Вкус к жизни (СИ)

– Мартин, почему ты построил дом именно здесь? – как-то спросила я.
Он очень не хотел отрываться от моего живота, всё нацеловывал его, ласкал губами, вырисовывал узоры языком. Ладони при этом требовательно и жадно гладили спину и ягодицы, а мысли были заняты чем-то похотливым и развратным. Говорить не хотелось совершенно, но он сделал над собой усилие, правда, отстраниться не позволил, прижал к себе очень крепко.
– А разве существует место лучше? – удивился Мартин. – Ведь именно здесь самая уютная зима, самая яркая весна. Здесь незабываемое лето и чарующая осень. Это стоит увидеть раз и уезжать не захочется.
– С тобой было именно так?
– Мне хватило одной зимы…
– Ну… поверю тебе на слово, – вздохнула я, а Мартин неодобрительно покачал головой:
– Слова ничего не значат. Предлагаю убедиться в этом лично.
– То есть ты всё ещё хочешь, чтобы я осталась? – смешливо фыркнула я, и пока Мартин возмущённо сопел, вырвалась из цепких объятий.
Убежать удалось только до кухни, а там он сграбастал меня и принялся жадно целовать, легко увиливая от встречных недовольных укусов. Пришлось сдаться на милость победителя и позволить чувствам себя увлечь. В какой-то момент я дрожала от нетерпения и отчаянно сдерживала срывающиеся с губ стоны, потом стало смешно и чуточку щекотно, а под конец Мартин взял такой темп, что оставалось только схватиться за выступающий край столешницы и стойко сдерживать небывалый напор.
Двигаться с места не было ни сил, ни желания, потому я приняла отчаянное решение устроиться прямо в кухне. Мартин кормил меня из рук фруктами и какими-то страшно сладкими пирожными. Подозреваю, что в один момент пирожных ему стало жалко, и он принялся отбирать у меня их, буквально вырывая изо рта. Перепачканные кремом и скованные странным чувством привязанности, мы смотрели друг на друга, не понимая, зачем отвлекаться на что-то ещё. А потом он просто сказал:
– Выходи за меня…
От неожиданности и удивления, в первом порыве я рассмеялась, а ещё принялась старательно стирать остатки липкого крема с его лица и с себя. Отсутствия крема на коже в тот момент показалось особенно важным, и я увлеклась.
– Юль? – напомнил Мартин о своём предложении, и я рассмеялась снова. На этот раз уже от нахлынувшего волнения.
Требовалось дать какой-то ответ, а я вдруг совершенно растерялась и оттого чувствовала себя неловко.
– Боже… и этот человек обвинял меня в сумбурности принятых решений! – воскликнула я и судорожно вздохнула, не зная, как описать то, что чувствую.
– Будь моей женой! – повторил он уже без шуток и излишне настойчиво.
– Мартин… – ужаснулась я ситуации и безвольно развела руками. – Ты… чёрт! – пришлось выругаться от переизбытка эмоций. – Я сижу голой попой на столе, а ты… – я запнулась, пытаясь донести до него что-то важное. – Ты сейчас совсем обнажён, и так близко…
– Непорядок… – покачал он головой со знанием дела. – Внесём поправки: уже в тебе! – жарко прошептал он, войдя в меня до упора.
– Мартин… – на выдохе прошептала я, цепляясь за его плечи.
– Это простой вопрос, – проговорил он мне в шею, тем самым разгоняя по телу волны мурашек. – И на него нужно ответить «да», – подсказал, теперь отчаянно цепляясь взглядом за моё лицо.
Больше смешно не было, только тревожно. И отголоски этой тревожности Мартин выбивал из меня плавными размеренными толчками.
– Я загадал тебя на прошлый Новый год… – с будто пьяной улыбкой вдруг проговорил он. – Взбалмошная и своенравная… Любит рисовать… А ещё катается на коньках и обожает ванильное мороженое. Почему-то всё это тогда показалось мне очень важным.
– С мороженым просто… Кто же его не любит?.. – совершенно глупо и бессмысленно возразила я, а Мартин широко улыбнулся.
– Может, ты мне уже ответишь?
Ответить я так и не успела – раздался незнакомый для меня звук, который оказался звуком дверного звонка. Мартин не выглядел ни удивлённым, ни недовольным. Аккуратно поставив меня на пол, он крепко сжал ладонь и потянул за собой в гостиную.
