Вампир в Академии магии, или поцелуй меня, любимый! (СИ)

Его сейчас беспокоили контрабандные поставки шелка с юга и добыча алмазов в личных подземных шахтах, но на фоне всех этих размышлений неизменно и бесконечно в груди пульсировала привычная тянущаяся боль — боль о своем давным-давно погибшем сыне, которого он не смог удержать в этом мире даже ценой своего бессмертия.
Лавиан принадлежал к старейшему роду вампиров и знал еще те времена, когда они питались не только энергией, но и кровью. Именно тогда у него родился Родерик — его первенец, его гордость, его самая большая привязанность в жизни… Но он погиб, так и не достигнув своего совершеннолетия…
В те смутные времена вампиры еще не были изгнаны и прокляты, и их территории распространялись на полконтинента. Среди честных битв и сражений воины-вампиры проходили инициацию, набирались мощи, приобретали бессмертие…
Но остальные народы восстали против них и, призвав на помощь духов, магией заперли вампиров на одной из территорий, наложив жесткое проклятие: вампиры потеряли способность пить кровь и больше не могли выжить в ином месте, кроме своего королевства. Как только вампир оказывался где-то, помимо своих земель, он начинал испытывать жуткий мучительный голод, который постепенно сводил его с ума, а потом и окончательно убивал, потому что потребность в чужой энергии стремительно росла, и «энергососущего» или убивали жители тех земель, или он загибался от невозможности вовремя подкрепиться.
Да и сбежать из-под магического купола, которым оградили их королевство, было крайне сложно, поэтому никто к этому больше не стремился.
Лавиан отхлебнул из кубка и поставил его на стол. По привычке постучав по ноющей груди, он развернулся в двери, чтобы выйти, как вдруг почувствовал нахлынувшую на душу слабую магическую волну.
Мужчина замер и перестал дышать, пытаясь ухватиться за крохи постигшего его желанного ощущения, и долго всматривался в них, начиная дрожать всем телом от волнения.
В какой-то момент его ноги не выдержали, и он повалился на колени, с трепетом прижав ладони к своей груди.
— Родерик… — прохрипел он, смотря перед собой увлажнившимися глазами, — ты… переродился… и вошел в начальную стадию инициации…
Вампир с трудом поднялся на ноги и едва смог добрести к креслу. Его потряхивало. Он ждал так долго! Несколько столетий! И вот это случилось!!! Его сын снова жив! И он начал входить в стадию взросления! Его магия проснулась и отозвалась в его сердце…
Вот только он явно не в Луарии! Родерик где-то в других землях, и это очень плохо…
— Я найду тебя, сын… — прошептал Лавиан. — На сей раз я не позволю тебе погибнуть…
***
Джонас
Я стоял перед Главой Бишоном и был вынужден снова опустить голову.
— Джонас, — голос Главы звучал мягко, но был наполнен упреком, — я не узнаю тебя. Ты никогда еще на моей памяти не проявлял столько агрессии к кому-либо в нашей Академии. Ты всегда отличался рассудительностью и никогда не поступал импульсивно. А сейчас тебя как будто подменили…
Бишон присел в кресло и попросил меня посмотреть ему в глаза. Я нехотя поднял взгляд.
— Ответь мне, Джонас, неужели этот мальчишка Селий настолько тебе противен?
Я вздрогнул, потому что боялся именно этого вопроса. Ответ на этот вопрос меня пугал…
Со мной творилось что-то странное, и во всём виноват был этот мелкий извращенец.
Сам факт того, что мне придется с ним жить, жутко меня бесил, но не это вызвало во мне дикую бурю ненависти, ведь я собирался мальчишку просто игнорировать. Всё случилось вчера, на уроке зельеварения, когда Майна Шув додумалась сцепить наши с ним руки магией и умчалась прочь.
Мало того, что это было дико унизительно — обхватывать его ладонь, как будто у девицы на свидании, мало того, что мне было просто противно прикасаться к нему после его откровений по поводу извращенных привязанностей, так еще и произошло нечто, из ряда вон выходящее.
Чем дольше я прикасался к нему, тем сильнее меня начинала накрывать приятная и будоражащая волна ощущений явно магического происхождения. От его руки словно исходило тепло, которое пробегало по моим мышцам и растекалось по телу, как мёд по губам, и я начинал чувствовать расслабляющее мягкое удовольствие.
