Ванька 5 (СИ)
Домик у него, кстати, на избушку на курьих ножках чем-то был похож. Ну, про какую сказка сказывается.
— Шалом, Егор, — поприветствовал старообрядца весьма колоритный носатый и пейсатый мужчина зрелого возраста. — Давно не виделись.
— Шалом, Самуил. Давненько…
Тут инородец Егора за рукав дёрнул.
— Чего?
Жаргал на лес кивнул. Справа от избушки.
— Да, вижу я его племянников…
Жаргал, между тем, два шага влево сделал.
Видь-то, ты, их видь, но веры…
Самуил рукам замахал. Про Жаргала разное говорили…
Глава 40
Глава 40 Про Егора, Самуила и племянников
— Ээээ… — Самуил всплеснул руками. — Егор!!!
Было от чего.
Жаргал и старообрядец уже свои винтовки в руках держали. Не оттягивали они больше им плечи.
Мне и Павлу — хоть шишками кидайся. Нашими винтовочками — рыбки в реке играли. Ну, или — водяной. Если таковой в той речке имелся.
— С самого рождения — Егор…
Отец Павла и Настеньки в центр живота Самуила свою винтовку направил. Ну, чтобы тот ещё перед смертью побольше помучился.
— Всё, всё, всё!!! Давид, выходите!!!
Из-за деревьев появились молодые копии Самуила. В количестве двух единиц.
Стволы их оружия им под ноги глядели.
— Это, я так… На всякий случай, — пытался оправдываться хозяин избушки.
— А, случаи всякие бывают…
От голоса Егора чуть трава на полянке инеем не покрылась.
Про Самуила тоже всякое поговаривали. Ну, и про его племянников.
С золотом, оно — разное случается. Вернее, с его хозяевами. Добыть его мало, надо ещё хорошо и пристроить…
Мля…
У Настеньки — револьвер в руке!
Ну, девка…
— Ты, это, про случаи эти…
Егор, в отличие от племянников Самуила, своё оружие не опускал.
— Егор, да, ты что!!!
— Ладно уж… Пошли дело делать.
Старообрядец и скупщик скрылись в избушке. Племянники рядышком с ней на брёвнышке присели. Сидели и всё на Настеньку поглядывали масляными глазами. Ну, было тут на что посмотреть.
Из избушки были слышны голоса. Чаще — Самуила, реже — Егора.
— Торгуются. — кивнул головой на лесное жилище инородец.
Потом ещё несколько слов добавил. Уже на своем, бурятском языке. Настенька покраснела. Павел — усмехнулся. Видно, одному мне сказанное было не понятно.
Торговались долго. Не меньше минут двадцати. Так, мне показалось.
Потом в избушке тихо стало.
Давид и ещё один племянник, имя его Самуилом не было озвучено, сидели-посиживали спокойно. Видно, с их точки зрения всё шло, так как надо. Ну, тогда и мне нечего беспокоиться. Жаргал, кстати, тоже больше беспокойства не проявлял.
Тут из двери избушки выглянул Егор, сына поманил. Тот со своим мешком шагнул к лесному домику.
Племянники напряглись.
Павел передал мешок отцу и вернулся обратно. Руки племянников на оружии расслабились. Давид сидел, пальчиками своими по винтовке поколачивал.
Через полчаса очередь до Настеньки дошла. Её мешок переместился в недра избушки.
Наконец, золото было сбыто с рук.
Что Самуил, что Егор выглядели довольными.
Понятное дело, Самуил не просто из любви к ближним в лесу квартировал. Получил он сейчас свою лихву.
Егор тоже был удовлетворен сделкой. В другом месте его бы больше обманули.
— Так, что там с паспортами? — выходя из домика, Егор продолжал со скупщиком уже начатый разговор.
— Как обычно, как обычно… — опять замахал руками Самуил. Видно, такая у него была привычка. — От меня скажешь…
— Понял.
В правой руке у Егора сейчас находился немаленький такой сверточек. Левой он три почти пустые заплечных мешка держал.
Почти, но что-там было.
— Тебе.
Мне было протянуто содержимое правой руки.
Я взял.
Увесистый пакетик!
Отогнул немного бумагу, что содержимое скрывала.
