Жажда скорости (ЛП)

— Но теперь я закончил, и ты застрял со мной. Семьдесят два часа вынужденного совместного проживания. Думаешь, ты с этим справишься?
Пантера потянулся, чтобы взять меня за руку и сжать пальцы.
— Я катапультировался из самолёта и рухнул в океан на скорости миллион миль в час, и выжил. Я довольно уверен, что смогу справиться с трёхдневным проживанием с тобой.
— Уверен насчёт этого?
Пантера усмехнулся, а затем наполовину закашлялся, наполовину засмеялся.
— Не знаю. Но с нетерпением готов это выяснить.
  
Глава 5
 
Пантера
Таксист остановился на моём парковочном месте перед моим временным жилищем на базе, и тогда я понял, что совершенно забыл о своём мотоцикле, который по-прежнему стоит совершенно один в академии.
— Я бы прикатил твою малышку обратно сюда, если бы не думал, что ты кастрируешь меня за прикосновения к ней, — Соло криво улыбнулся мне, протягивая водителю наличку, а затем обошёл машину вокруг, прежде чем я успел открыть свою дверь.
— Не-а, — произнёс Соло, протягивая руки, чтобы помочь мне подняться с заднего сидения. — Ты не должен делать ничего физического, и это включает в себя открытие дверей.
— Или самостоятельный выход из машины, видимо. Думаю, я могу справиться, но спасибо.
Я попытался оттолкнуть его, но парень не поддавался. Он обхватил одной рукой мою шею и взял меня за талию, помогая мне встать на тротуар, в чём действительно не было необходимости.
— Соло, я могу ходить...
— Мы не можем допустить никаких происшествий, так ведь? Так что заткнись и дай мне ключи.
Я был благодарен за то, что он подумал забрать мой бумажник и ключи из шкафчика. После возвращения придётся сменить код, чтобы спрятаться от этого любопытного идиота, но сейчас я был благодарен, что не придётся забирать вещи самому. Одно перемещение из выделенного больницей инвалидного кресла в такси, а потом в мою комнату, принесло достаточно боли и истощения, но я не собирался предоставлять Соло удовольствие думать, что он мог быть прав насчёт того, что я нуждаюсь в помощи.
Он открыл дверь и провёл меня внутрь за рекордное время, но когда он закрыл за нами дверь, я понял, что он не собирается никуда уходить.
— Чёрт, кто принёс шарики из больницы? — произнёс я, отмахиваясь от длинных ленточек, пока Соло провожал меня до кровати. Казалось, сейчас их здесь было даже больше, как и ваз с цветами. — Не говори, что тебе удалось взгромоздить всё это на свой байк.
— Полагаю, за взлом с проникновением ответственны твои родители.
Как только опустил меня на кровать, он подошёл к окнам и открыл шторы, впуская июньский мрак во всей красе. Но скоро снова будет солнечно, после полудня или около того всегда прорывается хорошая погода.
— Итак. Чего тебе хочется съесть?
— Тебе правда не нужно этого делать. Я сам могу раздобыть еду.
— Да? Запрыгнешь на свой байк и съездишь за чем-нибудь? Пойдёшь в общий зал? — фыркнул Соло. — Я так не думаю.
— Просто закажу что-нибудь.
Соло щёлкнул пальцами.
— Да, мы что-нибудь закажем. Отличная идея, — он достал из кармана телефон и начал печатать. — Я знаю, ничто не прозвучит так же аппетитно, как изысканное желе и неопределённое мясо, но наверняка ты сможешь что-нибудь переварить.
— Уф. Что угодно звучит лучше этого.
Хоть у меня всё ещё болело горло, я радостью съел бы стекло вместо того мяса, что мне давали вчера на ужин. Но я был нацелен выйти из больницы, поэтому ел всё до последнего кусочка, будто это было лучшее, что я когда-либо пробовал.
— У нас есть пицца, китайская кухня, мексиканская... — Соло поднял глаза и поиграл бровями при упоминании нашего первого вроде как свидания, где еда оказалась не в меню. — Хмм, может, для этого слишком рано. Что насчёт тайской кухни?
Мой желудок заурчал.
— О боже, я бы убил за красное карри.
— Значит, красное карри, — пока он делал заказ по телефону, я воспользовался тем, что он отвлёкся, и стал его рассматривать. Возможно, я выглядел не лучшим образом и отчаянно нуждался в душе, но Соло выглядел ещё более восхитительно, чем всегда. Его волосы сегодня были уложены, немного торчали спереди, и в его ушах были маленькие колечки, которые ему нравилось носить по выходным. Он был сексуален, и я бы захотел от этого большего, если бы моё тело готово было сотрудничать, но это было строго запрещено ещё как минимум несколько дней, если слушать доктора. Скоро я начну работать с физиотерапевтом, и тот сможет оценить, как быстро или как медленно я прогрессирую. И учитывая, что мне нужны были точные прогнозы, чтобы иметь шанс продолжить обучение в АВМА, я планировал выкладываться по полной.
 
