Когда распахиваются крылья (СИ)
Гоша светло и искристо улыбнулся, поднял руку и щёлкнул пальцами.
Теперь я знал, что делать. Я уверенно шагнул к перилам и вдруг почувствовал, что кто-то крепко удерживает меня за локоть. Я недоуменно обернулся.
– Васян, ты чего? – потрясённо спросил Мишка.
– Что? – не понял я.
– Ты что, действительно хочешь помочь ему? Тёмке? Ты с дуба рухнул головой вниз?
– Все нормально, Мишка.
– Нет, не нормально! Ты забыл, кто тут у нас не самый удачливый человек? Да тебе же близко к перилам нельзя подходить, тут же улетишь в свободное плаванье! И ради кого?
– Ладно, тогда ты помоги.
– Тёмке? Ага, щас, бегу и падаю!
– Не Тёмке. Мне.
– В смысле?
– В смысле я сейчас свешусь с моста, а ты держи меня за ноги. Когда я достану нож, то крикну, и ты тяни меня назад.
– Васян, ты серьёзно?
– Да, Васян, ты с какого перепугу вдруг решил стать таким добреньким? – удивлённо спросил Тёмка.
– Я всегда таким был, Тимон. Если бы ты хоть чуть-чуть со мной пообщался, вместо того чтобы ржать над моими неудачами, ты бы знал. А теперь заткнись и не отсвечивай. Ты готов, Мишка?
– Я все ещё не понимаю, Васька. Я не буду ради него – Мишка посмотрел на Тёмку брезгливым взглядом, – рисковать свалиться в реку.
– Не ради него. Ради меня.
Все ещё ничего не понимающий Мишка помедлил. Кажется, он уже почти собрался плюнуть и уйти, но потом все же кивнул.
– Не тебе помогаю, придурок, – бросил он Тёмке и с молчаливой готовностью повернулся ко мне. Он не заметил, как Тёмка странным взглядом проводил его, а потом посмотрел на свою банду.
Я лёг на трясущиеся доски и свесился с моста. Длины руки на самом деле не хватает, причём очень сильно, сантиметров на тридцать, балка, на которой застрял нож, слишком низко. Я продвинулся ещё чуть-чуть вперёд.
– Мишка, держи меня!
Через несколько секунд кто-то ухватил меня за одну ногу, а потом за другую. Я свесился ещё чуть-чуть. Нет, так не пойдёт, надо ещё ниже, до самого пояса. Продвинувшись вперёд ещё на несколько сантиметров, я понял – балка все ещё слишком низко, мне не достать.
– Я не достаю, – крикнул я. – Можно ещё вперёд чуть-чуть.
– Нет, Васян, дальше уже некуда, я не удержу, – пыхтя, крикнул Мишка.
– Погоди, я помогу, – раздался сверху голос Серого.
– И я, – глухо отозвался Тёмка.
Я почувствовал, как мою ногу перехватили, держаться стало удобнее. Я изо всех сил вытянулся и сумел-таки кончиком пальца дотронуться до ножа. Ещё чуть-чуть, совсем чуть-чуть, и нож будет у меня в руках. Я вытянулся и тут же скривился от боли – всю правую половину тела свело от боли. Да что же это такое! Неужели не дотянусь?
Внезапно я почувствовал, как правая нога, а за ней и левая начинает выскальзывать из сапога. Парни, кажется, этого не заметили, сосредоточенно держа меня за голенища. Я ухватился за вертикальную балку, чтобы не упасть, и мост отчаянно затрясся, а с ним и нож, опасно свесившись за края балки. Что же делать? Сколько бы Мишка, Серый и Тёмка меня не держали, мне не достать. Я ещё раз посмотрел на нож, и в голову пришла безумная мысль. Это единственный способ, но мне должно очень крупно не повезти и одновременно повезти очень сильно, как какому-нибудь Гарри Поттеру. Так вот как ты все это должно быть? И ты, Гоша, наверняка об этом знал!
Ответом мне прозвучала полная тишина.
– Ты как, Васян? – крикнул с моста Серый.
Ещё несколько секунд, и сапоги останутся без моих ног.
– Все нормально, продолжайте держать ме… Ааа!
Ноги выскользнули из сапогов. Я покатился вниз, одной рукой неудачно попытавшись зацепиться за балку, а другой схватить рыбкой шмыгнувший в реку нож, и с громким и глухим «бульк» ухнул прямо в середину речки. Зелёная холодная, пахнущая тиной и рыбой вода тут же залилась мне в уши, нос и рот. На миг перепутав, где верх, а где низ, я, отчаянно барахтаясь, вынырнул и закашлялся. Вот тебе и третий, блин, раз…
Сверху донёсся жалобный голос Мишки, сжимающего мой сапог:
– Васян, ты живой?
– Живой, – буркнул я, отплёвываясь. – Сапоги мои верните.
– Щас… Спускаемся…
Через несколько мгновений к берегу спустились Серый и Мишка, за ними Женька, за ней, чуть отстав, – Тёмка.
Брезгливо отмахиваясь от крупных кусков ила, поднявшегося на поверхность, я подгрёб к берегу, скорее шагая, чем плывя, и вышел, то и дело оскальзываясь, на берег. Посмотрел на свои носки – ну понятно, теперь их проще выкинуть, чем отмыть. Как, наверное, и ноги в них.
– Васян, прости, это я не удержал, – взволнованно проговорил Мишка.
– Не переживай, ты тут не при чём, – ответил я, отряхивая насквозь промокшую куртку от прилипшего ила и водорослей.
– И чего только туда полез? Сказал бы мне, я бы сам, может быть, смог, – воскликнул Серый, осматривая меня с головы до ног. – Ты же знаешь, что ты слегка… ну того…