Разлом: Корпорации добра (СИ)

Девушка усмехнулась.
— Ну и теории у тебя.
— Сам порою удивляюсь.
— Получается, что для огня хаоса в нашем мире нет материала для горения, и как только иссякает вложенная в него сила — он гаснет? — спросила Ласка. — И значит, в нашем мире демоны хаоса слабее?
— Верно. Более того, помнишь кристаллы хаоса — порталы, через которые проходят как порабощенные хаосом существа из других миров, так и простые демоны хаоса?
— Угу.
— Они создаются незавершенными и помещаются в мир, поглощая магию, и, благодаря ей, эволюционируют, становятся сильнее, за счет чего сквозь них могут проходить более мощные существа, а также они начинают все интенсивней заражать местных хаосом. Вот почему, когда мы штурмовали базу с капсулами, позволяющими аватарам покидать определенную область вокруг нее, там были воины хаоса и даже кристалл, но местные вояки не подпали под его влияние — оно было слишком слабым. Так что в нашем мире эти кристаллы не могут эволюционировать.
— Значит, наша вселенная в относительной безопасности? — спросила Ласка.
— Не совсем. Все-таки к нам могут проникать демоны-лорды, которые не связаны этим условием. Хотя, о чем это мы? У нас же есть источник, который может подтвердить наши выводы.
Я отправил мысленный запрос. Через несколько мгновений перед нами открылся огненный портал и вышел Феистол — все такой же прекрасный. И если бы не рога и кожа, то его можно было бы принять даже за человека.
— Здравствуйте, господин. Вызывали?
— Да.
Я молча раскрыл ладонь, а затем на ней вспыхнул зеленый огонь. Глаза Феистола раскрылись в удивлении, он посмотрел на огонь, затем медленно перевел взгляд на меня.
— Да, я могу использовать огонь хаоса, — ответил я на его невысказанный вопрос. — И Ласка тоже.
Девушка тоже демонстративно зажгла огонь. Демон посерьезнел.
— Могу сказать по этому поводу только одно — огонь хаоса могут использовать только те, кто являются хаосом, — прокомментировал он.
Мы с Лаской переглянулись.
— Вообще-то мы не об этом хотели тебя спросить. Но все же ты дал новую пищу для размышлений.
— А о чем?
— Горит ли это пламя за счет того, что сжигает магию в воздухе?
— Хм… ну да. Насколько знаю, это так.
— Хорошо, еще другой вопрос. Зачем вам выставлять кристаллы хаоса и призывать существ? Почему не захватываете миры просто своей силой? — задал я очередной вопрос.
— Потому что мы не бесконечны. В начале войны, когда хаос пошел в великий поход по захвату всего сущего, мы так и делали. Но встретили жесткое сопротивление. Раньше мы были ослеплены собственной силой, но в захватываемых мирах смертные оказались не такими беспомощными. Пошли потери, большие потери, демоны-лорды гибли в боях в сотнях миров. Поэтому мы создали кристаллы, позволившие призвать армию обычных демонов и усилить нас. После чего захваченные миры не разрушались, а подчинялись.
— Но почему? — спросила Ласка.
— Потому что мы хоть и вечно живущие, но наше число ограничено. Гибель каждого демона — невосполнима. А тем более, если гибнет демон-лорд. Причем чем более сильный демон — тем меньше их число. Гибель демона-лорда пятого круга — уже огромный урон. А гибель первого — катастрофа. Ведь только демоны-лорды могут создавать порталы, да и то в пределе мира. В иные миры первым маятником выступают Боги хаоса, они помогают нам создавать порталы, чтобы перейти из одного мира в другой и уже там ставить кристаллы хаоса и вызывать порабощенных существ из других миров. Даже если Бог хаоса достаточно силен, для того чтобы попытаться в одиночку захватить мир, то как он будет его удерживать? Стоит уйти, как через несколько десятилетий может подняться восстание и мир от хаоса придет к порядку — случаи уже были. Да и не во всех мирах Бог хаоса может победить в одиночку. Более того, уничтоженный мир со временем может прийти к порядку. Да, на это потребуются десятки миллионов лет. Да и нет такой цели — уничтожать все на своем пути. Я не знаю цели, но знаю, что у владык она есть.
