Вкус к жизни (СИ)

***
Я встречала мужа в излюбленной гостиной. Широкий подоконник стал моим убежищем на несколько незабываемых дней. В руках – книга, которую я всё-таки прочла. Рядом – свеча на высокой ножке, в душе счастье и умиротворение.
Мартин вошёл и принёс с собой морозный запах лесной хвои. Я прислушалась к ощущениям – по телу пошло тепло. Губы тронула улыбка, сердце забилось чаще в предвкушении скорого пожара. И вот я подняла взгляд, сразу наткнувшись им на безумно красивого высокого мужчину в строгом полупальто. Он стоял, вызывающе задрав подбородок. Стоял прямо в обуви.
– Куда-то торопишься? – кивнула я на ботинки, что успели собрать под собой мокрый след.
Мартин сощурил глаза.
– Надеялся застать тебя врасплох.
Я прикусила древко кисти, что использовала как закладку, интригующе улыбнулась.
– Это сложно, учитывая, как давно я тебя жду.
– Просто ждёшь? И только-то? Если хочешь, чтобы твой мужчина возвращался, его нужно удивлять.
– О, мне это удастся, уж поверь. А потому, прежде чем снова откроешь рот и произнесёшь очередную гадость, имей в виду: я беременна.
Мартин вскинул брови и едва сдержал насмешливую улыбку. Я торопливо прочистила горло.
– В смысле… в смысле, могу быть беременна! – куда более правильно расставила я акценты.
Прозвучало не очень убедительно, а потому Мартин улыбнулся шире, чем заставил душу броситься в панику, а голос сесть до глухих тонов.
– Я ведь могу..? – уже испуганно уточнила я, и только когда Мартин одобрительно кивнул, сумела размять грудь напряжённой ладонью.
– Можешь, – завлекая, проговорил он. После сделал несколько шагов. – Но неужели то время, что я дал тебе, ты потратила вот на это?! – прогремел его голос, и я вздрогнула, ощутив острый прилив возбуждения.
Мартин сделал решающие два шага и опустился передо мной на одно колено. Руку он протянул вперёд, и в ладони оказался зажат миниатюрный футляр.
– Кольцо? – от неожиданности ляпнула я, всё никак не решаясь прикоснуться.
Мартин гипнотизировал взглядом.
– Это не просто кольцо, моя маленькая принцесса. Это благословение предков. Это пожелания любви, долгих лет жизни вместе и плодородия. Это традиция, которую я имел неосторожность упустить. Открой.
Рука дрогнула, и я едва не уронила драгоценность. Стиснув зубы, прежде пришлось отдышаться и только потом заново взяться за дело. В старинном перстне сверкал тысячей граней изумруд. Я взволнованно вздрогнула.
– Как красиво…
– Когда ты счастлива, твои глаза горят ярче этого камня во сто крат, – прошептал Мартин, прежде чем надел перстень мне на палец, а затем оставил на губах осторожный поцелуй.
– Так, ты за этим уезжал? – совершенно растерялась я, и Мартин счастливо кивнул.
– Фамильное украшение. Ты очень вовремя указала мне на ошибку. Прости, я надеялся, что можно скрыться от судьбы, – виновато усмехнулся он. – Увы – это не так, и пришлось прийти к отцу на поклон… Думал, за этот перстень мне придётся рвать глотки, но ты оказалась куда хитрее и умнее. Ты сумела обаять его задолго до того, как я решился рассказать о своём выборе.
– Мы просто разговаривали… – попыталась я оправдаться, но Мартин покачал головой, не позволяя сделать этого.
– Отец говорит, без перстня на пальце избранницы, невозможно зачать, – покаянно опустил голову Мартин и прижался губами к моей ладони.
– Это всё суеверия, – усмехнулась я, проводя пальцами по густой шевелюре. Мартин закрыл глаза от удовольствия и прижался щекой к моим бёдрам.
– Не хочу проверять это на себе, – скривил он губы, прицениваясь к тому, насколько достоверной может оказаться информация. – Итак, кольцо на пальце, а, значит, настало время для разврата! – коротко хохотнул он, потянув меня за руку, решительно увлекая за собой.
– Мартин, ты с ума сошёл! – воскликнула я, не успевая подниматься за ним по лестнице. – Ведь только с дороги! – выдохнула ему в губы, пересекая порог спальни. – И наверняка безумно устал… – растерянно пробормотала, глядя на то, как он раздевается.
Мартин округлил глаза и возмущённо надул губы.
 
