Предназначенная Богиней (СИ)

Рядом с чашей была каменная скамья, Арлета поставила туда корзину и начала что-то из неё извлекать. Деамара увидела рулон пышного белого полотенца, несколько маленьких глиняных горшочков, пучки каких-то трав, щетку для волос. Затем служанка помогла принцессе стянуть сорочку и поддержала её под руку, пока она входила в воду. Внутри чаши, которая оказалась неожиданно глубокой, были вырезаны маленькие шершавые ступени.
Горячая вода приятно окутала тело девушки. Дея блаженно вздохнула, опустилась в воду по шею. Наткнулась руками на какую-то поверхность — внутри чаши кроме ступенек было что-то вроде широкого бортика, на который принцесса и села, всё ещё находясь по шею в воде.
Приятно. Вода была необычно мягкая и нежная, и в ней совсем ничего не видно, только белые завихрения. Арлета за спиной крошила в чашу какие-то пахучие травы, от которых немного дурманило голову.
Вскоре принцесса совсем расслабилась и позволила Арлете вымыть ей волосы. Она аккуратно прикасалась, втирая какую-то светло-голубую мазь, которая пахла свежестью. Затем поставила перед принцессой маленькую чашечку, доверху наполненную синими ягодами — имнезией. Дея вспомнила, что она способствует заживлению и обезболивает.
Пока принцесса лакомилась ягодами, Арлета закончила с её волосами и попросила выйти из воды. Провела принцессу немного дальше, к более большому бассейну. Здесь вода была абсолютно прозрачная и более холодная. Деамара окунулась в неё с головой, смывая белесую воду, вышла и удивленно прикоснулась к своей коже — невероятно мягкой, светлой, словно сияющей. Арлета провела по её волосам руками сверху вниз, и они мгновенно высохли, рассыпались светло-серебристым шелком.
Магия! Дея пропустила пряди сквозь пальцы — волосы были удивительно гладкие и мягкие.
После принцессу отвели в небольшую комнатку, которая находилась совсем рядом, в ней было только зеркало во весь рост, в тяжелой, явно вырезанной из кости, раме. Арлета достала из корзины традиционное свадебное платье, и Дея невольно обхватила озябшие плечи руками.
Она вдруг резко вспомнила, зачем всё это и куда ей предстоит сейчас пойти. Она даже не знала, сколько у неё осталось времени.
Её больше не успокаивали. Служанка молча помогла надеть платье: тончайшая полупрозрачная белая ткань до пола, а сверху — множество серебряных цепочек, которые прижали её к телу, обрисовывая фигуру. Тонкие серебряные браслеты на обе руки, длинные серьги, которые чуть касались плеч. На шее ничего — во время церемонии она примет сразу два свадебных кулона. Арлета собрала волосы принцессы в сложную и пышную косу, украсила теми же цепочками, что и на платье и позволила посмотреть в зеркало.
Деамара заметила, что немного изменилась. Ранение даром не прошло: глаза стали как будто больше, скулы очерчены резче, бледное лицо и руки. Белое платье, сверху прилегающее к фигуре, внизу расходилось мягкими складками, скрывая ноги. Волосы, что стали теперь светло-серебристыми, почти белыми, мягко бликовали в свете магических ламп.
Деамара уже совсем не та девушка, которая выехала в осенний день из дворца, чтобы познакомиться со своим будущим женихом. У той девушки были надежды, желания и будущее. А у этой — ничего нет.
Теперь Арлета повела принцессу совсем другим путём. Дее показалось, что здесь не хватает воздуха. Стук сердца шумом отдавался в ушах. Арлета что-то тихо сказала, но принцесса не смогла разобрать, что именно.
Да и какая разница? Перед глазами всё плыло. Ещё не много и она упадёт прямо здесь. Ей уже не было дела до чудестных магических камней и красивых гобеленов.
Арлета остановилась перед высокой дверью, которая тут же открылась створками внутрь. Служанка мягко подтолкнула принцессу в спину, и захлопнула двери за её спиной, отрезая путь к спасению.
На Дею словно скала свалилась — колени задрожали, дыхание перехватило.
Она оказалась в большом зале. Здесь царил полумрак, окна были закрыты плотными занавесками, но Дея знала, что уже глубокая ночь и луна восходит на небосклоне.
