Невольник. Том 1 и Том 2 (СИ)

— Копать-перекопать! — выругался я. — Какой идиот разрабатывал эту капсулу? Разве сложно было поместить контейнер внутрь? А если бы я в воду приземлился? Или на меня сразу же, едва открылся колпак, напал какой-нибудь зверь?
— Кэп, в аномалии А-один нет глубоких водоёмов, и у капсулы высокая плавучесть. Нападение также маловероятно, искин старается совершить посадку в фиолетовой зоне, в крайнем случае в синей. В этих зонах обитают твари, которые избегают любых технологических изделий. Как я уже говорил…
— Да я понял уже. Никто не хочет стать начинкой для киборга. Ладно, выходим. — Я, кряхтя, как старый дед, вздумавший взобраться на молодуху, начал выбираться из капсулы. Всё же жёсткое приземления не прошло даром — спина ныла, седалище занемело, а ноги сводило судорогой. Но я всё же превозмог и восстал, аки Ленин из своего Мавзолея.
— Товагищи, тгудиться, тгудиться и ещё газ тгудиться!
— Кэп, я зафиксировал сильный всплеск эмоций. Использовать успокоительную инъекцию?
— Отставить, Шиц. — Я переступил с ноги на ногу, сделал пару шагов вперёд и лишь после повернулся лицом к капсуле. — Мда. И на этом пепелаце я сюда прилетел? Выглядит не как чудо инженерной мысли, а как консервная банка со стеклянным боком.
— В создании капсулы использовались самые передовые технологии прошлого столетия, — произнёс искин. Мне даже показалось, что в его голосе слышится обида. — Модель получилась предельно надёжной, и в корпорации «Аурум» решили не проводить модернизацию.
— Ага, знаем. Работает — не лезь. — Я неспешно обошёл транспортное средство. Мда, вся нижняя часть капсулы и правда под землёй, ещё и метров двести тормозного следа позади теряется где-то за деревьями. Этакая борозда глубиной в добрых пару метров, медленно наполняющаяся водой. — Чёрт! Где крышка?
— Кэп, её не получится установить на место, крепёжная система повреждена.
— Да клал я вприсядку на твою крепёжную систему! Мне нужно остановить воду, иначе я хрен доберусь до контейнера со снарягой.
Матерясь сквозь зубы на аномалию, корпорацию и немного на себя, я волоком тащил оказавшуюся тяжеленной стеклянную крышку. Пить, как же хочется пить. Сука, готов отдать полцарства за глоток чистой холодной воды! Да что половину — всё!
Пока занимался переноской тяжестей по пересечённой местности и мечтал напиться, совсем забыл о болях в спине. Уже опуская в траншею импровизированную дамбу, я с радостью отметил, что ничего нигде не болит. Правильно всё же говорил дедушка Ленин — упорство и труд в кровь мозоли сотрут. Или это не он говорил…
Чтобы закрепить крышку, пришлось вбить в рыхлую почву несколько кольев — благо при падении капсула сломала несколько небольших деревьев — и под конец укрепить конструкцию всё теми же деревьями, использовав их как упоры.
Закончив с дамбой, я, словно умудренный жизнью бобёр, отправился за добычей. Вернее, принялся заостренной палкой подкапывать правый бок капсулы. Благо опыт земляных работ у меня был немалый, пришлось в своё время порыть окопы да траншеи. В общем, через полтора часа я уже вытаскивал из-под днища капсулы прямоугольный металлический ящик. Увесистый, зараза, килограмм двадцать пять-тридцать.
Выволок добычу на ровное место, и собрался было уже вскрывать свой сундук мертвеца, йо-хо-хо, когда со стороны дамбы раздался удар, чуть не сделавший меня заикой. Вскочив, будто ужаленный, я перехватил поудобнее свою палку-копалку и двинулся к стеклянной крышке, за которой плескалась вода. Уровень уже знатно поднялся — сантиметров шестьдесят точно.
— Мат твою! Это что за чупакабра? — сам не заметил, как перешёл на шёпот. Ещё бы, прямо в траншее, тыкаясь тупым рылом в стекло, находилась здоровенная хреновина, больше всего похожая на позеленевшего сома-переростка. Метра два с половиной в длину и невероятно толстый. Чтоб мне вспотеть семь раз, да у этой жертвы вневидовых отношений ещё и лапы есть! Много лап!
— Бум-с. — вновь раздалось от моей дамбы, это неведомая зверюга ткнулась в неё мордой.
