Парад искажений (СИ)

Кэрдайн нисколько не смутился.
— Возможно, Андрей, что мы многое о вас не знаем. Возможно, что у вас есть какая-то силовая оперативная группа, помогающая вам. Что говорит об успехах операций в Зареченске и Ташкенте. В одиночку вы бы не справились. Но это ничего не меняет. Существенно — ничего. И я удивлён, что вы этого не понимаете.
— И что я должен понять?! — генерал не понимал, к чему клонит Кэрдайн.
— То, что вы лишь пешка в многоходовой игре. Так же, как и я. Но я за роль пешки получаю какие-то блага, а вы… ровным счётом ничего. Причём, я могу что-то поменять, а ваши усилия напрасны. И в чём логика, Андрей? Допустим, я бы ещё понял, что ваши труды могут что-то изменить…
— Хорошо, а что поможет изменить? — заинтересованно перебил Ткачёв.
— Практически? Ничего. Уже более двух десятков лет работает такая машина, Андрей! Такие деньги вложены! И вы думаете остановить эту машину?! Да она проедет по вам и даже не заметит!
— Любой танк можно остановить метким выстрелом из пушки, — попытался возразить Ткачёв.
— О! — взмахнул руками Кэрдайн. — Вот только не надо! Пушек у вас не хватит, Андрей. А если и хватит, то нет снарядов и людей, готовых выстрелить. Время, когда люди бросались под танки с гранатой, прошло. Легче сесть на этот танк и ехать дальше.
— Вы не верите в советских людей?!
— Нет, — спокойно ответил Кэрдайн. — Если бы верил, то попросился бы куда-нибудь в другой регион. Ладно, я и так много болтаю с вами.
Он собрался уходить и Ткачёв не стал его останавливать. Несмотря на то, что генерал не так долго работал в КГБ, но всё же знал, что в ЦРУ работают далеко не дураки, умеющие оценивать степень угрозы. А Кэрдайн сейчас вёл себя так, будто уже выходил победителем, заранее зная исход схватки. И это было явно не на пустом месте.
Андрей Викторович вдруг осознал, что расстроился. Расстроился от того, что не в силах дать в лоб этому американцу. Так треснуть, чтобы мозги расплющились по черепной коробке. Потому что уже много лет, оказывается, кто-то собирается у него отнять то, чем он жил. И Кэрдайн тупо за деньги, за блага помогает им. И за ним стоит сумасшедшая поддержка, а за Ткачёвым только жалкая горстка людей. И ему, бывшему оперу, а теперь целому генералу всемогущего КГБ и противопоставить нечего! Но Глушко с Вороном надо найти. Нельзя отдавать их на растерзание.
Неожиданно в туалет зашёл Хмель. Агент выглядел тоже расстроенным.
— Викторыч, мы не можем найти твоих людей. Всю квартиру осмотрели, обнюхали и лизнули стены. Никаких следов…
Хмель пытался шутить, и это ещё больше тревожило Ткачёва. Выделенный им Автондилу час времени заканчивался.
— Как ты меня нашёл? — безучастно спросил генерал, понимая, что Ворона и Глушко он потерял.
— Я не увидел тебя в зале, но заметил, как из туалета выходит наш общий знакомый. Вот и подумал, что ты здесь с ним беседовал. Третье желание он же так и не выполнил…
Генерал молчал, пытаясь найти выход из тупика. Потом вздохнул притворно-горестно.
— Выхода нет. Придётся трясти Автнодила по полной… Ты готов к драке против двух здоровых мужиков?
Хмель усмехнулся.
— В последнее время я что-то размяк. Предпочитаю не отбивать кулаки о железные лбы. Но если надо, то пошли. Показывай, кто там шибко здоровый.
— Видел двух мужиков прямо по коридору из туалета?
— Э, Викторыч, это против правил! — Хмель сделал вид, что жутко испугался. — Там я видел только двухстворчатые шкафы, затянутые в костюмную ткань! Прости, но я не Дон Кихот.
Шутки агента рассмешили генерала, но это был скорее нервный смех, нежели веселье.
— Ладно, «Дон Кихот», пошли. Попробуем зайти мирно…
И только они вышли из туалета, как столкнулись с официантом, ищущим кого-то у кабинета Автондила.
— Это он, — показал на Ткачёва один из охранников.
— Товарищ Ткачёв, вас к телефону. Срочно! — выпучил глаза официант.
Хмель, тем временем, куда-то скрылся. Не найдя агента, генерал удивлённо почесал затылок.
— И где ваш телефон?
— Там, за стойкой администратора. Прошу.
 
