Мурмир

Удивительнее всего было то, что девушки, казалось, не замечают его страданий – Оля была естественна и мила на свиданиях – даже более мила, чем обычно. Или так только казалось Олегу? Тем не менее, необходимость постоянного общения с Олей стала ему в тягость – раньше Олег и представить себе не мог, что так часто будет с нетерпением ждать окончания свидания, чтобы вернуться домой. Оля ничего не говорила о том, что они стали расходиться по домам раньше – впрочем, ей нужно было больше думать об учебе и дипломе, и вполне возможно, что она воспринимала такое поведение мужчины как проявление заботы. Впрочем, он никогда её об этом не спрашивал, поэтому мог только догадываться о её мыслях. Гадать Олег не любил, а прямые вопросы в такой ситуации задавать не решался – так и выходило, что встречи с Олей вызывали не радость, счастье и ощущение нужности, а раздражение.
С Мауйей всё было по-другому. Он мог прийти домой и поговорить с ней за чашкой чая или кофе на любую тему – ему было интересно всё, о чем бы она ни рассказывала. Даже те темы, которых он избегал с Олей, считая их скучными, с Мауйей оказывались приятными. Единственное, что создавало напряженность в их отношениях – это то, что Мауйя, похоже, не догадывалась о его чувствах. Или, скорее, как думалось Олегу, не хотела замечать очевидного. Во всех остальных вопросах девушка проявляла невиданную чуткость. Мужчина порой объяснял это только неким природным, кошачьим чутьем и был готов приписать это качество всем, живущим в Мурмире.
Учитывая обстоятельства, Олег мог проявить свои чувства к Мауйе лишь одним способом – помочь ей в том, чего той хотелось больше всего – вернуть свой мир и вернуться в него. Никто из них не был уверен, что это возможно – а Олег и вовсе не верил в это и даже надеялся на то, что мир Мауйи исчез. Но только один человек может прояснить ситуацию. Или хотя бы попытаться. Бывший муж Мауйи, пропавший владелец банка Марк Киселев. В успехе поисковкоторого Олег не сомневался, тем более что занимался ими с огромным энтузиазмом, желая угодить Мауйе. И помочь себе.
Как раз в день, когда в этих поисках произошел положительный сдвиг, всё и случилось.
Олег несколько дней отслеживал информацию, которая поступала по делу Марка Киселева. И в один из дней был вознагражден – появились сведения о мужчине, подходившем под нужное описание. Тот сел на поезд на станции в небольшом городке, который находился в трех часах езды. Олег даже знал пункт назначения, который выбрал этот мужчина. Доехать туда на машине можно было за сутки, и получалось, что Олег как раз мог посвятить этому выходные. Возможно, в другой ситуации он не стал бы тратить на поиски свое свободное время, но сейчас он рассматривал их как возможность побыть наедине с Мауйей. Мужчина не сомневался, что Оля не поедет с ними из-за учебы, даже если захочет. Он, разумеется, продолжал испытывать угрызения совести по поводу того, что обманывает свою девушку, но успокаивал себя тем, что таким способом просто хочет разобраться в себе.
Сутки, проведенные вместе в машине, казались Олегу отличным тестом на совместимость. В том, что Мауйя поедет на поиски Марка вместе с ним, Олег был так же уверен, как в том, что не поедет Оля. Мауйя явно не из тех женщин, которые перекладывают свои проблемы на других. Мужчина уже успел позабыть о том, как его ещё совсем недавно возмущало, насколько часто ему приходилось помогать женщине с возникающими трудностями – к примеру, с документами и деньгами. Теперь он точно знал, что, будь у Мауйи выбор, она бы ни за что не обратилась за помощью. Но, поставив себя на ее место – а оказалась девушка не в чужом городе или стране, а в чужом мире, – Олег понял, что тоже уцепился бы за любую возможность разобраться в ситуации и решить возникшие проблемы.
В тот день мужчина предвкушал, как сообщит новости о возможном успехе их поисков, представлял реакцию Мауйи: он будто заранее видел, как на ее лице расцветает надежда. Он даже испытал укол ревности в этой воображаемой сцене – интересная ему женщина радуется встрече с другим мужчиной. Впрочем, он довольно быстро утешил себя тем, что её надежда будет связана с совсем другими причинами. К сожалению, кроме Марка, никто не может помочь ей вернуться. Впрочем, Олег надеялся, что не поможет и Марк, и рано или поздно Мауйя сумеет оценить его, Олега, заботу и заинтересуется им, как мужчиной. Правда, в воображении приходилось отбрасывать неприятные мысли о том, что будет с Олей, и о том, насколько крепка дружба между девушками.