Так, так, так… На меня с государственного кредитного билета Екатерина II посматривала. Чуть не подмигивала.
Во как! За что мне такое?
Впрочем, катенек в пакете было не так и много. Больше бумажек более мелкого номинала. Правильно, за какой-то мелочью в лавочку с сотенной купюрой стремно ходить. Не надо лишний раз привлекать к себе внимание.
Бумажные деньги тут сейчас свободно на золотые монеты обмениваются. Совершенно законно. Но, вот сделка Егора с Самуилом, гадать не надо — уголовной статьей попахивала.
Ладно, не моё это дело. Нечего куда не надо свой нос совать…
Только, вот как мне быть? Егору и его детям паспорта, судя по всему, знакомец Самуила обеспечит. А, я? У меня ситуация совсем другая…
Ладно. Рано волосы на себе рвать…
Государя-императора кто от смерти спас?
Кто в подарок портсигар золотой с бриллиантами получил?
Иван Воробьев?
Да. Иван Воробьев!
Ну, и слово князя — тоже в империи не последнее.
Мне даже и врать особо не надо. Блуждал после аварии на железной дороге по тайге, к добрым людям прибился, они и из тайги вывели. Почему не сразу? А, болел… Поди, проверь.
Глава 41
Глава 41 Пельмени
— Пока, Самуил.
Егор махнул рукой скупщику золота. Его племянников — своим вниманием не удостоил.
— Заходите чаще.
Самуил был — сама любезность. Правильно, деньги на постоянных клиентах зарабатываются, даже если по чуть-чуть с каждого иметь. Как говорится, с миру по нитке. Тут, правда, то, что к рукам Самуила прилипало, не в нитках мерялось.
Инородец-бурят инородцу-еврею за всё время нахождения у избушки слова не сказал, а перед уходом — тем более. Павел и Настенька — тоже. Про меня уж и нечего говорить. Мне тут слова не давали.
Когда по лесу шли, Жаргал несколько раз останавливался, прислушивался.
— Идут за нами… — оповестил он Егора. Когда, в первый раз остановился.
— Племяннички?
— Они… Пугнуть?
— Не надо… — Егор поморщился.
Через час сопровождающие нас покинули. Что им надо было?
В селе, куда мы добрались ещё засветло, Егор сразу направился к волостному правлению.
Само волостное правление собирается редко, но волостной старшина и писарь ещё должны были на месте быть.
Так и оказалось. Егор по крыльцу в здание правления поднялся, мы — опять на улице остались. На лавочку присели, что перед правлением имелась.
Хоть правление и коллегиальный орган, но реальная власть у волостного старшины и писаря. Последний — не маленький человек. Без старшины многие дела может провернуть умеючи.
Через четверть часа старообрядец вернулся с нужными бумагами.
— Ну, жук…
Это он про кого?
Про волостного старшину?
Про писаря?
Оказалось — про Самуила. Всё у него было схвачено, за всё заранее проплачено. Ну, а как? Делиться же надо…
— Теперь куда? — осведомился я у Егора.
— Перекусим и дальше…
Да, перекусить бы не мешало. У скупщика поесть нам не предложили.
— Пельмешков поедим… — озвучил свои пищевые пристрастия инородец.
Да, от пельмешков и я не откажусь. Сибирские пельмени — вещь…
В трактире было не многолюдно. Вернее, кроме нас — один-единственный посетитель. С виду — явно неместный. Проездом здесь, наверное. Графинчик перед ним был уже почти пустой.
Егор его внимательно осмотрел с ног до головы, какой-то своей мысли кивнул. Скорее всего, в голову его пришло, что переодеться бы нам не мешало. Сейчас мы после пожара и лесных странствий на чучела были похожи.
— Чай, пельмени, — сделал заказ хозяину Егор. Другого персонала в заведении не наблюдалось.
Алкоголь в наш заказ не вошёл. Не баловался старообрядец этим делом.
На пятерых нам вскоре принесли два маленьких чайника и два больших. В маленьких оказалась заварка, а в больших — кипяток. Крышки у чайников были на цепочках.
Что, и здесь воруют? Вроде, не город… Или — так положено?
Носики керамических чайников были в оловянной оправе. Это — для того, чтобы чайник дольше служил, носик его не разбивался.