Нити Магии (СИ)

В этот момент я сообразил, что на мою голову накинут капюшон от мантии. Когда я потянулся, чтобы снять его, моя рука зависла в воздухе.
— Число четырнадцать. Каас говорил, что четырнадцатый будет очень зол из-за смерти той ведьмы. Тридцатой. Похоже, это один из Культа. Убить, — приговор был вынесен сам собой в моей голове. Я даже удивился, с какой легкостью это сделал.
Моя рука опустилась к карману, в которую я переложил оставшуюся гранату. Сжав ее, я активировал руны и бросил гранату прямо под ноги культисту. Его непонимающий взгляд перешел от меня к шарику со светящейся руной. Секунда, и его лицо озарило осознание. Потом последовал взрыв, но лифр успел активировать какую-то защиту, и его тело затянуло радужной пленкой.
— Гаденыш, — кашляя и фыркая, просипел гость Кааса. — Избранный. Что, Каас откинул копыта? Не справился наш Десятый, а ему говорили. Жаль, не смогу ему отомстить за мою игрушку. Ничего, я с тобой по развлекаюсь, а потом притащу к Первому.
— Каас тоже захотел поиграть со мной, теперь от него осталось только мокрое пятно, — скрипнул я зубами. — То же ждет и тебя, и всю вашу шайку. Я уничтожу каждое проявление вашей мерзости в безграничной пустоши космоса.
— Ох, какие бравады, ну, давай посмотрим, на что ты способен, — кинжалы мелькнули у него в руках, и один вонзился в столб, около которого я стоял, а второй царапнул мне кожу на щеке. Третий завис в воздухе, поддерживаемый его малинового цвета хвостом.
Из оружия у меня ничего не было, поэтому я мог атаковать только магией. Она и пошла в ход, только использовал я обычную, никаких идей о том, как использовать дарованное мне благословение Внешнего бога, у меня не было. Мои ногти преобразились в острые когти, полезное умение метаморфа, а потоком воздуха я попытался ослепить лифра, используя пыль, благо здесь ее было много.
В вихре поднятой пыли Четырнадцатому было труднее ориентироваться, поэтому я быстро сменил позицию поближе к нему. На звук моих шагов полетел третий кинжал, но он пролетел за моей спиной и издал металлический скрежет о каменную стену. Магию лифр не пытался пустить в бой.
Тень метнулась из вихря за мной: Четырнадцатый попытался меня догнать и ударить еще одним кинжалом. Его балахон валялся на полу, где он стоял, а тело моего противника было затянуто кожаной броней с металлическими вставками. Глаза пылали злобой. Мои когти встретились с его кинжалом, тут же он попытался перевести удар, чтобы задеть мое запястье, но удар второй рукой заставил его отклониться и прерваться.
Понимание того, что мне нужно как можно быстрее закончить бой, прокралось в мое сознание, иначе он меня победит. В ближнем бою я ему значительно уступал. Магией было трудно воспользоваться, отражая шквал ударов, которые сыпались на меня. Количество порезов на моей коже увеличивалось, но и я не оставался в долгу. Кровь сочилась из несколько ран на малиновой коже лифра.
Он не хотел меня убивать, и я использовал это преимущество, бросаясь на его удары и подставляя важные органы, из-за чего ему приходилось отводить свои удары.
Внезапно входная дверь взорвалась, заставляя нас оторвать взгляды друг от друга. В открытый проем влетела Кайрана с горящей шевелюрой. В лифра тут же полетел поток огня, от которого он попытался уклониться, но я не упустил шанса. Правая ладонь с когтями пронзила его подбородок, а левая впилась ему в район печени.
Лицо его искривила гримаса боли, а глаза закатились. Я отшвырнул мертвое тело от себя с такой силы, что он пролетел пару метров, прежде чем упасть. За Кайраной в холл вбежала Лира, которая тут же подбежала ко мне, начала лечить и расспрашивать меня о том, что здесь произошло. Я с трудом опустился в кресло и долго не мог решиться начать рассказывать, что произошло со мной.
— Где Каас? — Подошла Кайрана к моему креслу.
— В подземелье, только то, что от него осталось, — Лира залечила мои раны, и я развалился в кресле.
— Осталось, в смысле? Он мертв? — заволновалась Кайрана, а Лира внимательно всмотрелась в меня.
 
