Контроль (СИ)

С Крис жарко, безудержно. Она ненасытна и точно знает что хочет. От нее сносит крышу, но сердце молчит. Мне все равно, и это на самом деле то, что сейчас нужно. Отдаваться желанием на полную катушку, не думать о последствиях и завтрашнем дне. Она, как и я, сейчас хочет просто секс. Она не ждет любви и прекрасно понимает, я уйду, как только спадет хмель. Крис, как и я, просто получает то, что давно хотела.
То, что я не мог и не хотел ей дать, когда она была моей мачехой, потому что слишком любил отца, чтобы его предать. Одна мысль о сексе с ней вызывала отвращение. А вот он не постеснялся забрать Дашу, и это обижало сильнее всего.
Просыпаюсь я в полной темноте, и не сразу вообще понимаю, где я и что произошло. А потом наваливается все сразу. Боль от предательства, похмелье и голая Крис рядом. Я не знаю, от чего сейчас мне хуже, но, кажется, эти эмоции перекрывают друг друга, и я могу даже со стоном встать с кровати и, пошатываясь, попытаться найти свои вещи.
— Шипучий аспирин в верхнем ящике стола, — сонно отзывается Крис, и совершенно не стесняясь голой задницы, просто меняет позу и продолжает спать, демонстрируя свои идеальные ягодицы, на которые она потратила кучу чьих-то денег и явно сотни часов в зале. У современных девушек какой-то нереальный культ жопы. Не скрою, иногда мне это нравится. Но сейчас я могу думать только о том, как мне херово и морально, и физически.
Нахожу трусы с носками, мятые джинсы и несвежую майку, беру это все в охапку и иду в душ. Стою под холодными струями, пока не начинают стучать зубы. Потом поспешно вытираюсь и натягиваю несвежую одежду на влажное тело и отправляюсь на поиски аспирина, и только после этого звоню проверенному таксисту еще раз. Домой ехать не вариант, я действительно не хочу видеть отца. Можно бы в Верещагино, но там, скорее всего, Дэн с Максом, ну и явно не одни. Не хочу никого видеть с утра. К друзьям поздно, и получается, у меня есть только одно место, где меня не пошлют в два ночи.
  
Глава 18
 
Александр
— Нда, Саш… — Глеб морщится и залпом выпивает виски из бокала. — А я всегда говорил тебе — жить надо проще. У тебя куча бабок, снимай девочек, развлекайся, но ты ж правильный! А ген мудака, он коварный, он не дремлет.
Мы сидим в кабинете Глеба. По мне, тут слишком много белого, и все какое-то непривычное, закрытые шкафы, глянцевый стол, и внезапно яркими пятнами подушки на диване. Интерьер явно делала жена брата Лика. Сегодня я рад, что она только поздоровалась со мной и ушла спать. Последний триместр беременности дается ей довольно тяжело, хоть и выглядит она отлично, но быстро устает. Ну и еще, что мне нравится в Лике, она обладает удивительной интуицией. Она по моему лицу поняла, что сегодня нам с ее мужем нужно поговорить наедине.
— Ты серьезно считаешь, если бы я трахал всех баб без разбора, эта конкретная меня бы миновала? — невесело хмыкаю, изучая янтарное содержание бокала. Пить больше не хочется.
— Не знаю, — со вздохом признается Глеб. — Вот действительно, не знаю, что тебе посоветовать. Никогда не думал, что окажусь в такой ситуации. Но ты, правда, переплюнул даже меня.
— Вот и я не знаю. Глупо получилось. Просто нелепая идиотская череда случайностей, которую нельзя изменить. В итоге единственный человек, с которым я теоретически мог бы провести свою жизнь, для меня недоступен. Как так вышло, что нам понравилась одна и та же девушка, Глеб?!
— И что ты будешь делать?
— Тоже что и раньше. — Жму плечами, игнорируя сердце, которое болезненно сжимается. — Жить, работать…
— И тебя не будет тянуть к ней? А ее к тебе? Вы не станете искать встречи?
— Это неправильно, я не могу так поступить с Ником. Поэтому нет, я не буду искать с ней встреч. И очень сомневаюсь, что их будет искать она. Даша изначально хотела держаться подальше от нас обоих.
— Сашк, ну ты же уже поступил. Может тебе просто с ним поговорить? Честно, не пытаясь что-то скрывать?
 
