Мутное дело (СИ)

— Это была проверка? — вопрос генерала отвлек Фериша от созерцания картины джунглей.
— Хорошая работа, — равнодушно похвалил советник, поворачиваясь к генералу и офицерам, — да, маршал. Это была своего рода проверка, — холодно произнес советник, с которого слетела вся театральность, — отчёты отчётами, но Император хотел составить личное мнение и убедиться, что вы способны справится с порученной миссией.
— Заклинание аватара? — непроизвольно воскликнул лорд-маг.
Фериш кивнул.
— Ваше Императорское… — бывший генерал мгновенно преклонил колено. Офицеры промедлили буквально на миг и последовали примеру новоиспеченного маршала.
— Маршал, встаньте! — прервал суету советник. — Император уже ушёл. Пора поспешить, у меня осталось не так много времени, чтобы просветить вас по ряду вопросов.
— Что хочет Империя от своего верного сына?
— Ничего хорошего, маршал, ничего хорошего. За всю ту кровь, за все злодеяния, что вы совершили во имя Империи вы получили прозвище Мразь. Даже не знаю, как вас прозовут за то, что вы свершите. Вы готовы, маршал?
— Я и мои люди всегда готовы, советник. Нет такого поступка, который мы не совершим ради Империи!
  
Глава 18. Лёгкое путешествие
 
До выключения света в дилижансе Доран успел бегло ознакомиться с основными темами в газетах, и сейчас его клонило в сон: сказывалась почти двухдневная беготня и психологическая нагрузка. Наконец, усталость достигла такого уровня, что мысли об убитом подростке перестали волновать. Вор подложил под затылок подушку, натянул капюшон, закрыл глаза и практически мгновенно уснул.
Проснулся он уже поздним утром, когда транспорт был на очередной остановке.
— Стоянка тридцать минут, — объявил проводник и пошёл открывать двери дилижанса.
Доран встал, потянулся, захватил свой вещмешок и выскочил наружу. Настроение было наипаршивейшое. Вроде и сидушка нормальная, но всю ночь снилась какая-то муть, так что получился не сон, а какое-то мучение. И вновь вернулись мысли о подростке, правда, к облегчению вора его совесть уже согласилась переквалифицировать сие деяние с непредумышленного убийства на несчастный случай.
Оглядевшись, Доран увидел пару интересных мест: трактир и храм непонятного божества. Сначала он заглянул в едальню и заказал себе плотный завтрак, логично решив, что припасы лучше поберечь. Во-первых, мало ли как жизнь повернётся, во-вторых, сухпайки всегда проигрывают по вкусовым качествам домашней горячей еде. Получив от трактирщицы заверения, что еда будет готова буквально через пять минут, Доран отправился в храм. Там он нашёл местного священника и заплатил тому двадцать серебряных за то, чтобы отслужил мессу за упокой по лучшему разряду. Совесть немного успокоилась, хотя Доран не имел ни малейшего понятия, что же это за храм. Явно не Триединого.
— Что у нас тут? — с чуть лучшим настроением вор присел на указанное трактирщицей место.
Жирная яичница-глазунья из дюжины перепелиных яиц, ломоть разваренной говядины и какой-то травяной салат расположились на здоровенной краюхе серого хлеба. Выглядело хоть и просто, но весьма аппетитно. Взяв приборы, Доран собрался приступить к завтраку, но тут его коварный мозг подсунул следующую мысль для размышлений: дескать, дружище, а что там с твоей сестрой? Хорошо её спрятал? Уверен, что её еще не схватили? Может, её сейчас где-то пытают?
— Блядь! — прошептал Доран. Лучше бы он дальше бегал как загнанный кролик, тогда по крайней мере в голову не лезли идиотские мысли. Идиотские потому, что сделать он ничего сейчас не может, а вместо концентрации на цели он тратит силы на переживания. Причём в двух сутках от финальной точки.
Аппетит был испорчен. Жестами показав трактирщице завернуть завтрак с собой, вор скрылся в дилижансе.
В углу трактира сидели три пастуха, два мужчины и женщина, и неспешно потягивали теплое пиво. Трактирщица периодически поглядывала на них: мало ли, ещё запросят поднести. Сидели они тут с раннего утра, заказали плотный завтрак и с того момента так с веранды и не сходили. Женщине это показалось немного странным, но, видимо, пастухи возвращались откуда-то после длинного перегона и сейчас отдыхали. Мужчины и женщина, естественно, не ведали о сложных размышлениях пухлой трактирщицы и о чём-то тихо шептались между собой.
 