— Да, как вы меня нашли? — всплыл вопрос в моей голове.
— Мы тебя и не нашли, не смогли. Прошло уже полтора суток с момента атаки и твоего исчезновения. Все, что нам оставалось делать, это проводить расследование. По предварительным итогам мы обнаружили, что Каас оказался замешан во многих подозрительных перемещениях и покупках. Был отдан приказ на вторжение в его резиденцию и проведение осмотра. Особенно у всех вызвало подозрение отсутствие Кааса на собраниях, после того как он заморозил монстра во время ночного происшествия, — Кайрана рассказывала все довольно подробно, обходя комнату по периметру, пока не подошла к трупу Четырнадцатого. — Кто это? Судя по меткам на одежде и оружии, это довольно самоуверенный член Культа, — Она взяла труп за лицо и начала рассматривать его.
— Четырнадцатый, вроде, так он себя называл. Кааса называл десятым. Еще была мразь, что напала на меня той ночью. У нее был номер тридцать, — сжал я кулаки.
— Целых трое номерных, — присвистнула Кайрана. — Может, тебя предложить, как кандидата в наше секретное подразделение… Не, рано. А что случилось с Каасом? Как ты спасся? — Задала она очень сложный вопрос. Я вспомнил, что случилось с моим мучителем и меня снова стошнило желчью.
— Это, тьфу, это был вот тот, — решил соврать я и указал на Четырнадцатого. — У них случилась ссора из-за смерти той твари. Под шум я сумел освободиться, а потом плутал по катакомбам, — ложь я сдобрил частью правды. — В этой комнате он догнал меня, и, жалуясь, что ему пришлось убить своего товарища, напал на меня. Через несколько минут подоспели и вы.
Видно, Кайрану удовлетворил мой рассказ, поэтому она уточнила уровень, на котором, по моим словам, случилась битва между Каасом и Четырнадцатым, и отправилась провести осмотр. Лира с беспокойством смотрела на меня.
— Кир, ты как, в порядке? Твои глаза… и волосы… — замялась она.
— Что с ними? — усталость начинала брать свое, зевота одолевала меня, не смотря на еще большую дозу адреналина в моей крови.
— Они… — окончание фразы я не услышал. Темнота пришла внезапно.
Пиратский архипелаг. Убежище Культа.
— Первый, для Вас известие… — один из рядовых членов Культа принес вести о результатах. Дрожа всем телом, он протянул свиток своему господину.
Первый, чью фигуру обвивал туман, протянул руку, и свиток сам поплыл к нему. Сургучная печать растворилась, и свиток развернулся. Член Культа продолжал дрожать и пытался уменьшится, насколько это возможно. Глаза Первого скользили, как змеи по словам, выведенными кровавыми чернилами на пергаменте. Когда они подошли к концу, свиток опал на пол и загорелся зеленым пламенем, как и гонец, что принес плохую весть. Крик боли и неверия разнесся по подземным коридорам катакомб Культа.
— Повелитель… я должен встретиться с Повелителем, — губы главы Культа искривились в предвкушении своего наказания.
В следующие дни по Культу были разнесены приказания и переданы каждому внедренному агенту. Избранный объявляется главным богохульником, уничтожение которого становилось приоритетной задачей.
Первый лежал в своей спальне, чувствуя, как его внутренности продолжают извиваться, как будто стали живыми существами. Перестройка, так называл это наказание его Повелитель.
— Как же Повелитель был зол еще до того, как узнал. Богохульник, как ты умудрился связаться с… — он не посмел произнести имя главного врага своего Повелителя. — Десятый, не ты ли виноват в этом… Не узнать уже. Даже Повелитель утратил его душу, — несколько минут он молчал, так как его связки перекручивались в невообразимый узел. После этого его голос стал более утробным. — Я исполню Вашу волю, Повелитель.
 
Континент Местон. Столица Теократии Ролиг.
В кабинете главы Инквизиции находились трое. Глава Теократии, Сигвурд, его верный помощник, друг и глава Инквизиции, Лепор, и последний зверочеловек заяц, который выступал в качестве наблюдателя, во время операции «Семя истины». Сигвурд восседал в кресле своего друга, а Лепор стоял справа от него, не смея проявить и капли ярости, что кипела в нем. Два месяца подготовки и тщательного разрабатываемого плана полетели к Древним в бездну.