Невеста сына (СИ)
Недоверчивый взгляд достался Маше, потом несостоявшаяся невестка оглянулась на дверной проем, в котором некоторое время назад скрылся Павел, и поерзала на стуле.
- Павел Всеволодович ведь уже озвучил. Развод.
Тут Маша была согласна полностью. Двадцать пять лет брака, семья, мужчина, который был дорог - все полетело к черту зараз. Внутри все противно тряслось, но Маша прекрасно держалась. Не будет истерики, не будет слез. Сил у нее хватит на все.
- Да, конечно, - она отодвинула в сторону мешавшую чашку и сцепила пальцы в замок. - Но ты же должна понимать, что будет раздел имущества. Суды. Все это, возможно, затянется на годы.
- Да, мы думали об этом. Квартира - тут без обсуждений, вы сами понимаете, что должны освободить ее, - Наташа подалась вперед и тоже положила руки на стол. - И у вас с Павлом Всеволодовичем взрослые дети. А взрослые дети при разводе не могут претендовать на долю совместно нажитого имущества.
Квартира? Маша невольно улыбнулась. И дети.
Это она сейчас говорит о их с Пашей детях. И конкретно о Коле, в квартире которого до последнего дня жила.
«Ну и лох ты, сыночек...» - мелькнула мысль. Потом подумала - сама хороша. И содрогнулась. Единственное, что сейчас давало Маше не согнуться, а держать хребет ровно, это то, что у них с мужем секса не было уже достаточно давно. Конечно, у него же были «деловые встречи и командировки»!
Только это, а то бы ее сейчас просто выворачивало. Правда, поднимали голову и другие мысли, но она их сейчас отсекла.
А девушка между тем продолжала:
- Но если есть маленькие дети, то при разделе стороне, оставшейся с ребенком, положена большая доля в совместно нажитом имуществе.
Ах, какой вопрос поднимался!
- Постой, постой, - перебила ее Маша. - Ты беременна?
Наташа осеклась и совсем по-девичьи наивно захлопала глазами.
- Так да или нет?
Потому что эта милая девушка спала и с ее сыном. Анализ ДНК тут ничего не даст, потому что он в любом случае покажет родство. Но! Маша готова была выделить долю ребенку сына, своему внуку. А ребенку этой куколки от Паши - нет. И пусть ее кто угодно осудит.
- Нет, - наконец проговорила Наташа, у нее вырвался непроизвольный жест. - Но я надеюсь, он у нас будет.
Маша кивнула, глядя на свои скрещенные пальцы.
- Очень хорошо.
Потом вскинула на нее взгляд.
- А теперь послушай меня, Наташа. Хочу, чтобы ты знала. Рассчитывать ты можешь только на Пашину зарплату. Остальное - извини, придется выкусить.
Девушка пятнами пошла.
- Но есть же адвокаты! Мы этого так не оставим.
- Конечно, не оставим, - Маша нехорошо усмехнулась. - Вещи свои из квартиры моего сына сегодня же вынеси. И не вздумай лезть к нему в постель, поняла?
- Что? Да как вы...
Девушка сморщилась, припухлые как у ребенка розовые губы задрожали, а глаза налились крупными слезами. Она заплакала. Заплакала и стала звать:
- Паша, Паша!
Торопов появился сразу, прямо как под дверью подслушивал. Взглянул на Машу укоризненно и стал успокаивать свою молодую любовницу:
- Ну что ты, что ты...
А она прильнула к нему и еще больше заплакала.
- Она... она... на меня такое... Она зла-а-а-ая...
Прямо незаслуженно обиженное невинное дитя.
- Какая ты все-таки, Маша, - проговорил сурово.
- Ага. Ты знал, какая я. А теперь забирай из моего дома свою юную любовницу.
Маша встала из-за стола, отошла к окну и повернулась к ним спиной, скрестив руки на груди. Послышался звук отодвигаемого стула, шаги, она бросила не оборачиваясь:
- Вещи я тебе передам, сообщишь адрес. До свидания.
***
Наконец все стихло.
Она еще некоторое время стояла у окна, смотрела в темноту. Потом сделала несколько важных звонков. И под самый конец последнее - набрала номер Ангелины, дизайнера. Та сразу ответила:
- Да, Мария Александровна, я могу уже сейчас сбросить вам варианты. Если что-то...
- Спасибо, Ангелина. Хорошая работа. Но я звоню сказать, что все варианты отменяются.
- Отменяются?
- Да, свадьба не состоится. Но я вам оплачу все, что вы сделали. Пришлите прайс. И конечно, будут премиальные.
Трубке некоторое время висело молчание, наконец девушка-дизайнер проговорила:
- Жаль. Но мне было очень приятно работать с вами.
Разговор прервался.
А она так стояла у окна, глядя на свое отражение в стекле. Слезы текли, она их смахивала, но слезы не кончались.
глава 2
Приходили воспоминания. Разные моменты из жизни накатывали, перекрывали друг друга, перехлестывались волнами.
Студенческие годы, она совсем молодая.
Мария закрыла рот рукой. Хвостики ее вечные, джинсовые курточки, короткие платьица. А ноги тонкие, стройные, и острые коленки. У нее и сейчас ноги стройные, но уже не такие острые коленки. Сорок пять все-таки. А Торопов был такой здоровый лоб, она ему еле доставала до плеча, лохматый, шапка волос на голове. Он и сейчас красив как черт, только виски посеребрились.
А как они женились. Последний курс, квартиры ни у него, ни у нее нет, денег - две стипендии, его и ее.
Ей тогда было... Да, столько же, сколько сейчас бывшей невесте сына Наташеньке. Надо же, как некоторые моменты повторяются.
Потом родился Коля.
Ох и трудно было тогда. Денег нет, квартира съемная, маленький ребенок. Паша только начинал как-то тыркаться в бизнесе. Она ему ночами сидела, перелопачивала документацию, отвечала на письма и прайсы печатала.
Второй родилась Мелания, Мила. К тому времени у Пашки уже был крохотный офис, десять квадратных метров. Но надо было платить аренду. Так она Колю в садик, а сама с грудной Милкой по полдня сидела у него в офисе, вела бухгалтерию и на звонки отвечала.
А потом, когда дети пошли в школу, уже какой-никакой бизнес у Павла был, и он подался в администрацию. Потому что это возможности, это солидно, это спина, в конце концов. А бизнес весь переоформили на нее, потому что ему надо быть чистым. И с тех пор весь бизнес тащила она.