Но сегодня я был доволен тем, что просто сижу на этой кровати и не делаю ни черта.
— Готово, — Соло положил свой телефон на комод и облокотился на него. — Ты устал или готов чем-то заняться?
— И то, и другое? Зависит от того, чем ты хочешь заняться.
— Посмотри на себя, маленький флиртун. Пытаешься нарушить правила, да?
Я рассмеялся и покачал головой.
— Я не совсем это имел в виду.
— Значит, ты говоришь, что не думаешь обо мне обнажённом...
— Соло...
— Я бы не стал тебя винить. В смысле, если это поможет, я сниму штаны. Футболку или штаны? Выбор за тобой.
Когда он потянулся к краю футболки, я поднял руку.
— Не смей сейчас раздеваться. Ты должен помогать мне, а не мучить меня.
Он приподнял свою футболку чуть выше, чтобы я увидел проблеск его загорелого пресса.
— Это не помогает?
— Нет, — простонал я, и Соло рассмеялся, опуская руки.
— Что ж, полагаю, я могу остаться в одежде. Пока. Не хотелось бы, чтобы это увидел доставщик еды и из ревности отравил твою еду.
Я смотрел на Соло и мог только качать головой.
— Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, что ты нелепый?
— Эм, всего несколько раз в день. А что?
— Просто проверяю. Было бы жаль, если бы ты не понимал, каким смешным иногда бываешь.
— Оу, я вижу, что происходит. Теперь ты скажешь, что на самом деле тебе понравился мой небесный пенис. Это нормально, можешь признаться. Здесь только ты и я.
Я закатил глаза.
— Тебе нужна новая история. Эта устаревает.
— Это вызов? Ты ведь меня знаешь, я всегда готов к испытаниям.
— Ты всегда готов ко всему.
Соло секунду смотрел на меня, а затем сжал свои полные, пухлые губы. Губы, которые всего несколько дней назад целовали и обсасывали каждый обнажённый дюйм моего тела.
— Видишь ли, с этим я не могу согласиться. В последнее время есть только одно, к чему я готов...
Когда я не стал останавливать его или побуждать продолжать, Соло перевёл взгляд на меня, и мою кожу будто охватили языки пламени.
— Но, к сожалению, он сейчас не в силах этим насладиться.
Я сглотнул и заёрзал на кровати, потому что, чёрт возьми, если Соло поставил себе задачу отвлечь меня от ноющей головы, ему это удалось. Теперь была только настойчивая пульсация между бёдер.
— Ты там в порядке? Ничего не болит, а?
Его самодовольная усмешка говорила, что Соло точно знает, что меня охватило, и что единственная боль мучает мои яйца.
— Ты зло, знаешь это?
Соло пожал плечами, и усмешка превратилась в полноценную улыбку.
— Думаю, скорее я горячий, а ты возбуждён, поэтому ты огрызаешься. Но это нормально. Я тебя прощаю.
Так как он был прав, я не стал трудиться отрицать, а вместо этого окинул взглядом комнату, пытаясь смотреть на что-то другое, кроме него. Разглядывая шарики и цветы — а ещё и плюшевую игрушку — я с полной силой осознал кое-что, что он сказал, когда мы только приехали.
— Ты сказал, что это всё из больницы привезли мои родители?
Соло поднялся на ноги, подошёл к одному из шариков и тыкнул в него пальцем.
— Ну, я так думаю. Парни сегодня все на пляже, а я эти шарики сюда не привозил, так что остаются твои родители. Давай будем реалистами: никто не откажет твоему отцу, если он потребует войти в твою комнату.