– Ну, не зря же я настолько плотно общался с твоим знакомым, – задохнулся восторгом он, оказавшись сверху, на мне, так близко, что дыхание становится общим.
– Что? Ты о чём это? Ты про кого? – завозилась я, не желая вот так вот поддаваться, но Мартин умел уговаривать. Да, да… что-то такое припоминаю… кажется, его навыки владения языком мы уже как-то обсуждали.
– Ну как же… этот парень с иглами вместо пальцев! Наверно, на всём моём теле не осталось такого места, где бы не побывали его орудия пыток!
– Не отвлекайся! – рассмеялась я, чувствуя, как становится щекотно от его дыхания.
Ну и кто сказал, что после свадьбы жизнь меняется не в лучшую сторону?!
  
Эпилог
 
Я внимательно следила за тем, как Мартин стоит у холста, пытаясь добиться идеального оттенка закатного багрянца. На этот пейзаж он отвёл просто невероятное количество рабочих часов и по-прежнему оставался собой недоволен. Погода всё больше подводила, солнце уходило в туман. Кажется, у мужа снова начинает ныть спина, но использовать рабочий стул он всё ещё отказывается – тренирует силу воли.
За два года, что прошли со дня свадьбы, он так и не написал ни единого моего портрета. О давней находке в мастерской я благоразумно умолчала. Кажется, это было больше, чем личное. Это было нечто такое, в чём Мартин боялся признаться даже самому себе. И только поэтому я не торопила.
– Юля, перестань, ты меня отвлекаешь, – отмахнулся Мартин, когда я бессовестно оголила бедро.
– Брось! Ты ведь даже не смотришь! – пожаловалась я, втайне посмеиваясь тому, как Мартин скрипит зубами – в последнее время ему всё сложнее сдерживаться.
– Я разрешил тебе присутствовать не для того… – резко начал он, но разумно остановил себя на полуслове. – Подожди ещё немного, малыш…
– Я это уже слышала! – капризно процедила я и сдвинула ноги так, что шёлк платья скользнул и собрался на животе.
Этого показалось недостаточно, и я вытянула ноги вверх, весело перебирая ими в воздухе.
– Юль, ты специально? – гневно вскрикнул Мартин, а я в ответ надула губы.
– Мне врач рекомендовал. Для профилактики отёков, – отчиталась я и не сдержалась, показала мужу язык.
– Профилактика отёков обязательно должна проводиться в мастерской?
– Ну… не для этюдника ведь ты поставил здесь этот роскошный диван? – бросила я свою версию. – Он, конечно, отличный компаньон, отличается молчаливостью и покладистостью, но ведь порой это становится так скучно… Кстати, мне тоже скучно!
– Займись чем-нибудь полезным, – чуть веселее и куда более отстранённо проронил Мартин, явно подобрав нужный цвет.
Он бросил взгляд за окно и едва не выругался вслух, понимая, что снова опоздал.
– Уже закончил? – весело полюбопытствовала я и тогда, наконец, муж перевёл на меня полный негодования взгляд.
– Да, – сухо бросил он, смяв в ладонях и зашвырнув в корзину перепачканную краской ветошь.
– Мартин, а помнишь, ты как-то говорил, что успел представить меня на восьмом месяце?
– Было дело, – без заминки ответил он, и я легла на диване боком.
– Ну и как? Похоже?
– Что?
– Ну… то, что ты себе представил, похоже на реальность?
– Слабо, – ничуть не приукрасив суровую правду, признался он. – В моих представлениях ты была беременна, – принялся перечислять Мартин, – обрела аппетитные формы, по щекам разливался здоровый румянец.
– Мартин! – обиженно воскликнула я, а он даже не усмехнулся.
– В реальности же я получил свою Юльку, к которой зачем-то приделали «восьмимесячный беременный живот», загримировали белилами, а в нагрузку запретили стоять у холста, и потому теперь эта странная девица выносит мне мозг.
– Тебе жутко не повезло! – понимающе поцокала я, ничуть не обидевшись.
– Ничего, у меня есть коварный план.
– Вот как? Если найдёшь чем меня развлечь, обещаю тебе в награду пару дней полной свободы действия.