– Надень, – коротко приказал он мне и бросил в руки свою рубашку. Сам натянул домашние штаны.
 
Я торопливо застегнула пуговицы. Через одну и немного косо, но Мартин заверил, что сойдёт, и вот тогда открыл. На пороге оказалась женщина в шубе и очках, а ещё с радушной улыбкой. До зубного скрежета радушной. В её руках была красная папка, а в глазах алчный блеск. Я как раз подумала, что пора бы уже и испугаться, когда Мартин просто пояснил:
– Это регистратор из ЗАГСа, она оформит наш брак.
Я со знанием дела кивнула и постаралась принять жутко серьёзный вид. В конце концов, не просто ж так, а замуж выхожу! Правда, когда важная дама ушла вперёд, а мы с Мартином потрусили сзади, я вдруг усомнилась в адекватности наших поступков.
– И мы пойдём в твой кабинет? – отчего-то шёпотом уточнила я.
Мартин сосредоточенно кивнул.
– Нам предстоит серьёзный и ответственный шаг, и сделать его следует в непринуждённой обстановке, на нейтральной территории.
– Там, где у нас не было секса? – невинно уточнила я, а Мартин в ответ на это плотоядно улыбнулся.
– И это тоже, – хмыкнул он и очень серьёзно добавил: – Не хочу на тебя давить.
Я оглянулась и мельком осмотрела себя и его… Какое уж тут давление?!
– И… и что, мы не увидим там ни одного трупа? – уточнила я, зная, как трепетно он охраняет эту территорию.
Мартин придержал меня ладонью за лицо и ответственно заверил:
– Ни одного трупа и ни одной девственницы. – Он вдруг нахмурился, и я испуганно замерла. – Хотя постой, подожди… вот тут надо ещё проверить! – заявил он, и ладонь поползла под рубашку, заставляя меня нервно отбиваться.
Когда дама поставила печати в паспорта, забрала конверт от благодарных молодожён и ушла, я вдруг почувствовала жуткую усталость и устроила свою голую попу на страшно дорогом столе в кабинете. Мартин и не подумал меня остановить и, более того, пристроился рядом, обнял меня, позволил отбросить голову на его надёжное мужское плечо.
– Как впечатления? – отстранённо поинтересовался он, подсовывая мне виски в своём бокале.
Я вполне осознанно отказалась от выпивки и серьёзно задумалась над ответом.
– Пожалуй, это была самая странная церемония бракосочетания, на которой мне приходилось присутствовать! – со всей ответственностью заявила я и вот тогда уже фыркнула от смеха: – На нас с тобой половина костюма на двоих, а на мне даже нет белья!
– Если тебя это успокоит, то на мне тоже! – поддержал Мартин и шлёпнул резинкой штанов.
– Не успокоит! – как довольная кошка улыбнулась я. – Этот факт меня может только разволновать! – пояснила я причину прикушенной губы и сумасшедший блеск в глазах.
Мартин как раз собирался что-то с этим делать, ведь сумасшедшая жена – это очень плохо, но я не позволила увлечь себя поцелуями, предупредительно цокнула языком и придержала ладошкой рвущуюся в бой грудь.
– Нет, подожди, сначала ты мне всё-таки объяснишь, что здесь только что произошло, – выдвинула я требование, а Мартин удивлённо вскинул брови.
– А что произошло? Вроде всё логично и до неприятного правильно! Да, спина порой меня подводит, но зато я на все руки мастер, – похвастал он талантами, вызывая улыбку умиления.
Я включилась в игру.
– Что, и языком владеешь? – уточнила строго. Ответить на это он мог правду, только правду и… ну, дальше по плану:
– В совершенстве! – ожидаемо и совершенно нескромно заявил он.
Страшно хотелось проверить, но я сдержалась, ласково улыбнулась и сама поцеловала его в уголок губ.
– Прости, но… что изменилось? Мне казалось, ты был настроен так категорично… а что теперь?
– До меня вдруг дошло, что это не ты боишься принять важное решение, а я сам. Вот только бояться в моём положении – как-то несерьёзно.
– И это всё по-настоящему? – испуганно уточнила я, но Мартин деловито расправил плечи.
– Тебе паспорт показать?!
– Нет, лучше принеси мне шампанского! – рассмеялась я его браваде. – Должно же у меня быть хоть что-то от традиционной свадьбы! – потребовала я, мысленно отмечая, что шампанское – определённо лучшее, что бывает на традиционных свадьбах.