Мутное дело (СИ)

— Потом поноешь, — раздраженно оборвала его женщина.
— Кто?
— Темно же. В трубу не особо подробности рассмотришь.
— Но у тебя есть подозрения, — утвердительно сказал Маркус.
— Ага. Они по амуниции на Светлых эльфов похожи.
— А уши? — влез Вис.
— Идиот, — Урка потерла глаза, — они же в шлемах. Или ты думаешь, что боевые отряды эльфов голенькие бегают по лесу?
— А я чего? — стушевался мужчина. — Я бы, кстати, посмотрел. Особенно на эльфиек.
— Точно идиот.
— Что думаешь? — прервал перепалку Маркус, обратившись к женщине.
— Вряд ли это сильный отряд, скорее молодняк. Иначе бы они удалённо магией вырубили. Но сейчас они ушли куда-то в лес, так что наверняка готовят тропу для отхода.
— А мы что будем делать? Нападём? — спросил Вис.
— Ты идиот? На неизвестное количество эльфов в лесу? — как уже говорилось, мужчина был человеком исполнительным и в целом неплохим, но его категорическое нежелание познавать мир вокруг приводило к забавным и весьма опасным казусам. Например, слежение за дилижансом Тёмного Герцога или неадекватная оценка сил противника.
— А что тогда?
— Вызывать подмогу! — прошипела Урка.
— Плакали наши денюжки.
— Плакали наши жизни, если тут эльфийская облава по всем правилам, — отрезал Маркус, соглашаясь с женщиной, — давай, Урка. Связывайся с центром.
***
Вор резко вернулся в сознание и обнаружил, что сидит буквально спелёнатый древесными веревками, прислоненный полусидя к какому-то дереву. Доран не стал открывать глаза, даже малейшую щелочку и вообще постарался никак выдавать тот факт, что он больше не в безсознанке. Откуда-то со стороны раздавалась речь двух или трёх эльфов, судя по интонации, разговор шёл на повышенных тонах, как будто люди, то есть эльфы, не могли между собой договориться. К сожалению, вор не мог понять причин конфликта, так как остроухие пользовались собственным языком, а не разговаривали на общем. Кстати, вот и ещё один повод не любить эльфов: говорят на своём непонятном тарабарском, замышляют какие-то козни, приличным людям однозначно нечего скрывать, и они говорят на том языке, который понимают все. В голове юноши промелькнул устойчивый идеологический штамп: пропагандисты Императора и Тёмного Герцога хорошо поработали над образом Светлых эльфов.
Хорошо, что в текущий момент ситуация не предрасполагала к избыточной рефлексии, и вор вновь вернулся к оценке окружающей действительности. Спор продолжался. К ним присоединился ещё один эльф, но смысла это не добавило. Но есть и плюс, пока они спорят — они не готовят портал или зелёную тропу, а значит есть шанс побарахтаться.
Вор приоткрыл щелочки глаз, чтобы осмотреться, раз слух не даёт достаточно информации. Небольшая прогалина в лесном массиве, метров десять в диаметре. Пятерка стоящих эльфов. Три девушки. Два юноши. Вроде бы такое распределение полов, а то по чистокровным эльфам это не совсем очевидно, особенно когда они начинают нарушать гендерные различия в одежде и украшениях. Спорят девушка и юноша.
Доран закрыл глаза. Пятерка выглядит не очень профессиональной: во-первых, он очнулся раньше срока, иначе бы его вырубили снова или начали допрашивать. Профессионалы всегда знают время действия снотворного. В защиту эльфов можно было отметить, что сейчас в крови Дорана болтался адовый коктейль из передоза зелья ночного зрения и обезболивающего, что позволило ему оклематься раньше срока. Вот только это не отменяет того факта, что за пленником всегда надо наблюдать, мало ли что он может выкинуть. Особенно, если у вас руки растут не из плеч, а из задницы, и если вы что-то и знаете о связывании людей, то подчерпнули это из школьных газет. Собственно, это было вторым основанием для подтверждения молодости эльфов — связан он был очень по-дилетантски. Да, веревки много, но важно же не количество, а качество. Так что эльфы явно молодые и не очень опытные.
Значит, скоро здесь окажутся их старшие товарищи.
Но пока старших нет, можно начать готовиться к побегу. В кисть Дорану скользнул шайтанчик: короткий, буквально два сантиметра лезвие, нож. Его даже нельзя отнести к воровским инструментам, так как шайтанчиком пользовались женщины-закройщицы. Это толстое, короткое, острозаточенное лезвие позволяло быстро превращать выделанную шкуру в набор заготовок для будущих кожаных изделий. Вор уже не помнил, когда он познакомился с этим ножом, но давно и с тех пор всегда имел при себе маленький, но весьма удобный инструмент. Сейчас же шайтанчик выскользнул из пространственного кармана, и Доран начал медленно перерезать веревку, стягивающую руки за спиной. Кстати, ещё один факт — эльфы отобрали его вещи, даже куртку с накидкой сняли, а про пространственные карманы не подумали. Может, снять они их и не могли, но подумать-то стоило. Не такая уж и редкая вещь.
 