— Мут, ранга Тетро, зелёного. По классификации водоплавающий, самоназвание — плывун. Его здесь не должно быть. — В словах искина не было эмоций, но я словно почувствовал его растерянность. — Кэп, быстро возвращайся к контейнеру. Код на замке — шесть единиц. Позже сменишь. Внутри в чёрной пластиковой кобуре должен находиться игольник, он крепится ремнём к крышке. Я подскажу, как им пользоваться и куда стрелять, чтоб убить одним выстрелом и не повредить железу с мутагеном. Если повезёт, заполним одну малую капсулу.
 
— Он не опасен? — на всякий случай уточнил я. — А то к хренам этот мутаген, привалить плывуна, и дело с концом.
— Судя по его низкой активности, мут оглушён или ранен, поэтому следует воспользоваться моментом.
Вернувшись к контейнеру, я отыскал кодовый замок, набрал шесть малых кружочков — на местном языке единиц — и быстро поднял крышку. Не глядя на содержимое, чтобы не залипнуть, быстро отстегнул пряжки двух ремней и извлёк из зажимов чёрную пластиковую кобуру, сантиметров тридцать длиной.
Открыв клапан, вытащил на белый свет оружие, по форме напомнившее мне маузер времён гражданской войны. Даже характерный для обоймы выступ имелся, с небольшим цифровым экранчиком. Из отличий — вес поменьше и ствол очень тонкий и длинный. Ну и общие габариты, скорее всего, побольше. Так, вроде у маузера кобура как-то крепилась к оружию, может, и здесь так же? Ага, вот и паз внизу. Щелчок — готово.
— Кэп, судя по сноровке, ты бывший военный. Наши шансы на выживание только что повысились.
— Обучай, голос в моей голове! — буркнул я в ответ, хотя и сам уже почти разобрался. Это спусковой крючок, здесь, похоже, флажок с режимами огня, а эта небольшая кнопка — предохранитель. Хм, да здесь все помечено символами. Так, нажать большим пальцем на кнопку, им же перевести флажок вниз, напротив значка, изображавшего одну стрелку. Приклад в плечо, совместить мушку и целик. Хм, удобно. — Шиц, я ничего не пропустил?
— Всё верно. Оружие разблокировано, режим одиночной стрельбы выставлен. Можно начинать охоту. Подойди к плывуну, я подсвечу уязвимые точки на его теле.
Мут упорно продолжал биться своей тупой мордой о крышку капсулы, но та стоически держала оборону. Похоже, зверь был в полном неадеквате, раз не пытался выбраться из ловушки.
— Подсвечиваю уязвимые места жёлтым цветом, — сообщил искин, и на крупной башке плывуна, в разных местах, тут же появились три жёлтых пятна размером с суповую тарелку. — Кэп, старайся попасть точно внутрь меток, чтобы не повредить мутаген.
— Ага, — ответил я, не спеша приближаться к твари. А то знаем мы, как некоторые крокодилы брёвнами прикидываются. А чуть добыча зазевается — хвать, и в кусты. Ух, извращенцы!
Для проверки оружия прицелился в стоящее неподалёку, метрах в двадцати, дерево и нажал на спусковой крючок.
— Вших! — прошелестел игольник, а от ствола дерева с противоположной стороны посыпалась труха и щепки. Хрена се, игольник! Таким можно и кирпичные стены прошивать. Ну, или деревья косить, очередью.
Шиц никак не прокомментировал мои испытания, чему я порадовался. Перевёл ствол оружия на плывуна, выцеливая жёлтый кружок. Дождался, когда тварь в очередной раз ударится мордой в преграду, и выстрелил в практически неподвижную тушу.
— Вших.
— Хр-р-р! — затарахтел плывун, но через секунду перешёл на свист, словно пробитая автомобильная камера.
— Кэп, отличный выстрел, — подтвердил мои мысли искин. Ещё бы, тварь после попадания перевернулась вокруг своей оси, на секунду показав свои ущербные лапки, и вновь замерла на брюхе.
— Хм, Шиц, у плывуна так и должно быть? — спросил я, безоружной рукой указав на ременную систему, плотно облегающую тушу твари.
— Теперь понятно, каким образом зелёный мут очутился в синей зоне. Этот плывун был собственностью некоша.
— Неко кого? — не понял я.
— Некоши — раса разумных человекоподобных аборигенов, проживающих в аномалии А-один. Их ступень развития крайне низкая, но некошам удалось адаптировать мутагены под свои нужды. Их ареалы обитания практически не пересекаются с местами, где есть заключённые или представители корпорации. Практически не продают мутаген, но с радостью избавляются от псевдомеханизмов, сдавая их корпорации.