— Он? — спросил один, самый крупный, можно сказать даже толстый, пастух.
— Он! — уверенно ответила женщина.
— Когда будем брать? — спросил второй мужчина, про которого как раз, в противовес первому, можно было сказать плюгавенький.
— На следующей станции, — уверенно сказал толстяк, — я как-то раз бывал там. Такая дыра.
— Куда вы, мои тупенькие, спешите-то? Постоянно бежите вперёд дилижанса, — саркастично осадила их размышления представительна «слабого» пола.
— Но награда… — начал худой.
— Её уже урезали в пятьдесят раз, — отмахнулась женщина, — Время вышло, что теперь кулаками махать.
— А вдруг её вообще отменят? Мы тогда вообще полмесяца за ним зря гонялись, к тому же три метки истратили!
— Ну, значит, не повезло! Надо за ним проследить и выяснить, куда он так целенаправленно рвётся.
— Блин. Урка, мы тебя послушали в Аланисе и что в итоге? Пока за ним ходили — награду уменьшили.
— Бывает. Что о прошлом сожалеть?
— Да сейчас за него Служба жалких пять золотых даёт!
— Вис, с каких пор для тебя пять золотых стали жалкими? — голос женщины сочился сарказмом. — Если есть лишние, ты не стесняйся — отдавай.
— Что делаем-то в итоге? — вмешался в разговор толстяк.
— Да, всё просто, Маркус. Сопровождаем. Наблюдаем. Выжидаем, — ответила Урка. — Чует моё сердце: приведёт нас этот паренек в интересное место.
Конечно, эти трое никакими пастухами никогда не являлись (ну, кроме когда-то Урки, она-то на ферме на юге Империи выросла), а были полномочными представителями Службы Имперского Розыска, в простонародье — имперскими ищейками.
Сама Служба Имперского Розыска представляла собой довольно странную структуру. С одной стороны, абсолютно полностью Имперская государственная структура, с другой же стороны, вся организация процессов как в типовой гильдии наемников: отсутствие строгой иерархии, минимальные оклады (и то, не всем оперативникам), всё построено на системе вознаграждений за выполненные задания. И подобных противоречий было множество. Ищейки не входили в состав вооруженных сил Империи, но имели право на свободное ношение оружия и прямую обязанность его применения для защиты законов Империи. К тому же, несмотря на официальную «невооруженность» Службы Имперского Розыска, она имела прямые линии взаимодействия с остальными силовиками, и их членов регулярно привлекали для оперативно-розыскных мероприятий легионы и муниципалитеты городов. В целом ищейки брались за любые задачи по поиску людей: от не платящего алименты крестьянина до вооруженного легионера-дезертира, реже брались за контракты по розыску и взысканию имущества (преимущественно принадлежащего простолюдинам), то есть выступали дублирующей структурой для судебных приставов. Естественно, иногда им не хватало сил справиться с той или иной задачей, в этом случае они по своим каналам запрашивали помощь у иных имперских служб.
В общем, странная организация с довольно странной структурой, но именно её представители единственные, кто смог проследить за вором от самой столицы.
Дилижанс остановился у неприметного дорожного столба. Вор попрощался со всему попутчиками и выскочил наружу, провожаемый любопытствующими взглядами. Ну и одним томным — в дилижансе ехала почтенная матрона с дочкой вполне себе детородного возраста. Вот последняя со вчерашнего дня старательно пыталась привлечь внимание Дорана, но тот её игнорировал. Лучше бы эта дура малолетняя обратила внимание на ведьмака, который тоже поехал на дилижансе. Вот этот добрый молодец точно бы помог ей унять пламя похоти на какой-нибудь длинной остановке.