 
Я боролся с собой, стыдился и недоумевал, но чувства захватывали всё сильнее, а наслаждение уже перевалило за какую-то допустимую грань…
Когда Майна Шув возвратилась и наконец-то нас разлепила, я отскочил от мальчишки, как от прокаженного, потому что мне с ним было… хорошо!
Проклятье!!! Я готов был рвать на себе волосы от ярости и ужаса. Он колдун??? Или так проявляется его вампирская сущность, в которую я уже перестал верить???
ЧТО ЭТО БЫЛО ВООБЩЕ???
Нет! Больше никаких прикосновений!!!
Ненавижу этого извращенца!!! Он заставил меня чувствовать себя неполноценным!!!
Вечером того же дня, когда он прикоснулся ко мне уже в комнате, я так вспылил, что прижал его к стенке и чуть не вышиб ему мозги. Запретил касаться меня и говорить со мной. Выпустив пар, я немного успокоился, но уже на завтраке следующего дня меня снова накрыло.
К этому недомужчине подошел Роул и назначил встречу. Я возмутился. Опять это мерзкое непотребство за стенами Академии??? Я едва смог отмазать Роула и не открыл его имени Хранителям, а они снова за своё???
Когда же Бишон отправил меня заменить его на физподготовке первокурсников, я имел возможность еще раз удостовериться в том, что этому хилому извращенцу Селию не место в Академии магов.
Наказанием за отвратительно пройденную дистанцию стало еще три дополнительных круга, но мальчишка вдруг свалился в обморок…
Сперва я подумал, что он симулирует, но, когда увидел струйку крови из носа и как будто остекленевшие глаза, не на шутку испугался. Неужели он… умер?
Оказалось — разрыв ауры, что случается при чрезмерных нагрузках и стрессах.
Лекарша заставила меня собственноручно нести его в лекарское крыло, и я поднял его на руки.
Худощавое тело, нежные черты лица, эта кровь на полных губах и… меня накрыло раскаяние. Может, уже перегибаю палку? А вдруг я его ненароком действительно убью???
Пока нёс его, снова начал ощущать странности. В моем теле всё затрепетало, как будто магия пришла в движение. Я чувствовал, что прикосновения к Селию доставляют мне… удовольствие!
Опять??? Что за напасть?????
Мне стало по-настоящему страшно.
Что со мной? Я схожу с ума? Я превращаюсь в такого же извращенца???
Нет! Это явно что-то не моё, ведь я чувствую: эти ощущения магического происхождения. Лично сам я не питаю к мальчишке ничего, кроме неприязни! Он мне противен своей женоподобностью и извращенными предпочтениями. А еще похожестью на вампира…
Тогда, возможно, меня… прокляли?
А вот это уже вариант!
Из глубоких размышлений меня вырвал очередной вопрос Главы:
— Ну так что, Джонас? Ты и дальше будешь травить этого парня? Или мне все-таки удастся договориться с тобой?
Я глубоко вздохнул.
— Договоримся, — буркнул я, опуская взгляд.
— Отлично! — довольно проговорил Бишон. — Я знал, что ты — благоразумный парень. Эти события пойдут тебе на пользу, потому что невозможно стать Хранителем и пылать ненавистью к кому-либо. С этого дня я назначаю тебя личным наставником Селия Джайза! Помогай ему, отвечай на его вопросы, защищай и… направляй на путь истинный…
Я хотел уже было возмутиться, но потом резко передумал. Я вдруг понял, чего добивался Глава Бишон и о чем мне сейчас завуалированно сообщил: Селий был потенциально проблемным учеником и нуждался в тщательном присмотре, особенно из-за его отношений с Роулом. По сути, Глава только что разрешил официальную слежку за ним с правом вмешиваться в его личную жизнь.
— Но только без вреда здоровью и благополучию!!! — многозначительно добавил Бишон, а я позволил себе улыбку. Так-то гораздо лучше! Я готов иметь дело с этим оболтусом, если это настоящее задание от Хранителей. Да я, если надо, сделаю из него героя-любовника, не пропускающего ни одну юбку!!!