Танец с чудовищем (СИ)

Я приоткрыла рот. Может, и хорошо, что так опозорилась. Облизнулась бы — выглядело бы еще беспомощнее. Где-то на задворках сознания ужаснулась, насколько это неприлично, пошло и жалко, но ничего не могла с собой поделать. Мужчина воздействовал на меня сильно, ярко, молниеносно.
— Виновные наказаны. Я задержался, — произнес он, непринужденно переступая край ванны, — чтобы подключиться к операции Фила и обустроить твою семью. Они в безопасности. По Раймоссу идут разбирательства, мама лично занимается. Она в ярости, так что будь уверена, пострадают все, кто имеет к этому отношение. Тебя, скорее всего, вызовут к ней, так что зайди завтра к феру Трайдонису, пусть закачает тебе правила поведения, законы, придворный этикет… Ох, как хорошо, — совсем другим голосом простонал изначальный, погрузившись в горячую воду.
Его тело, огромное, длинное, мощное заполнило все пространство моей ванны-бассейна. Обнаженная кожа коснулась моей. Я оказалась в плену его… ног. Острые колени с небольшими тонкими шрамами так и привлекали взгляд. Но сам мужчина, кроме вопиюще наглого поступка, более никак не проявлял себя. Лежал смирно. Наслаждался ванной.
Я оказалась в ловушке собственных чувств. Мне хотелось прогнать его и одновременно прижаться к нему. Накостылять, избить за хамство, дерзость, и расспросить о спецоперации, а затем приласкать, отблагодарить мягко, нежно, а может, игриво и страстно.
Воспринимать совместную ванну как нечто обыденное я отказывалась напрочь.
— Энран, ты меня смущаешь, — попыталась достучаться до непрошибаемого мужчины вежливо и деликатно, по-женски.
Тишина.
— Энран, — позвала я, заподозрив неладное. — Курсант!
Я потормошила его за доступное мне колено. Вот — прямо перед глазами, только руку протяни.
— Спишь? Да ну! — не поверила, заподозрив мужчину в какой-то очередной игре.
Но изначальный выглядел расслабленно и спокойно, ни одна мышца не шевельнулась на его лице.
Стараясь действовать осторожно, выбралась из его захвата и из воды. Завернулась в полотенце, не отводя взгляда от незваного гостя. Между соболиных бровей залегла глубокая складка. Устал. Сильно устал. Я подсчитала дни. Его и не было— то всего пару недель. Неужели он не спал все это время? Что должно было произойти такого, что изначальный выключился в один момент? Еще и эти мелкие шрамы. При их-то регенерации!
Память тут же подгрузила данные из чипа о семье изначального. Императорский дом никогда не загребал жар чужими руками. Сила их дара, их традиции и убеждения заставляли воспитывать каждое новое поколение в ежовых рукавицах. Если даже правительница Эми работает, не покладая рук, то на мужчину, наследника, должно быть, ложится немалая часть проблем.
Он разрешил ситуацию с предателем и подключился к спасению моей семьи и, скорее всего, общему разбирательству по Раймоссу.
Могла ли я после всего этого плохо к нему относиться? За то, что он спас мою семью, я была готова на многое, но только не на то, чего хотел изначальный — убить меня своей страстью.
Пусть он сколько угодно говорит о безопасности нашего контакта, но я уверена в обратном. И даже если в теории, по какому— либо невероятному стечению обстоятельств он все же прав, это не отменяет того факта, что я для него не более, чем игрушка.
Игрушка для наследника.
Сексуальная рабыня.
Кукла.
Он ни во что не ставит мои чувства, делает все, что вздумается, не уважает личное пространство, субординацию… и сводит меня с ума.
Одного этого достаточно для того, чтобы держать его на максимально возможном отдалении.
Я распорядилась спустить воду, отрегулировала температуру воздуха и камня, из которого была сделана купель, принесла собственное одеяло для изначального. Пусть спит. Прогнать его я не могу, но и к себе никогда не подпущу.
— Запереть дверь, — дала команду роботу. — И как он проник в комнату?
— Даргасс принадлежит ему. Никто не в праве противиться. Никто и ничто. Замки, камеры, стены академии — все подчиняется наследнику. И я тоже, — честно признался мой дворецкий.
 
