Хэлло, дорогая (СИ)

Он взял Стейси-Энн за плечо и толкнул её назад, к Милли, по-прежнему сжимая в руке пустой стакан для пунша, который собирался налить уже себе.
Человек, который широко шагал к нему, был Тейлору плохо знаком. Он едва узнал его. Кажется, это был родственник Констанс.
А потом новая неоновая вспышка светодиодов криво осветила его лицо и коридор за спиной, и Тейлор вздрогнул. На полу, глядя в потолок, лежал Джош; из его глазницы торчало лезвие кухонного ножа для разделки мяса. Свет осветил полосу на стене, и Тейлор даже не удивился, что это была кровь.
«Так я и думал, чёрт подери» — подумал Тейлор прежде, чем мужчина налетел на него и с силой швырнул прямо на стол.
Тейлор повалился на него, разлив чашу для пунша. Бутылки слетели на пол и загрохотали, превращаясь в осколки; в комнате запахло пивом. Воздух дрожал от девчоночьих криков, но музыка была громче:
Ты так долго была моей музой,И каждую тёмную ночь я пережил с тобой.Меня никогда нет рядом, я всё время в пути,Я в бегах, а ты тоскуешь дома одна.Да, я слишком потонул в собственной жизни.
— Эй! — выкрикнула Милли, пятясь и не понимая, что делать. — Эй! Что это значит?!
Хэл ничего не произнёс. Он ненавидел эту мразь, которая сама легла под него. С неё всё и началось. Она заставила его выбрать этот дом. Он убьёт её за это.
Милли словно всё поняла и бросилась прочь так быстро, как могла. Хэл моментально схватил Стейси-Энн, застывшую на его пути, и одним быстрым движением переломил ей шею: девчонка не успела ничего почувствовать, а уже умерла. Она упала ему под ноги, но Хэл переступил через неё, как через пакет с мусором. Взяв с кофейного столика пивную бутылку, он метнул её в затылок Милли, которая почти выскочила в коридор — и тут же упала ничком.
Тогда на Хэла прыгнули сзади. Он ощутил что-то странное почти впервые за долгие годы своей охоты — такое случалось только единожды, когда один из мужчин в доме в Талсе, из тех, кто показался ему полудохлым хлюпиком и ни на что не способным алкоголиком, вонзил ему в бок осколок бутылки. Боли не было ни тогда, ни в этот раз, только толчок — но Хэл, крутанувшись на месте, сбросил подонка с себя.
Он что-то почувствовал в спине, справа — странное тянущее ощущение.
Хэл развернулся очень вовремя. Тейлор бросился на него с тем кухонным ножом, которым был убит Джош — и хотел ударить уже в грудь, но Хэл перехватил его руку, сжал в своей, повалил Тейлора навзничь — и легко выбил нож, прозвеневший по полу. Секундный рывок — и Тейлор закричал от боли в сломанном запястье.
— Чёрт бы тебя побрал, — процедил Хэл, понимая, что его ранили в спину.
Хэл встал и как следует врезал парню ногой по зубам. От такого удара подбородок Тейлора подлетел вверх, голова запрокинулась, и он упал на ковёр. Хэл сильным, злым пинком перевернул его на живот и наступил между лопаток, с силой вдавив каблук ботинка.
— Решил, что справишься со мной вот так? — хмуро, но спокойно спросил он и покачал головой, чувствуя, что рубашка на спине становится странно мокрой. — Это тебе не кино, парень. А даже если и было бы, ты в нём — ни разу не главный герой.
Тейлор сплюнул сгусток крови и несколько сломанных зубов. Дёрнулся, чтобы проползти дальше, но Хэл, скривив рот, только сильнее вжал парня в пол.
— Пошёл ты.
За это он получил пинок по затылку. Боль была адской и пронзила весь череп.
— Надо было бить в основание шеи, — покачал головой Хэл. — Или в висок. Нужно было отвлечь меня, чтоб я обернулся, и разить в глаз — тогда я был бы уже труп. А теперь я для тебя — большая, большая проблема.
Он наклонился, присел на корточки, поморщился, подняв голову Тейлора за волосы. Затем небрежно отпустил.
— И это ты тот самый Тейлор Роурк, здешняя Хейли? Занятно.
Тейлор ничего не понял. Что за Хейли? Какая Хейли? О чём этот сумасшедший маньяк говорит? Но Хэл ничего не прояснял и не рассказывал. Он сюда пришёл не за этим. Так делают только в сопливых книжках про маньяков, которые начинают жаловаться на свою тяжёлую жизнь: в реальности этого не случается.
