Читай по губам (ЛП)

И на этот раз я улавливаю слова.
Каждое слово.
Я знал, что она скажет, потому что именно к такому же выводу пришел после нашего обеда сегодня. Отец пропихнул ее на этот факультет. Ее отец — популярный художник по свету. Она знала Келлена и является причиной того, почему он здесь проектирует освещение для главного спектакля.
И она причина того, что этим не занимаюсь я.
— Мое пребывание здесь… разрушило… всё, — говорит она.
Но я вижу столько силы в ней. Эти слезы, она даже не позволяет им упасть. Она не пытается заработать мою симпатию; она уже и так владеет ей. Если Деззи спросит меня, я отвечу: она владеет слишком многим.
Деззи не просила Келлена-Придурка-Райта.
Деззи не просила меня о близости и не вставала между мной и моими мечтами. Она просто познакомилась со мной пару недель назад. Она мне ничего не должна.
И вот я стою здесь, перед этой сильной и невероятной женщиной, в которой столько страсти, что это пугает. Когда она пела на сцене, это она сама заслужила уважение каждого, кто был в баре. Ее отец не купил его, она заработала его сама.
Теперь я стою с огромным стояком в своих штанах, который отвлекал меня в течение последнего часа, и не заслуживаю ни единой ее слезинки.
Правда в том, что ее появление здесь спасло меня.
— Твой отец может дать тебе колледж, — говорю я, пробираясь сквозь вакуум в ушах, чувствуя, как горло и грудь вибрируют от моих слов. — Твой отец может дать тебе целую пьесу. — Вижу, как Деззи пытается протестовать, поэтому говорю громче, молясь, чтобы мои слова дошли до нее. — Но твой отец не может дать тебе то, что ты сделала на той маленькой сцене час назад. Ты видела их глаза? Видела всех тех людей в баре, как они слушали тебя, когда ты… когда ты пела?
Деззи поднимает взгляд, слезы вот-вот покатятся по щекам, и говорит сквозь стиснутые зубы:
— Единственный человек… для которого я пела, — ее губы дрожат, — не может… услышать… ничего.
— Я слышу тебя.
Ее взгляд вспыхивает от этих слов. Брови приподнимаются, и Деззи неуверенно смотрит на меня. Эмоции застывают на ее лице.
— Я слышу тебя, — повторяю я Деззи, каждый нерв в моем теле натянут. — Не только твои родители пытались разрушить тебя. Ты не единственная, кто боролся с судьбой, которую тебе навязывают. Я слышу тебя. — Чувствую, как ломается мой голос. Сегодняшний день может побить все рекорды по количеству слов, которые я позволил себе произнести вслух. Это все для Деззи; она делает это со мной. — Ты не одна в этой битве, чтобы найти собственный голос. Свое место. Свободу.
Наши эмоции практически осязаемы. Я переживаю, что в моих глазах появляются слезы. Слезы, которые я отказываюсь проливать за этот глупый мир.
— Меня тошнит от людей, которые думают, будто знают, кто я такой, — шепчу я, чувствуя, как с каждым словом вырывается дыхание. Обхватываю лицо Деззи ладонями, потом вглядываюсь в глаза. — Люди пытаются сказать мне, что я за мужчина.
— Что я за женщина, — эхом отзывается она.
— Говорят, что я просто техасский мусор.
— Говорят, что я просто нью-йоркский сноб.
— Деззи, я слышу тебя.
Гнев исчезает с ее лица, уступая место чему-то совершенно другому.
— Клейтон… — шепчет она
— Я слышу тебя.
Наши губы соприкасаются. Дыхание Деззи омывает мое лицо неровными потоками, пока руками мы скользим по телу друг друга.
Деззи стискивает в ладонях мою футболку. Дрожь предвкушения пронзает каждую частичку моего тела, которой касаются ее пальцы.
Прижимаю ее к стене, наши губы все еще соединены, и мы пытаемся поглотить друг друга. Тепло между нами — это огонь, который я не в силах погасить.
Я касаюсь ее сексуальных бедер.
Она прижимается к моему телу, и наши губы разъединяются только для того, чтобы я мог снять с нее сексуальный красный топ.
Он падает на пол.
Деззи находит губами мочку моего уха, а затем прикусывает ее.
Я стону, удовольствие пронзает мою шею и взрывается там, где ее зубы впиваются в меня. Разве она не знает, какую опасную игру затеяла?
