Опасная красота. Созвездие Гидры (СИ)

… Эридан, как обещал, вернулся, когда уже давно стемнело, и Роанна перелистывала найденный в стопке на полу первый попавшийся том по истории. Боль от яда так и не вернулась, хотя приятная слабость осталась, и делать что-либо, помимо чтения и, собственно, лежания, не хотелось.
— Мой друг заходил? Ему нужна была книга.
— В смысле «Палач»? — скептически уточнила Ро и увидела, как спина Эридана напряглась.
— Он был без маскировки? — вроде бы ровно, но с явным раздражением спросил он и выругался сквозь зубы.
— Ты дружишь с Палачом? — Роанна отложила книгу и с интересом посмотрела на отца, — не помню, чтобы ты вообще хоть кого-то назвал другом.
Эридан медлил с ответом так долго, что когда заговорил, Ро вздрогнула от неожиданности.
— Это не то, о чём стоит рассказывать. Ты же знаешь, я был главой боевого отряда наёмников. И мы с Палачом часто пересекались на выездах.
— Ты никогда не говорил, почему ушёл из боевого отряда, — Роанна навострила уши. То, что отец неохотно посвящал её в свою прошлую жизнь, не было редкостью. Если подумать, она вообще очень мало знала о его молодости. Редкостью были именно такие моменты откровенности.
— Из-за тебя, — усмехнулся Эридан и подошёл, присев на кровать, — твоя мать умерла, и я решил, что так смогу всё время за тобой присматривать.
Роанна пододвинулась ближе и легла, положив голову ему на колени.
— Знаешь, у Палача какое-то сверхъестественное чутьё на людей, — задумчиво продолжил Эридан, — когда я сражался с ним в четырнадцать, он сказал, что я прирождённый лидер. Причём сказал ещё до начала сражения.
— И каково это было? — спросила Ро, глядя на отца снизу вверх, — ты быстро нанёс ему удар?
— Мне показалось, это длилось вечность. На самом деле — около минуты.
Роанна изумлённо подняла брови. Она, конечно, понимала, что главой боевого отряда не становятся за крепкое рукопожатие, но минута?..
— Ты не думай, — хмыкнул Эридан, — мне тоже досталось… Знаешь что, Ро? Как насчёт вылазки в Город?
***
— Как вы скоро узнаете, маскирующие внешность кулоны оказывают на организм разрушительное воздействие.
Эридан вышагивал из стороны в сторону в тренировочном зале, где теперь уже без проблем разместился весь набор будущих наёмников. Роанна искоса разглядывала лица, суровые и сосредоточенные, все они выглядели и наверняка чувствовали себя на порядок старше своих четырнадцати-пятнадцати.
— По сути, они отравляют кровь, пусть не ядом, но разница не так уж ощутима. Кулон вбрасывает в кровь экстракт растения-невидимки, который на время изменяет её состав. Это тяжело и больно, но на то вы и будущие наёмники, чтобы уметь преодолевать себя. Все вы — те, кто выстоял в схватке с Палачом, это умеете, поэтому сегодня вы впервые попробуете действие кулонов на себе. Пока — не выходя из здания. Затем — на небольшие вылазки в сопровождении кого-то из старших. И уже потом — на самостоятельные задания. Сейчас первая учебная группа остаётся, остальные на занятия.
После схватки с Палачом учебные группы переформировали из-за слишком неравномерного распределения народа — в каких-то группах оставалось по десять человек, в каких-то по два-три. И теперь помимо их шестёрки в первой группу входили ещё всего трое мальчишек. Девчонок после первого испытания заметно убавилось.
Жестом подозвав Роанну к себе, Эридан попросил её опустить ворот майки. В районе солнечного сплетения, точно один над другим, находились два точечных шрама.
— Это место наиболее подходит для прикрепления кулона, — Эридан наклонился к стоявшему на земле футляру с набором кулонов и поднял один. Кулон-хамелеон напоминал вытянутую каплю, разрезанную вдоль по центру. На плоской стороне крепились две иглы.
Ро поймала на себе взгляд и вскинула голову. Все члены её учебной группы не сводили взгляд с кулона и точек шрамов, и только Ризан смотрел ей в лицо. Роанна ободряюще улыбнулась и едва заметно качнула головой в знак того, что всё не так страшно, как выглядит.
 