— Ясно. Что ж, спасибо за ответы.
 
— Рад служить и готов прийти в любой момент.
Демон покинул нас. И пусть он ответил на важные для нас вопросы, но появилось множество других.
— Все-таки пусть и не наш мир, но наша вселенная в относительной безопасности, — наконец произнесла Ласка.
Я взял банку с ядом, убрал ее в инвентарь, подошел к самцу, которого убила Ласка, поставил новую банку и нажал на железу. Тут же по клыку медленно, словно это кисель или клей, потекла мутная жидкость. Срываясь с него тонкой струей, она стала наполнять банку.
— Это верно. Надо будет потом рассказать Шестерне обо всем, что узнали. Если прямой серьезной угрозы захвата Хаосом нашего мира нет, то значит, и готовящуюся войну с корпоратами можно приостановить. Или вести ее дольше и другими методами. Не спешить все решить одним кровавым ударом. Ведь после такого удара и правда воцарится хаос временного безвластия — мэры не сразу смогут перехватить всю власть в супергородах в свои руки. Ведь у корпоратов есть и другие руководители, есть нижние чины, что попытаются взять власть, либо во всей суперкорпорации своего города, либо в ее части, и в инфопространстве будет хаос. А если у нас есть время на подготовку, то так даже лучше.
Девушка кивнула, а я тем временем подставил другую банку.
— Выходит, хаос — это то, что уничтожает магию, сжигает ее всю? — внезапно спросила Ласка.
— Да, — ответил я уже слегка растерянно, пытаясь понять, к чему она клонит.
— Так получается, что в нашем мире нет маны.
— Верно, иначе она бы горела, были бы маги и магия, а также можно было бы выращивать кристаллы хаоса и прочее.
— Да уж, — усмехнулась Ласка, а затем, хихикнув, пошутила. — Может, наш мир хаосу и не нужно покорять, потому что он и так похож на мир, покоренный хаосом давным-давно, что в итоге выжег всю магию.
Я хмыкнул. Мы посмотрели друг на друга. Мы оба понимали, что это шутка, что вроде бы смешно, но почему-то наши улыбки стали какими-то вымученными, на душе стало тяжело и холодно, будто придавили ледяным булыжником.
И все потому, что эта шутка, совсем может быть вовсе и не шуткой. Не зря же Феистол уточнил — что пламя хаоса может использовать только хаос.
* * *
Пауки валятся один за другим, мы с Лаской выглядим как некие ангелы отмщения, правда крупных пауков, начиная с уровня собаки — больше не видели, максимум только размером с голубей или ворон. Конечно, для нашего мира и такой паучище считается гигантским, но в реалиях разлома — это что-то мелкое, типа муравья. А для нас с Лаской так и вообще он не представляет проблем. Благодаря высокоуровневой броне — мы просто не получим урона от укуса, даже если он будет произведен в незащищенную часть. Броня в мире разлома действует не так как в нашем. И если нагрудник дает 40 брони, то даже если удар придется в голову или ногу, а урон будет в районе этих 40, то получивший удар — урона не получит.
Два раза нам попались норы с паутиной вокруг — места проживания самцов арахнатов. Как раз те, в которых жили прибежавшие к нам. Вообще, я так понял, что арахнат живет в своей паутине и старается не покидать ее пределов, но при этом сами арахнаты, в отличие от пауков нашего мира, очень социальны и соседние паутины для арахната тоже считаются своими. Так что взрыв снаряда базуки и привлек столько арахнатов потому, что они посчитали это нападением не столько на соседей, сколько на себя лично. Поэтому вся паутина в лесу воспринимается каждой особью — как своя. Более того, они плотно взаимодействуют друг с другом, хотя, наверное, это в силу того, что биологически являются семьей, будь тут другой арахнат — неизвестно, как себя повели бы местные.
Я проверил каждую нору и убедился, что они пусты, но на всякий случай все же бросил в них по огненному шару, чтобы прибить, если туда кто-то заполз.
Благодаря карте и чипу, отмечающему, где мы были, а также убитых врагов, мы не только не заблудились, но и эффективно зачищаем округу — нельзя оставить в живых ни одного паука, иначе через какое-то время они тут вновь расплодятся.