Такой вызов не то, чтобы удивил Андрея Викторовича. Он подумал, что это те, кто держит Ворона и Глушко. Сейчас начнут требования выдвигать…
— Слушаю, Ткачёв, — недовольно проговорил в трубку, любезно поданную администратором.
— Андрей Викторович, прошу вас выйти из ресторана. С вами хотят поговорить…
— А кто сейчас со мной говорит?
— Генерал Федорчук. Нас друг другу не представляли, но у нас будет ещё время познакомиться очно. А сейчас выйдите на улицу, вас ждёт машина.
Ткачёв отдал трубку администратору, накинул пальто, отданное с вешалки угрюмым швейцаром, и вышел на улицу. Увидел, как стоящая невдалеке черная «Волга» мигнула фарами.
— Похоже, я опять куда-то влип, — тихо произнёс генерал, подходя к машине.
Ему открыли дверь.
С заднего сиденья на генерала смотрел плотный беловолосый мужчина.
— Присаживайтесь, генерал, — вежливо пригласил он Ткачёва. Настолько вежливо, что Андрей Викторович слегка растерялся, но совладав с замешательством, сел в машину.
— Владимир Васильевич, — протянул ладонь мужчина, улыбнувшись. Улыбкой, правда, назвать это было сложно — уголки глаз мужчины лишь слегка вытянулись, но было ощущение, что он именно добродушно улыбнулся. Ткачёв пожал руку.
— Андрей Викторович…
— Я знаю. И не только ваше имя и отчество, но и где держат ваших людей.
— Хм, так это вы просите меня прекратить наблюдение за Горбачёвым?
— Я пока вас не о чём не просил, генерал, — Владимир Васильевич хлопнул шофёра по плечу, и тот вышел из машины. — Но, пожалуй, попрошу. Взамен на информацию о том, кто похитил ваших людей и где их сейчас содержат, вы мне отдадите все материалы, собранные по Горбачеву. Вернее, не мне, а Федорчуку, как вашему начальнику. Я понимаю, что вам нужно будет каким-то образом отчитаться за них перед Андроповым, и я вам их верну.
— Простите, Владимир Васильевич, но у меня нет материалов. Если бы были, то мои люди были бы на свободе, а не чёрт знает где, — погорячился Ткачёв.
— Я не чёрт, но знаю где, — теперь уже широко улыбнулся беловолосый. — Хорошо. Я так понимаю, что вы не знаете, где материалы?
— Не знаю, — признался со вздохом Ткачёв. — Кстати, вам то они зачем?
— Из любопытства, — несколько раздраженный ответ удивил генерала. — Странно, что вы, Андрей Викторович, этого не понимаете.
— Да я, вообще, не понимаю, что происходит! — вдруг вскрикнул Ткачёв. — Вместо того, чтобы защищать страну от всяких шпионов, я участвую в непонятных аппаратных играх. А в это время, те же шпионы, надо мной насмехаются. И кто вы такой, в конце концов?!
— Я?! — неподдельно удивился беловолосый. — Щербицкий — первый секретарь компартии Украины. Генерал, а вы точно служите в КГБ?!
— Я должен знать всех секретарей в лицо?! У меня, вообще-то, другие задачи…
Щербицкий задумался, глядя на улицу. Долго молчал, нахмурив брови и потирая подбородок. Наконец, достал блокнот и ручку, что-то написал и, вырвав из блокнота листок, протянул Ткачёву.
— Это адрес, где держат ваших людей.
И жестом показал генералу, где выход из автомобиля.
Андрей Викторович, спрятав сложенный лист в карман пальто, поглядел по сторонам, пытаясь высмотреть Хмеля. Но тот сам лихо подрулил к генералу на машине с шашечками на двери.
— Прыгай, Викторыч.
Ткачёв уселся на переднее сидение. Недоуменно взглянул на скрывшуюся машину Щербицкого.
— Пора мне на пенсию, Хмель. Я начинаю уставать…
  
1982 Глава 23
 
— Рановато пока на пенсию, Викторыч, — Хмель взял протянутую генералом бумажку, развернул и прочитал. — Что будем делать?
— На этом адресе, по словам первого секретаря компартии Украины, держат Ворона и Глушко. Я не знаю, откуда у него информация, но проверить стоит.
— Тогда поехали. Только заскочим в Измайлово — заберёшь машину с водителем и лейтенанта. Они нам пригодятся. Я не хочу «светить» свою группу…