Я больше не могу сдерживаться. Черт возьми, Деззи…
Подхватываю ее под колени, и Деззи обвивает меня руками, пока я двигаюсь в сторону спальни. Матрас прогибается, когда мы падаем на него, и Деззи оказывается на спине. Ее глаза вспыхивают беспокойством.
Надеюсь, она сможет справиться со мной. Я играю грубо.
Как зверь, которым я и являюсь, ползу вверх по ее телу, пока не достигаю губ. Деззи отвечает мне взаимностью с таким же голодом. Мы не позволяем друг другу произнести ни одного бессмысленного слова, обо всем говорят наши пальцы и губы.
Я просовываю руки под нее, начиная энергично расстегивать бюстгальтер. Я делаю это наощупь, но ловко.
Когда оголяю ее грудь, лицом прижимаюсь к ней, как животное. Чувствую вибрацию в ее груди от слов. «О, черт… Клейтон!», — представляю, как она говорит это, выкрикивая слова.
Затем я кусаю левый сосок.
Кладу свою ладонь на ее лицо, погружаю палец в рот, пока она судорожно дышит — ощущаю, как ее рот широко открывается и из него вырывается горячее дыхание. Деззи сосет мой палец, скользя пальцами вниз по моей спине, на что я глубоко и по-звериному рычу.
Ощущение ее ногтей на спине только усиливает мой захват зубами ее соска. Бьюсь об заклад, это почти подводит ее к краю, судя по тому, как ускоряется дыхание под моей рукой.
Есть что-то завораживающее в том, как Деззи доверяет мне свое тело, это так чертовски эротично.
Оставляю в покое ее сосок и тянусь вниз, расстегивая пуговицы на ее джинсах. Глаза Деззи блестят, пока она наблюдает за моими действиями. «Эти джинсы находятся на моем пути, — говорит мой взгляд. — И прямо сейчас я должен от них избавиться».
Наконец джинсы соскальзывают с ее тела и находят свое место на комоде, или на стене, или где угодно, я просто небрежно бросаю их.
Стягиваю ее трусики и отбрасываю в сторону. Сегодня Деззи вся моя, и я должен убедиться, что каждый сантиметр ее тела знает это.
Судя по блеску ее глаз, взгляд которых одновременно взволнован и испуган, я бы сказал, что она быстро учится.
Не сводя с нее глаз, достаю из кармана презерватив и прикусываю его за уголок, пока быстро расстегиваю штаны.
Деззи наблюдает за мной, тяжело дыша и не моргая.
Я улыбаюсь, пока стягиваю штаны до лодыжек вместе с нижним бельем, и скидываю их. Они мне сегодня не понадобятся. Вижу, как глаза Деззи сосредотачиваются на моем члене и округляются.
Она хочет этого. Я даже отсюда вижу ее влагу. Знаю, она готова для этого.
И я готов ей это дать.
Я ловко разрываю обертку зубами и достаю презерватив, затем сплевываю фольгу в сторону. Наблюдая за Деззи голодным взглядом, раскатываю его по члену.
Ее взгляд непоколебим.
Хватаю ее за бедра и подтягиваю, крепко прижимая к себе.
Деззи тяжело дышит. Она хочет этого так же сильно, как и я. Других слов не нужно.
Разве что кроме этих:
— Держись за что-нибудь.
Она смыкает ноги за моей спиной, а руками вцепляется в матрас.
Умная женщина.
Я скольжу членом внутрь, и Деззи резко вздыхает.
Сначала я медленно скольжу в нее, не отрывая взгляда. Я хочу видеть, как боль и удовольствие отражаются на ее лице. Хочу чувствовать ее тело, когда Деззи сливается со мной, ее ноги сцеплены за моей спиной, пальцы впиваются в простыни. Она приподнимает свои бедра навстречу, принимая мой член еще глубже.
Проникновение в нее не утолило моего голода.
Оно лишь укрепило его.
Обхватываю ее бедра и сильно тяну на себя, направляю отвечать на каждый мой толчок. Я не могу проникнуть в нее остаточно глубоко, и это сводит с ума.
Деззи извивается, подпрыгивая от моих лихорадочных движений. Я не знаю, какие звуки издаю, но чувствую вибрацию в груди, которая пробегает вверх и вниз по моим рукам, когда я цепляюсь за Деззи и держу ее там, где она мне нужна. Она такая чертовски тугая.