Нет покоя в "корейских лесах". (Шаг третий) (СИ)

— Давай! — скомандовала Лалиса.
Окружающие затаили дыхание.
— Чам-чам-чам, — очень размеренно произнёс ДжонГук, повернув руку влево, и тут же скривился: — А-а-айщ.
Ему вторят несколько голосов. ЮнХо молча хлопает в ладоши.
(Там же. Спустя десять минут.)
Лалиса показывает выученные ею движения троице гостей женского пола. Те, в свою очередь, пытаются их повторить. Выходит довольно забавно. Если ЧэЁн старательно выполняет указания, то вот «мелкие», разыгравшись, откровенно кривляются, вызывая смех у парней, сейчас отдыхающих на скамьях.
Ещё одним событием стало общее решение пойти сегодня на вечерний сеанс в кино. «Мелкие» в пролёте, потому что фильм шестнадцать плюс. Сегодня премьера фантастического боевика Голливудского производства. Когда о походе заговорил МиЧжун, его услышала Лалиса и заинтересовалась. Парни пытались объяснить, что кино совсем не девчачье и ей будет скучно. Вместо отказа от похода, как все ожидали, она ещё и ЧэЁн с собой потащила. Одноклассница спорить не стала. Хотя, судя по выражению её лица, великого желания смотреть боевик не испытывала. Ей лучше бы комедию какую-нибудь или мелодраму. А вот Лалиса в очередной раз удивила своим выбором.
Тем временем на скамейке идёт беседа:
— Не верю, — с сомнением глядя на макнэ, мотает головой ДжэДжун.
ДжонГук поведал о том, что троюродная сестра «лидера» вообще ещё ни разу не проиграла в школе ни в одной игре.
— Так и есть, хён, — пожимает плечами «рассказчик». — Ты ведь сам всё только что видел.
— Да, — соглашается со сказанным ДжэДжун, но продолжает упорствовать: — Но такого не бывает. Все рано или поздно проигрывают. Нереально, чтобы она постоянно выигрывала.
— Смирись, — произносит проходящий мимо ЮнХо.
Он-то как раз не сомневается в факте того, что Лалиса везучая до безумия.
— Нет. Это чушь какая-то! — продолжает стоять на своём ДжэДжун.
— В чём проблема? — пододвигается сидевший чуть в стороне ДжинСу. — Возьми и проверь. А гадать смысла нет.
— Вот и «проверю», — поднимается на ноги «лидер» и направляется к противоположной стороне помещения.
— Сейчас и его сделает, — с видом знатока делится МиЧжун, провожая друга взглядом.
— Без вариантов, — кивает ДжинСу, трижды обжёгшийся на этой теме.
— У него нет шансов, — высказывает экспертное в какой-то степени мнение ДжонГук.
— Поворот и замерли, — заканчивает очередной «показ» Лалиса, остановившись в позе с выброшенной вверх рукой. — Это же не сложно.
— Хочу с тобой сыграть, — «с места в карьер» заявляет подошедший ДжэДжун.
Парня отчего-то задел факт того, что его младшая сестра всех обыгрывает. А со слов того же ДжонГука, делает она это на постоянной основе.
— А на что? — обернувшись на голос задаёт вопрос девчонка, находящаяся в приподнятом настроении.
Народ начинает подтягиваться к месту, где разворачиваются события, окружая парочку, но соблюдая при этом кое-какую дистанцию.
— В смысле? — не понимает ДжэДжун, остановившись напротив сестры.
— Должен быть какой-то приз победителю, — пожимает плечами Лалиса. — Ты так не считаешь?
— Щелбан, как награда, тебя больше не устраивает?
В беседу родственников никто не вмешивается. Народ с любопытством наблюдает за разворачивающимся диалогом.
— У меня и так палец болит, — косится на правую руку девчонка и возвращает взор на брата. — Так что для меня такой приз скорее наказание, а не награда за победу.
— Хорошо, — несколько раздражённо соглашается ДжэДжун и задаёт ещё вопрос: — Твои условия?
— Ну-у-у, думаю стоит повысить ставки. Проигравший катает на спине победителя, изображая при этом лошадку. Как тебе…?
— С ума сошла⁈ Ты меня и поднять-то не сможешь, — с насмешкой глядя на сестру, высказался ДжэДжун.
Только вот поддержки со стороны друзей он почему-то не получил. Одни вопросительные взгляды были ему в помощь.