 
В реальности, как это часто случается, всё оказалось совсем не так, как представлялось. Новостям больше обрадовалась Оля, а Мауйя засомневалась, что тот человек – действительно Марк. Конечно, она хотела в это верить, но, по ее собственным словам, не осмеливалась надеяться – ей слишком страшно разочароваться. Олег подозревал, что все надежды женщины связаны лишь с возвращением, и она просто не позволяет себе надеяться на что-то ещё.
С организацией поездки тоже сложилось не так гладко, как хотелось. Оля выразила желание поехать всем вместе, даже собралась ради этого пропустить несколько дней в университете. Мауйя, разумеется, идею поддержала. Тут у Олега впервые закралось подозрение, что женщина знает о его метаниях больше, чем показывает. Да и оттенок ревности в глазах Оли – показалось ему это или нет? Ответов у Олега не нашлось, но он понял, что его надеждам на 24-х часовое свидание с Мауйей не суждено сбыться. Видимо, он так и не сумеет разобраться в себе и понять, кто же из двух девушек ему по-настоящему нравится. Олег был несколько разочарован таким поворотом событий.
Утром в день поездки, когда Мауйя как раз застегивала свой чемодан, мужчине позвонила Оля. Крайне расстроенным голосом, не пытаясь скрыть своего разочарования, она сообщила, что ровно в этот день их группе назначили важный семинар, который нельзя пропускать ни при каких обстоятельствах. Поэтому, сообщила девушка, она не сможет составить Олегу и Мауйе компанию в поездке, но очень надеется, что тот мужчина и вправду окажется Марком и что они успеют поговорить с ним. Олегу пришлось скрыть радость в голосе, так что Оля, похоже, поверила в его разочарование. А вот Мауйя бросила на мужчину такой взгляд, что он похолодел – кажется, от такой проницательной женщины ничего скрыть невозможно. Больше ничем женщина не выдала ни своих подозрений, ни переживаний по поводу совместной поездки с будущим мужем подруги. Олег даже задумался, а не показался ли ему её взгляд чем-то большим, чем был на самом деле? В любом случае, долго размышлять об этом мужчина не собирался. В конечном итоге всё складывалось как нельзя лучше – они едут вдвоем с Мауйей, и он, наконец, сможет понять, что чувствует к ней, вызвать её на откровенный разговор о чувствах… Разумеется, в последнюю очередь его волновало, окажется ли мужчина из поезда Марком или же это – всего лишь ложный след.
Мауйя же, кажется, только об этом и могла думать. Несмотря на то, что она говорила раньше о страхе надеяться, женщина очень оживилась, собираясь в дорогу. Она ещё во время разговора о поездке поделилась с Олегом и Олей своими сомнениями – больше всего она боялась того, что её мир уничтожен безвозвратно, и она не сможет ничего с этим поделать. Но жить в неведении ещё страшнее – лучше узнать правду, какой бы горькой она ни оказалась. Только исчерпав все ресурсы, Мауйя согласится признать поражение и остаться в этом мире. Такая сила характера восхищала Олега, который знал цену целеустремленности. И прекрасно понимал, что это качество встречается столь сильно выраженным редко, особенно у женщин.
А вот для его будущей жены такое качество неоценимо – она бы в таком случае не только отдавала максимум сил семье, но и вдохновляла бы мужа на свершения, которые он сам мог только вообразить. И, разумеется, он бы добился всего желаемого – и даже большего – с поддержкой такой женщины. Олег поймал себя на том, что сидит за рулем с ключами от машины, а Мауйя вопросительно смотрит на него. Кажется, он чересчур долго предавался размышлениям. Мужчина исправил свою оплошность, тронувшись с места. Он настроил навигатор, выбрав самый краткий путь – в надежде на то, что до прибытия нужного поезда они с Мауйей проведут немного времени в каком-нибудь привокзальном кафе или, ещё лучше, ресторане. Рассказать о своих чувствах в такой обстановке казалось ему более правильным, нежели вести подобные разговоры в машине. Да и поцелуй, пока он за рулем, невозможен. А Олег надеялся на такое завершение их беседы.