Ревизор: возвращение в СССР 13 (СИ)

Иван просидел у нас больше часа. Все никак не мог смириться с произошедшим. Допил бутылку и пошел к себе. Помог ему до постели добраться. Накидался он изрядно. Ну, авось стресс хоть немного снимет. Главное, чтобы в привычку не вошло.
Сел на кухне над учебниками, которые так и не было возможности сегодня полистать. Задумался… И как мы в двадцать первом веке жили, не зная соседей даже по лестничной площадке? Наверное, развитие технических возможностей для коммуникации компенсировало отсутствие общения с тем, кто рядом. Зачем идти к соседу, если можно набрать по видеосвязи приятеля с Камчатки.
Работал как-то на одном предприятии, так тамошний директор сына в Европу учиться отправил, жилье ему отдельное снимал. Мне интересно было, как там парень, по семье не скучает?
– Да они с бабушкой, моей матерью, целыми вечерами на связи. – усмехнулся директор. – Вчера, вот, блинчики делали вместе, она у нас на кухне, а он в Амстердаме. Она его уже научила и отбивные жарить, и шарлотку печь.
И вот зачем, спрашивается, при таких возможностях парнишка станет общества соседей искать? Ему и так не одиноко и есть, с кем поговорить.
Вышла Галия, услышав, что Иван ушёл, села напротив меня с грустным взглядом.
– Что-то не везёт Ивану. – произнесла она. – Ирина Леонидовна рассказывала, что у него и первая жена заводная была. Могла ночью пьяненькая домой вернуться. А однажды, представляешь, в одной туфле пришла! Потеряла где-то, не помнит где. Это как надо было напиться, чтоб туфлю потерять?
– Может, в Золушку играла, – пошутил я. – Главное, что всегда возвращалась, в любом состоянии. Автопилот дорогу домой помнит.
Галия посмотрела на меня удивлённо, а я горько усмехнулся, представив себе состояние мужа при такой жене. Вернулась такая женщина-кошка домой, нагулявшаяся и счастливая с таким видом, будто муж должен радоваться, что она вообще домой вернулась, накормить и не трогать, дать отдохнуть.
– Жалко Ивана, – снова вздохнула жена. – Очень ему Лина нравилась.
– На вкус и цвет, конечно… Но второй раз на те же грабли. – задумчиво произнес я. – Похоже, это у Ивана проблемы, дорогая: спокойные девушки ему не нравятся. – развёл я руками. – Такое бывает. Ему надо в себе разобраться, понять, чего он хочет в жизни. Иначе история будет повторяться снова и снова.
– Почему? Может он уже все понял и больше такой ошибки не сделает, – возразила жена. – На ошибках учатся.
– Ах, если бы, – я мрачно усмехнулся. – Так говорят, но на самом деле все несколько иначе. Чтобы человек смог чему-то научиться на своей ошибке, ему надо, во-первых, осознать, что дело в нем, а во-вторых, разобраться, что именно в его действиях к этой ошибке привело. А это очень сложное дело. Большинство людей даже первую часть работы над ошибками сделать не могут, виня во всем других людей или обстоятельства. Что уж говорить о второй. Так что в реальности чаще всего человек наступает снова и снова на одни и те же грабли, виня во всем свою неудачливую натуру.
– Но ведь бывает же, что просто не везет, – возразила Галия.
– Да, – я кивнул, – если что-то случилось один раз, может и просто невезение сработало. Но если повторилось второй – извини, это уже система.
– И что делать тогда? Как Ивану помочь?
– Пока никак. Взрослому человеку в голову не залезешь и жизнь за него не проживешь. Это его задача, ему и решать. А уж сколько времени займет решение, предсказать невозможно. Так что, не переживай. Если от нас что-то будет зависеть, сделаем. А пока, пошли лучше спать.
***
ДАС МГУ. 
Ираклий всё никак не мог уснуть. Всё думал, почему у КГБ такой интерес к Пашке Ивлеву. И не только у КГБ. Замдекана по научной работе к нему неравнодушна, то к себе вызовет, то сама прибежит… Не похоже, что Пашка на плохом счету. Будапешт опять же… А как он хладнокровно от него отказался! Словно в деревню соседскую предложили съездить. Да предложи кто ему…
А ЗИЛ? Там его всё комсомольское начальство лично знает.