Конечно, при этом Ро слегка лукавила; когда Эридан накинул цепочку кулона ей на шею и точным быстрым движением вогнал иглы в места шрамов, в глазах потемнело от боли, а дыхание перехватило.
Послышалось громкое «Ой!» от Лиры и всеобщий судорожный вздох. Остальные сообразили, что скоро пройдут через то же самое.
— Самое главное правило при работе с кулонами, — Эридан таким же быстрым точным рывком вытащил кулон из груди Роанны. Капельки крови на нём мгновенно впитались в иглы, и Эридан убрал артефакт обратно в футляр, с невозмутимым видом подозвав к себе следующего желающего, — не дать себе отключиться. Если вы заснёте или потеряете сознание с кулоном на шее, то гарантированно не проснётесь.
Первым добровольцем стал, разумеется, Ризан. За прошедшие годы он из худощавого мальчишки-оборванца превратился в тренированного сурового парня, жёсткого и непримиримого, готового до последнего отстаивать свои убеждения и принципы. И никто даже будучи пьяным, самоубийцей или и тем, и другим одновременно, не посмел бы обвинить Риза в трусости.
Спустив верх комбинезона и завязав его рукавами на поясе, Ризан стянул безрукавку, обнажая жилистое тренированное тело, покрытое следами старых травм. Что характерно — следы эти были на мальчишке до прибытия во Дворец. Здесь за здоровьем учеников тщательно следили и не допускали появления шрамов, ожогов или застарелых травм, мгновенно убирая их специальными составами. Особенно это касалось девушек — шрамы на женском теле почти сразу могли выдать, чем занимается его на первый взгляд безобидная хозяйка.
— Ты всё понял, Риз? — Эридан поднял следующий кулон, — не геройствуй. В первый раз лучше всего вытаскивать иглы сразу же, как почувствуешь себя плохо. Иначе отключиться можешь в любой момент.
— Понял, — коротко кивнул Ризан и поднял глаза на Ро.
— Тебе будет гораздо хуже, чем ей, — перехватив взгляд, предупредил Эридан и, найдя нужное место, таким же точным движением вогнал иглы.
Настолько сильной боли Риз явно не ожидал. Он вдохнул, словно задыхаясь и ловя ртом воздух, согнулся пополам, упираясь руками в колени, и тут же снова взял себя в руки, приняв первоначальное положение. Впрочем, теперь узнать Ризана было уже нельзя — на его месте несомненно стоял человек, но даже не отрывая от его лица взгляда, Роанна мгновенно забывала его, моргнув. Ощущение было жутковатым, хотя наверняка в толпе на улице никто так пристально не вглядывается в окружающих.
— Ну как ощущения? — с долей иронии осведомился Эридан.
— Непередаваемо, — в тон ему ответил Ризан, и Роанна хихикнула.
— Что ж. Оставляю вас на охрану, если что, они знают, как действовать. Тренируйтесь. И если кто-то не понял с первого и второго раза — не доводите себя до потери сознания. Вы уже не новички, «одним больше, одним меньше» больше не актуально. Все вы — перспективный ресурс, поэтому следуйте правилам.
Отдав указания стражникам у входа, Эридан поманил Роанну за собой.
— Удачи, — Ро махнула друзьям рукой и последовала за отцом.
— С кем-то уже такое бывало? Не помню, чтобы ты вообще когда-нибудь повторял правило трижды, — едва поспевая за размашистым шагом Эридана, спросила Роанна.
— Да, — вздохнув, подтвердил отец, — парень из прошлого набора. Тебе было тогда шесть, ты вряд ли помнишь. Тоже решил перед подружкой повыпендриваться, как твой Риз. Ну дальше сама можешь додумать. А парнишка был перспективный.
Они добрались до холла, и Эридан остановился у входных дверей. Один из стражников передал ему небольшой свёрток, перетянутый бечёвкой.
 
— Значит, так. Сейчас ты переодеваешься и отправляешься в рыночный район. Передаешь свёрток по адресу и обратно.
Роанна, сглотнув, кивнула. Это было её первое самостоятельное задание. До этого Ро не бывала в Городе без Эридана, да и вообще о том, что из себя представляет Город знала разве что из газет, Панорамы и учебников по Истории. Состоял он из множества районов, некоторые процветали, некоторые были до основания разрушены во время последней гражданской войны. Но большинство находилось где-то посередине — разорванные трубы, разнообразие ям и дыр вместо дорожного покрытия и разрушенные дома радовали глаз практически на каждой улице. Воришки, беспризорники и шлюхи встречались на каждом шагу — всё это Роанна могла часами разглядывать на Панораме, но вживую выбиралась в Город не так уж часто.