Долг феникса. Академия Хилт

– Судя по вашему виду, вам пришлось также весело, как и мне. Давайте не будем ходить вокруг да около, а просто ляжем спать? Кровать большая, тут пятерым места хватит, не то, что нам двоим.
Зевнула, осторожно прикрывая рот ладошкой. Странно, вот пока я его ждала, спать не тянуло, а вот мужчина пришел, и я прямо враз расслабилась.
Интересно, это магия какая-то или сам Лейнард так успокаивающе на меня действует? Я внимательно посмотрела на мужчину и только тут заметила, что его волосы мокрые.
Надо же, из душа… спешил. Помылся.
Это меня развеселило, и я хихикнула.
– День и права выдался трудным, – осторожно ответил он и стал стягивать с себя верхнюю одежду. Технично так. Аккуратно раскладывая на стуле… – И я рад, что вы понимаете, что я не расположен к беседам.
Зевать я перестала моментально. Какой там, я пошире распахнула глаза. Нет, я уже видела голый торс Лейнарда, но от добровольного стриптиза ни за что не откажусь. Он же чертовски красивый мужик. Я хочу посмотреть!
Меня ждало разочарование. Лейнард остался в наглухо застегнутой рубашке и свободных штанах, но, что примечательно, разулся и стоял с босыми ступнями. Недолго. Я опомниться не успела, как мужичина оказался на кровати.
Не знаю почему обратила внимание на пальцы его ног. Они мне показались красивыми. Не волосатыми крючками врастопырку, а такие длинные, аккуратные, один к одному с короткострижеными, розоватыми ногтями.
Почему-то мысленно сделала вывод, что мужчина здоров. Тьфу, о чем я только думаю?
– Понимаю, что вам некомфортно, леди Марина. – Если честно, нам давно уже было пора перейти на «ты». Но Лейнард вечно «скакал» и сейчас его «вы» резало слух. Это он так пытался выстроить дистанцию между нами? – Но обещаю, я не причиню вам вреда, не стану посягать на ваши честь и достоинство…
– Вы как будто сами себя уговариваете, – хмыкнула я и не удержалась. – Аутотренинг: я не интересуюсь женщинами, мне не нравятся девушки, я в их сторону даже не дышу.
«Я самодостаточен» – эти слова я произнесла мысленно. Ума таки хватило.
– Простите, что?
Степень изумления и ошеломления от моих слов можно было легко читать по лицу лорда. Благо светильники мы еще не погасили. Надо же как поразило его мое высказывание. А скажи я вслух про самодостаточность, небось разгневался бы?
– Лейнард, предлагаю отбросить выканье, ситуация, знаете ли, не располагает к расшаркиванию. Естественно, в пределах этой комнаты, и я ни в коем случае не претендую на роль вашего близкого друга.
– Хорошо, – выдохнул он и уставился на меня, видимо, ожидая объяснения тому, что я уже успела ляпнуть.
– Откуда я? – спросила у него.
– В смысле?
– То-то и оно, – зевнула, прикрыв ладонью рот, а после продолжила. – Все вы забываете о месте, где я выросла. Будьте проще, не надо этих постоянных заверений, что вы не насильник.
Глаза мужчины округлились. Синие-синие, они сейчас смотрелись морем, таким же огромным, необъятным и притягательным.
– Я, конечно, не в восторге от ночевки с тобой, но это не значит, что я закачу истерику, какой еще эта академия не видела. Ну мужчина рядом со мной спит. Ну и что? Не гоблин же лысый, а так, хоть эстетическое удовольствие получу.
«Если он таки стянет с себя рубашку» – мысленно закончила.
– Удовольствие? – хрипло переспросил Лейнард.
– Эстетическое, – мрачно напомнила ему и снова зевнула.
Надо же как положительно на меня действует лорд тан Даррак. Как самая лучшая в мире валерьянка. Чуть понюхал – уже спокоен, расслаблен и готов отправиться в мир сновидений.
Я как-то упустила из вида, что лорды местные, высокородные в частности, очень гордые. Вот прямо очень-очень гордые, а благородных так и вовсе по пальцам пересчитать. А уж если задеть эту самую гордость…
В-принципе, я б ничего сделать не успела. Ни откатиться на кровати, ни как-то заслониться…
Потому что в мгновение ока, я вдруг оказалась под мужчиной, придавленная его весом.
