали городу, чье название со временем изменилось на современное, а сами ушли в Рисские горы.
- Понятно, - медленно кивнула я.
А самой вспомнился полусон-полувидение, которое я видела на медитации. Замок на пустынном берегу, длинная лестница, ведущая к его дверям и море. Злое, тревожное море…
- У вас есть рисунки или фотографии этих предметов? – спросил декан.
- Да, где-то были.
Нис Гайдор поднялся и, что-то бормоча себе под нос, принялся ковыряться в шкафу.
- Вот, - наконец он повернулся и подал нам тонкую папку, - здесь копии. Такие же мы отдавали следователям.
Декан забрал папку и заглянул внутрь. Посмотрел, но явно не увидел ничего интересного, и передал мне. Я нашла внутри две фотографии. На первой был кулон. Сфотографированный как положено, с инвентарным номером и масштабной линейкой, он представлял собой небольшой камень сантиметра два длиной. Темный, с почти стертым рисунком из неровных линий и отверстием в средней части, он действительно не выглядел слишком ценным. А вот кинжал…
Когда я взяла в руки второе фото, мне с большим трудом удалось удержать лицо. Потому что я уже видела этот кинжал! Видела в руке мужчины, который по субботам убивал обычных горожан. Внешне он был такой же неприметный, как и кулон. С узким матовым лезвием сантиметров в пятнадцать длиной, рукоятью, обтянутой огрубевшей в камень кожей. Но это был точно тот кинжал, я уверена. У меня как будто перед глазами стоит: рука в перчатке, сжимающая рукоять, это лезвие с тонким продольным желобком, который слегка поблескивает, когда на него попадает свет. Боже, это что, наш убийца ограбил музей?
- Ксения? – вернул меня в реальность голос ниса Лагоша. – Что-то не так?
- Нет, все в порядке, - ответила я, сделав невозмутимую мину.
Не знаю, пока до конца доверять декану не получалось. Но я обязательно должна рассказать об этом Сейиду.