— Разве? — удивилась Лалиса и, согнув руку в локте, отставила её в сторону, начав обличительную речь: — А мне помнится, что в ночь с двадцать седьмого на двадцать восьмое октября…
 
— Стоп! — моментально всё поняв, ДжэДжун прервал сестру. — Я согласен.
— Изображать лошадку? — прищурилась Лалиса.
— Да, — медленно произнёс брат и тут же постарался исправиться: — В смысле, нет. Согласен на то, что проигравший будет катать победителя.
Корректировка ответа не спасла ДжэДжуна. Услышав согласие с его стороны на то, чтобы побыть лошадкой, развеселились все. Даже МиСон захихикала, прикрыв рот ладошкой. Она вообще, кажется, бес памяти влюбилась в сестру.
— Так я и говорю… — улыбнулась Лалиса и спросила: — Начнём сразу или тебе нужно время на подготовку?
— Сразу, — набычился ДжэДжун.
(Там же. Спустя пять минут.)
ДжэДжун стоял, уперев руки в бока, и тупо смотрел в одну точку, что отражалась в зеркале. Вокруг него шло веселье.
— Хён, я же предупреждал, — свалившись на скамейку, ДжонГук старался подавить смех.
— С первого раза, — стонал ХоВон, согнувшийся пополам.
Он-то как раз смех не сдерживал и ржал как конь. МиСон и Юри тихо хихикали в уголке, перешёптываясь с ЧэЁн. Проигравший прикусил нижнюю губу. Именно в этот момент ему на плечо легла рука.
— Оппа, — многозначительно произнесла Лалиса и совершила круговое движение свободной конечностью, указывая на то, что пора бы повернутся спиной и расплатиться за проигрыш.
— Тх, — выдохнул ДжэДжун и неожиданно улыбнулся, склонившись при этом вперёд. — Давай!
Надо отдать должное «лидеру», проигрывать он умел и не видел в подобном ничего такого.
— Мансэ (Ура.)! — завопила сестра и запрыгнула на спину брата.
ДжэДжуну пришлось подхватить её под коленки, чтобы она не упала. Народ, потихоньку приходящий в себя, начал подбадривать «лидера»:
— Файтин, хён!
— Покажи, что ты настоящий конь!
— Э-э-эй! Отвалите! — отмахнулся ДжэДжун от насмешек.
И тут голос подала Лалиса:
— Галопом! — скомандовала она и выкинула правую руку вперёд на манер какого-нибудь командующего армией предводителя, восседающего на своём боевом жеребце.
Очередной всеобщий взрыв хохота разорвал воцарившуюся на миг тишину. ДжэДжун недовольно покосился на сестру и подкинул её на спине.
— Ай! — дёрнулась Лалиса и, округлив глаза, отстранилась. — Ну, можно и не галопом. Зачем же так бурно реагировать?
ДжэДжун в очередной раз выдохнул, закатил глаза на мгновение и сорвался с места.
Веселье прервала открывшаяся дверь. На пороге с круглыми от удивления глазами стояли двое мужчин. За их спинами «маячили» парочка женщин.
— Что это такое, ДжэДжун? — задал вопрос, старший из прибывших и совершенно нежданных гостей.
Адресат обращения, чуть было не запнулся, услышав знакомый голос. Вообще надо сказать, что появление родственников «лидера» и МиСон заметили не сразу. Они несколько секунд стояли молча, наблюдая за творящимся беспределом. Все, включая ДжэДжуна и Лалису, повернули головы в сторону двери. МиСон, пискнув что-то нечленораздельное, спряталась за спиной ЧэЁн. Остальные замерли, не зная, что делать.
— Я задал вопрос, внук! — сделав шаг внутрь помещения, надавил голосом НамДжун.
Он, как и его сын, сразу узнал Лалису. Девочку с такой внешностью сложно забыть. Особенно когда вокруг тебя люди исключительно с корейскими типажами. Руки ДжэДжуна медленно выпрямились, отпуская ноги сестры. Лалиса стекла со спины брата и встала рядом, насторожённо глядя на родного брата её дедушки. В помещение зашёл охранник и приблизился к подопечной, что вместе с ЧэЁн и МиСон стояла в углу. Сделал он это молча, ни на кого не обращая внимания.
— Харабоджи, я… — только было открыл рот ДжэДжун, как запнулся на полуслове, потому что народу в помещении прибавилось.