 
— Жизнь — жестокая сука, — сказал Хэл. — Если бьёт сразу насмерть, считай, тебе повезло. А чаще ранит смертельно, но не добивает.
Он бегло осмотрел гостиную, поглядел на мёртвую девчонку в костюме ведьмы, на Милли в коридоре — интересно, убил он её или только оглушил? Надо проверить, но скорее всего, убил, бросив бутылку с такой силой. Со сколькими вообще он расправился?
Подвыпивший хлюпик — Карл, кажется — это один: Хэл его ухлопал на кухне, приколов к стене ножом под подбородком, как дохлую бабочку. Парень почти даже не сопротивлялся. Он был слишком ошарашен случившимся.
Второго — его имени Хэл не знал, потому что это был кто-то новенький; кто-то, кого пригласили в последний момент — было посложнее завалить. Он сопротивлялся больше остальных и даже откинул Хэла к стене, а потом набросился сам и начал метелить, но удары уходили в молоко, и только пару раз он попал в скулу и в живот. Хэл сбросил его с себя, метнулся к столешнице и схватил из подставки нож для разделки мяса. Его всегда интересовало, зачем люди хранят в открытом доступе ножи — почему не прячут их в шкафчике? Неужели не боятся, что однажды холодная сталь может обернуться против них? Или просто не думают, что с ними может случиться что-то плохое?
В последнее время я был в замешательстве,Глядя вслед ускользающей молодости. Словно солнце, ты согреваешь меня, ты делаешь меня моложе,Но иссушаешь, стоит мне приблизиться.Я буду на коленях возле тебя, когда окажусь сломлен.
Наконец-то он начал чувствовать боль. Рана нарывала, и казалось, мышцы спины разрывало на части. Накинув ремень на шею Тейлора Роурка, Хэл поднялся на ноги и поднял его вместе с собой. Тейлор захрипел. Он был высок, но всё же до пола не доставал, когда Хэл взвалил его себе на спину.
— Не трепыхайся, — сказал он ровно. — Тебе жить осталось очень мало. Просто помолись напоследок, вот и всё.
Тейлор задёргался, вывалив язык. Кадык его судорожно пытался проглотить слюну. Он молотил руками и ногами, пытался достать до человека, который ворвался в дом и на его глазах в одно мгновение убил Стейси-Энн — так просто! Тейлор не верил, что всё закончится для него именно сейчас. За что он делает это с ними?! Почему он их убивает?!
Нет, он не умрёт. Этого не может быть.
Подумай, что ты сможешь сделать. Подумай, как сумеешь выбраться. Подумай и сделай это! Ты — хозяин своей жизни. Ты сам — а не этот псих!
— Счастливого тебе Хэллоуина, — сказал Хэл, совершенно безразличный к тому, как Тейлор цеплялся за жизнь, и рванул ремень, пережав его под таким углом, что сломал ему шею.
Тейлор Роурк смолк и обмяк. В глазах его осталось только непонимание — как так? Он всегда был на первых ролях, он всегда был крутым парнем. Он не мог кончить так. А потом, испустив последний вздох — это сделал за него организм и скопившийся в лёгких воздух — замер.
Уже навсегда.
Хэл отпустил его, и Тейлор упал на ковёр, в осколки битого стекла от пивных бутылок. Сняв с его шеи ремень, Хэл тихо произнес:
— Восемь.
Он коснулся груди и слабо помассировал её, затем поморщился. Всё же подонок достал его. Пусть немного, но достал. Хэл шагнул в сторону коридора, желая всё же проверить, что там с сукой Милли — когда почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд — и посмотрел на лестницу, а затем замер.
За мгновение он забыл обо всём.
Там, вцепившись в перила, стояла Конни. Она была в чёрном: Хэл с трудом мог сказать, во что она одета. Он почти перестал видеть что-либо, кроме её лица. Всё, что мог — просто пересчитать про себя убитых, как это делал всегда, чтобы никого не упустить.
Чтобы нигде не подставиться.
Чтобы сбросить оцепенение, потому что теперь ему предстоит разобраться с ней.
Конни скользила взглядом по телам тех людей, которых хорошо знала. Внутри неё зародился огромный страх — такой, которого она прежде никогда не знала. Она не ожидала от себя таких эмоций.