Охнула искренне, потому что грудную клетку сдавило. Но тут же стало легче дышать. Предупредительный, навредить не хочет. Ну и к чему тогда эта демонстрация силы?
 
– Значит ты считаешь, что меня не нужно опасаться, – ядовито прошептал мне в лицо мужчина. – И слова чести для тебя значения не имеют, потому что в низшем мире, распущенность – это норма?
– Будь распущенность нормой, то, как бы, по-твоему, я еще оставалась девственницей? – буркнула я и осеклась.
Ну и на черта ему эта информация?
А потом такая подумала, а чего мне краснеть? Я ж не про заразу какую сказала? У них леди до замужества такие и есть. Не целованные. Ну по идее.
– Маленькая, невинная девочка… – мои мысленные метания остались для Лейнарда не освещенными, да и не нуждался он в них. У него своих тараканов хватало. Судя по его поведению.
Его горячее дыхание опаляло мне губы. На краткий миг я зажмурилась, пережидая волну жара. Та-а-ак, а вот это мне не нравится.
– Девочка, уверенная, что… – Закончить я ему не дала.
Взяла и дунула в лицо, и продолжила вместо него.
– Что один взрослый мужчина вместо того, чтобы лечь спать, занимается ерундой. Ваши игры меня не пугают, потому что у каждого человека есть грани, которые он не переступит. Вы не насильник, и уж тем более не идиот.
Я уперлась руками ему в плечи и посмотрела прямо в глаза. Очень удивлённые глаза.
– Слезь с меня, ты на пушинку не тянешь. И запугать не выйдет. Я отношусь ко всему проще, потому что общество, в котором я росла, свободнее в плане самовыражения, в том числе чувств. Даже если это касается интимных связей, не обременённых браком. У нас люди любят и не стыдятся своей любви. Это не распущенность. Потому что если есть голова на плечах, то беспорядочных контактов, женщина никогда не допустит.
Я вздохнула, понимая, что кажется переборщила.
– Великие рода скованы условностями, традициями, вы воспитываете дочерей иначе, да и вынужденные браки, браки по расчету, а не по любви, не оставляют никакого простора.  Так вот, к чему я об этом, я не здесь воспитывалась и не в строгой семье, где практически на все существовали запреты. Я не стану пугаться полуголого мужчины и стыдливо отворачиваться, потому что я таких полуголых пачками видела.
Если я надеялась, что Лейнард отомрет и перекатится с меня на кровать, то жестко ошиблась. Нет, с меня не слезли, в меня можно сказать вжались, да еще так склонились над лицом, что мамой клянусь, на миг появилась мысль, что меня поцелуют.
– Пачками? – хрипло переспросил Лейнард. – Неужели поглядывала за переодеванием ребят в школе?
– Чего? – я моргнула. – Зачем мне подглядывать, если летом народ и сам полуголый гуляет? Жарко же… А телевизор, а журналы? А фильмы для взрослых? Лейнард, у нас это общедоступно для совершеннолетних людей.
М-да, молодец, Риша, нашла кому и что говорить, да еще момент прямо самый подходящий подобрала! Степень шока достигла пика. И все бы ничего, но такая близость меня нервировала. Ну как нервировала, я хотела его обнять. Крепко. А не отгораживаться. И пах он изумительно, и вообще, нельзя так надо мной издеваться! Вот какого черта он на мне лежит? Поверх одеяла, и все же?
– В общем, я проще к этому отношусь. И просто прошу не акцентировать внимание на нашем вынужденном положении. Бесконечные заверения в том, что у тебя самые честные намерения, вряд ли меня успокоят.
Скорее выбесят. Но про это я скромно промолчала.
Мужчина наконец слез с меня. Ну почти. Он расставил ноги, уперся ладонями в кровать, нависая надо мной, но при этом не касаясь.
– Они тебя раздражают, – произнес Лейнард и вздохнул. Причем так, как будто имел дело то ли со слабоумной, то ли с маленьким, капризным ребенком. – Выводят из себя, я понял.
– Спасибо, – я прищурилась. – Ты так и будешь…стоять?
На лежать не похоже.
– Помолчи минутку, будь добра. – Усмехнулся он, – раз уж ты ко всему проще относишься, значит и к установлению канала отнесешься спокойно.