А стройотряд, который Лёха Сандалов организует? Там, похоже, тоже всё на Пашке завязано. Ираклий как-то поинтересовался, на каком предприятии работать надо будет летом, Лёха сказал, что ещё не знает, этим вопросом Паша занимается.
 
Ох, не простой парень этот Ивлев. Надо к нему поближе быть, глядишь, удастся полезными связями обрасти или хорошо пристроиться. – решил Ираклий.
***
Квартира Павла Сатчана. 
Римма извинилась перед Сатчаном за свою доверчивость по отношению к чужому человеку и недоверие к родному мужу. Всю дорогу с дачи домой она сидела в машине с виноватым видом.
– Чужой девке поверила. – оправдывалась она. – Даже в голову не пришло усомниться. Хоть бы Ивлевы не решили, что я конченая стерва.
Павел был очень рад, что семейная жизнь вернулась в прежнее спокойное русло. Жена опять стала заботливой и приветливой, в понедельник встретила с работы, как и прежде, накрытым столом. На радостях он предложил ей куда-нибудь сходить, например, в театр.
Римма с радостью согласилась. Муж не затаил обиду, за что она была ему очень благодарна. Правильно отец сказал, что ей неплохой муж достался. И жена Ивлева поговорила с ней, хотя могла трубку бросить. Имела все основания.
– А если мы Ивлевых пригласим с нами в театр, как думаешь, они согласятся? – вдруг спросила Римма мужа. Ей очень хотелось загладить вину перед всеми и начать всё заново.
Сатчан такого предложения от жены никак не ожидал и удивленно и немного настороженно соображал, что бы это значило. Но, видя ее смущенное лицо, пообещал узнать, может и согласятся.
***
Вторник в универе прошёл спокойно, наш агитационный коллектив каждый обед уже традиционно вместе проводил. Мы сдружились и как-то само собой получилось, что старшим признали меня.
– Что там с Комсомольским прожектором? – спросила Света. – Сходил бы ты к Самедову. – попросила она меня. – А то он подумает, что нам не интересно, другую команду наберет.
– Что за Комсомольский прожектор? – тут же заинтересовался Ираклий. – Я тоже хочу!
Пришлось наведаться к Самедову.
– Рашид Фархадович, добрый день. – кивнул ему я через открытую дверь. Методист взглянула на меня и никак не отреагировала. Решил, что это значит, что Самедов не занят.
Он посмотрел на меня с удивлением и рукой предложил присесть рядом.
– Ребята застоялись без дела. – начал я. – Интересные у нас проверки были. Уже и еще один доброволец есть, что желает в Комсомольском прожекторе поработать. Команда в вашем распоряжении и рвётся в бой.
Самедов откинулся в кресле и с интересом посмотрел на меня.
– А что за новичок такой? И почему пришел именно ты, а не Борщевский? – спросил он меня.
– Ребята попросили. Борщевский на практике. – невинно пожал я плечами. – А парень новый надежный, комсорг нашей группы на первом курсе.
– Что ж, похвально, что есть такой запал работать, и даже доброволец новый появился… – задумчиво посмотрел на меня Фархатыч. 
Я улыбнулся в ответ.
– Хорошо. – сказал Самедов и встал из-за стола. – Можешь идти.
– Когда мне к вам подойти? Или вы сами меня найдёте, если мы понадобимся? – решил сразу уточнить я.
– Сам найду.
– Спасибо. – сказал я и пошёл к выходу, видя, что прощаться за руку со мной он не собирается.
Наши так и ждали меня в столовой.
– Ну, что? – нетерпеливо спросила Светка.
– Сказал, что команда рвется в бой и ждет указаний. – ответил я.
– А про меня спросил? – влез Ираклий.
– Сказал, что ты желаешь тоже поработать.
– А он? – не отставал Ираклий.
– Ничего. – развёл я руками. – Может, посмотреть на тебе ещё захочет. Откуда я знаю, он мне не докладывает.
– Ну да. В чужую голову не залезешь. – поддакнул Лёха.
Ираклий разочарованно насупился и умолк.
– Не расстраивайся. – решила поддержать его Света. – Думаешь, там прямо конкурс в Комсомольский прожектор?
– Конечно, вам легко говорить: не расстраивайся. – с досадой заявил Ираклий. – Вы все москвичи. Даже Лёха, вон, из общаги съехал. Вы после учёбы в Москве и останетесь. А меня распределят куда-нибудь в Таджикскую республику.