— Как ты себе это представляешь? Ник, помнишь девушку, которая тебя бросила? Так вот, она не стала с тобой встречаться, потому что я ее трахал. Так что ли?
— Нда… погано все как-то. Премию «Отец года» ты точно в этом году не получишь, — воздыхает Саша.
Мы слишком поздно слышим разговор в прихожей. Это минус больших квартир.
— Ребят, — радостно заявляет Лика, открыв дверь в кабинет. — А тут Ник приехал, только он немного пьян.
— Ник… — сглатываю я приветствие, когда вижу выражение его лица.
— Ты? — рычит он и, оттеснив девушку, врывается в кабинет и несется на меня. — Как ты мог?!
Я знаю, что он сейчас сделает, но не пытаюсь даже закрыться. Ловлю его кулак скулой, потому что считаю — заслужил. Мне необходимо почувствовать боль от ударов. Мне вообще нужно почувствовать боль, я даже не оправдываюсь. От меня Ника оттаскивает Глеб.
— Да, что господи произошло? — восклицает Лика и кидается, что характерно не ко мне с разбитой рожей. А к Нику.
— Ну скажи им, что произошло! — кричит Ник. — Правда, Глебу ты уже рассказал! Ты сказал, как трахал ее?! Захотелось свежего мяса? Неужели не мог найти себе другую студенточку?
Я понимаю его боль, но говорить такое про Дашу позволить не могу, поэтому поднимаюсь, коротко бью его в лицо и разворачиваюсь к выходу, бросив напоследок.
— Следи за тем, что говоришь.
— Не нравится слушать правду?
— Не нравится, что ты поливаешь грязью девушку только потому, что она выбрала не тебя.
— Она выбрала деньги! Они все выбирают деньги.
— Мы познакомились на полгода раньше тебя. И да, благодаря тебе, — не могу удержаться от замечания. — Или ты думал, я не знал, кто организовал секс Крис и Дэна? Эти двое, с одной стороны, слишком тщательно прикрывали свою жопу, чтобы так глупо подставиться, а с другой… слишком глупы, чтобы понять — их используют. Думал, я не знал, кто срежессировал этот маленький спектакль?
Удивленная рожа Ника, доставляет удовольствие. Но мне удалось прекратить бездумный поток агрессии.
— И какое это имеет значение?
— Я уехал тогда на корпоратив, а там встретил Дашу… еще зимой.
— Она не могла быть на твоем корпоративе, она студентка! — неуверенно отзывается Ник. — Хватит врать.
— Я никогда тебе не врал. Мы познакомились там. Так вышло, что ей изменил парень, а мне Крис…в следующий раз я встретил ее уже в Верещагине с тобой.
— Она уехала тогда из-за тебя.
— Да.
— А я, идиот, сам посадил ее в твою машину.
Да. Идиот, но я не говорю этого, а просто ухожу. Прекрасно зная, домой Ник не вернется. Нужно будет сказать Глебу, чтобы проследил, где будет обретаться мелкий. На душе так паршиво, что я даже не думаю о том, откуда Ник все узнал. Все тайное рано или поздно становится явным.
Даша
Пока не попала в деревню к бабушке Машки, я, городская девочка, даже не представляла, что существует такая глушь. Ни водопровода, ни интернета. Связь с внешним миром только, если залезешь на чердак и высунешь руку в окошко. Зато в наличии теплая, ласковая речка, море клубники и никаких парней. На эту неделю я вставляю в телефон другую симку и звоню одной маме. Вру, что старая сим-карта не вовремя глюкнула, а поменять можно только в Москве. На самом деле, просто хочу не оставить себе никакой возможности выйти на связь с Сашей или ответить ему, если будет звонить. Эта неделя помогает немного прийти в себя, и в пятницу мы с Машкой возвращаемся в Москву отдохнувшие и с легким сердцем.
Мое все еще болит, но это уже не открытая рана, а ноющий рубец, грустные мечты о несбыточном. Я еще не готова двигаться дальше, но уже могу хотя бы просто жить. Приезжаем ранним утром и с поезда, в котором проспали почти всю ночь, едем сразу в общагу. Летом тут удивительно пусто. Все разъехались.
У себя заваливаемся спать дальше. Просыпаюсь, полностью отдохнувшая ближе к вечеру, и понимаю, что боль никуда не исчезла. Она просто затаилась до поры до времени и, тут в Москве, терзает меня снова.