— Отличные новости! — выдала я со всем сарказмом, на который только была способна. — Лучше и не придумаешь. И как мне держать его на расстоянии?
Вопрос был философским. Отчего-то я была уверена, что справиться с Энраном по умолчанию невозможно. Но роботу задан вопрос, робот ищет ответ не понимая, что это был выстрел в воздух, холостой и бестолковый, бесполезный.
— Ни один изначальный никогда не посягнет на чужую женщину. Вам следует завести официальные отношения.
Я настолько не ожидала ответа, что даже не сразу сообразила, о чем он.
— Для вида? — уточнила, обрадовавшись. Правда, не была уверена, что найду в академии фиктивного жениха, мужчины здесь, как на подбор, излишне брутальны для меня, да и сильно обделены женским вниманием, им нужна страсть.
Робот помолчал, видимо, обдумывал, прогнозировал варианты развития событий.
— Нет. Настоящий. Энран Даргасс — один из сильнейших изначальных, он улавливает отголоски ваших мыслей и без труда считывает все химические реакции вашего организма. Если вы на него реагируете, он отвечает взаимностью.
— А я реагирую, — пробубнила себе под нос. — Ярко реагирую.
— Тогда он не отступится. Только полноценная связь с другим мужчиной может вас защитить от его внимания, — повторил другими словами робот.
— Класс!
Я легла на кровать и уставилась в потолок. Перспектива — закачаешься!
Как бы я ни хотела этого невозможного мужчину, нужно строго сказать себе: «Нельзя. Запрещено» и жить дальше. И, по всей видимости, принять чьи-то ухаживания, чтобы избежать возможности стать безвольной и безэмоциональной сломанной куклой после взрыва страсти изначального.
А вдруг все же?
Нет, нельзя.
Я ворочалась с боку на бок еще около часа. Заснуть, зная, что через стенку, в моей собственной ванной, спит мужчина, способный практически проходить сквозь стены, было совершенно невозможно. Но…
— Марн, ты не мог бы ко мне прийти? — прошептала в коммуникатор, отправив сообщение, которое должно было самоудалиться через три минуты, если его не прочитают.
Секунда, другая… Минута, вторая.
— Судьба, не судьба, — шептала я так, словно кто-то мог меня услышать.
Сообщение стерлось на моих глазах, и я вздохнула. Не судьба.
Однако практически в то же мгновение дверь подала звуковой сигнал — посетитель.
— Кто? — спросила я, надеясь, что Марн каким-то шестым чувством понял, что именно сегодня, сейчас, в это самое мгновение он мне нужен.
— Это Мар-р-рн, милая Аделия.
— Не входи, я сама к тебе выйду, — прошептала через дверь.
— Хор-р-рошо, я тебя жду, — ничуть не расстроился кот.
Я быстро переоделась, заплела косу и через минуту уже держала под руку своего курсанта.
— Ты хочешь прогуляться ночью? В сад или за пределы Академии? — заговорщически уточнил он, касаясь горячим дыханием моего уха.
— Ни то, ни другое. Я хочу подышать воздухом, но боюсь гулять по ночам в одиночестве. Только, пожалуйста, не пойми меня по-своему. Просто дружеская прогулка.
— Договорились.
Кот шел и принюхивался, я же гадала, чувствует ли он Энрана и если да, почему молчит. Что делать с изначальным в ванной я не представляла, потому решила просто исчезнуть. Да и Марн уже не казался столь опасным для моих органов чувств. Первую неделю я еще вздрагивала, услышав его волшебное мурлыканье, под конец второй начала специально вызывать его, вырабатывать иммунитет.
Однако компания красивого и сильного мужчины поздней ночью, даже с учетом договоренностей, — не безопасное времяпрепровождение, и я поняла это довольно быстро. Не прошло и получаса, как мы, гуляющие довольно далеко от парка, почувствовали легкий ароматный ветерок. По закону галактической подлости, пахло именно запрещенными анфалисами. И чего их не выдрали с корнем?
 
Ответ напрашивался сам собой: женщин прежде здесь не было и причин уничтожать красивые цветы, соответственно, тоже.