***
После того, как Урка вызвала подмогу, ищейки расположились поудобнее и приготовились ждать. Обычно подмога, если ищеек в буквальном смысле не убивают, а иногда и когда убивают, приходит через несколько часов. Но не в этом случае. Наведенный десантный портал засветился, и из него выскочила дюжина мрачных тяжеловооруженных легионеров в полной амуниции.
Троица резво вскочила на ноги и синхронно подняла руки, показывая, что они безоружны и неопасны. Что в целом объяснимо: рожи у подмоги были самые что ни на есть кровожадные. Такой случайно прирежет, а потом пойдёт в кофейню торт-медовик кушать.
Легионеры рассеялись по прилегающей территории, беря её под контроль. В это время через портал неспешно прошёл главный — рослый легионер в полной артефактной броне. За ним проскользнули бойцы: армейская разведка, пара боевых магов, тяжелые пехотинцы, промелькнуло несколько плащей с символами ищеек, но они явно тут были не на первых ролях. В общем, к призыву о помощи отнеслись максимально серьезно. Конечно, троица ожидала, что на такой инцидент, как проникновение враждебных Светлых эльфов (а любой эльф без приглашения — враждебный) на территорию Империи, пришлют кого-то не из Службы. Это очевидно. Но чтобы к этому отнеслись так серьёзно… Насколько Урка разбиралась в знаках различия, она поняла, что на подмогу пришла тяжелая преторианская пехота (а другой среди преторианцев просто не было), легионеры-разведчики Восьмого Северного, а вот к какой ветви и рангу принадлежали маги было совершенно не ясно. Слишком у последних всё заморочено.
— Полуцентурион? — глухо донеслось из-под глухого шлема главного преторианца.
— Чисто, советник, — ответил один из тяжелых пехотинцев.
Урка про себя поморщилась. Советниками обычно назывались самые высокоранговые служители Империи, имеющие право хотя бы раз в год лицезреть самого Великого Императора. Значит операция перешла на высочайший уровень интересов Империи. С одной стороны, это прекрасная возможность, с другой стороны — прекрасная возможность оказаться прикопанными в этом самом лесу. Наверняка кто-то из здесь присутствующих был представителем Тайной Канцелярии, и вот что ему в голову придёт, вдруг он решит, что эта троица ищеек знает слишком многое?
— Вольно, — голос преторианца отвлёк Урку от тяжких раздумий, — кто такие?
С этими словами легионер снял тяжелый шлем с головы. Ищейки вздрогнули. Это был тот самый преторианец, который вроде как выпустил вора, покушавшегося на Императора, из Аланиса.
— Так. Вы меня знаете, — констатировал Максимус, — а я вас нет. Это не очень хорошо.
— Ваше высокобл…, — начала было Урка, но была прервана ладонью легионера.
Минутная пауза на размышления.
— Разберемся с этим позднее. Центурион.
 
— Да, советник.
— Обеспечьте этим троим безопасность и проконтролируйте, чтобы они никуда не делись, — преторианец даже не пробовал скрывать, что с этого самого момента они пленники.
— Протестую, — высказался один из новоприбывших представителей Службы Розыска.
— Центурион, — не поворачиваясь приказал Максимус. Сотник понял без слов и буквально за шкирку уволок ищейку в сторону, где оперативно и доходчиво (при помощи пары пощечин латной перчаткой) объяснил всю глубину ошибочности нарушения иерархии и обсуждения приказов вышестоящих. Остальные прибывшие резво осознали, что операция только что окончательно и бесповоротно перешла под управление иного ведомства.