 
Прямо перед ней был алтарь Богини. Белая статуя из полупрозрачного цельного камня, изображающая девушку, закутанную в длинное одеяние с широкими рукавами. Руки сложены на груди, а лицо скрыто капюшоном. Никто и никогда не видел лика Богини.
Под статуей сложен открытый очаг, пламя горит ровно — это единственный источник света и из-за этого по стенам ползут странные извилистые тени. Или это в глазах темнеет?
Упасть ей не дали, сильные руки поддержали за плечи. Принцессу уверенно и настойчиво повели прямо к алтарю. Там она увидела жрицу Луны — одетую в светло-серую рясу женщину неопределенного возраста. Черты её лица постоянно ускользали, размывались. Длинные, ослепительно белые, как у всех жриц, волосы были заплетены во множество мелких кос и спускались за спину, в ушах серьги, изображающие две половинки луны. В руках женщина держала полупрозрачный загнутый кинжал, тонкий как льдинка — сквозь него видно пламя.
Рядом со жрицей стоял Берий, одетый только в белые штаны из простой ткани. Босой. Волосы расплетены и распущены. В приглушенном свете пламени они выглядели живой огненной рекой, которая течет по плечам и груди мужчины. На шее кулон — маленький клык из кроваво-красного камня. Ну конечно… Какой ещё символ могли выбрать оборотни?
Деамара постаралась не смотреть в его глаза, хотя маркат, напротив, прожигал её взглядом.
Дея поняла, что её поддерживает старший брат — Аснар. Только успела об этом подумать, как её отпустили, и второй оборотень встал рядом по правую руку. Он был одет так же, как его брат. На груди переливался такой же клык.
— Вы готовы начать? — немного хриплым голосом спросила жрица.
Братья уверенно кивнули, а принцесса молча смотрела на огонь, стараясь удержаться на ногах и принимая неизбежное.
Аснар и Берий одновременно протянули свои руки жрице, ладонями вверх. Берий правую, Аснар левую. Жрица неторопливо провела по ним кинжалом, лезвие обагрилось кровью. Дее стало дурно, в ушах поднялся какой-то гул.
— Деамара, прошу ваши руки, — произнесла жрица, не дождавшись её реакции.
Медленно, очень медленно принцесса подняла руки, ладонями вверх. Два резких движения и острая боль — с обеих ладоней закапала кровь. Обычно нужно сделать это только на одной руке, но так как принцесса — Ланарен сразу для двоих…
Левую руку накрыл своей рукой Берий, сжал и заставил девушку поморщиться, а правую осторожно взял Аснар, почти не причиняя боли.
Жрица тем временем провела пальцем сначала по лезвию, собрав смешанную кровь, потом по губам Берия, Деи и Аснара. Девушка почувствовала характерный соленый металлический вкус.
Затем жрица повернулась к Богине и начала произносить ритуальные фразы на языке оборотней. Деамара почти ничего не понимала. Она слышала только "ланарен", "маркат" и имя Богини. Принцессу ощутимо колотитило.
Жрица обернулась, произнося традиционную ритуальную фразу:
— Вы согласны отдать свои жизни и души друг другу?
— Согласен, — Аснар склонил голову.
— Согласен, — фыркнул Берий и криво усмехнулся.
— Деамара? — жрица Луны выжидательно посмотрела на девушку.
Дея почти физически ощутила её колкий взгляд. Комок подкатил к горлу, лишая возможности сказать хоть что-нибудь. После её согласия пути назад уже не будет. Клятва на крови свяжет на всю жизнь. Она будет принадлежать маркатам целиком и полностью…
По щекам принцессы покатились бессильные слёзы. Теперь она совсем ничего не видела вокруг. До боли прикусила губу, сдерживая всхлип.
— Деамара, — прошипел слева Берий, болезненно сжав руку.
— Согласна, — тихо, на грани слышимости, произнесла девушка непослушными губами. Но этого было достаточно.
Её руки словно прилипли к рукам мужчин, теперь девушка при всем желании не смогла бы их отнять. Жрица сняла кулоны-клыки с маркатов и надела их не шею Деамаре один за другим. Оба клыка упали в ложбинку груди, скрываясь от взгляда под платьем.