Новые линии (СИ)

Я покачала головой.
― Давай поужинаем, а потом…
― А потом я поеду домой? ― с тоской в глазах уточнил он, на что я, едва заметно кивнула.
― У меня складывается ощущение, что ты больше меня не хочешь. Может ты встретила другого? Богаче, красивее, лучше в постели?
― Ты сейчас на кого‐то конкретно намекаешь?
― Ладно, давай есть.
― Спасибо. Илья, я тебя очень уважаю, но пойми меня.
― Я понимаю. Садись за стол, буду кормить тебя ужином.
Я улыбнулась ему и нежно коснулась губ.
― Сейчас, умоюсь только.
Илью провела около десяти вечера. Ни в какую не хотел уходить и я его понимала, но сама не могла и не хотела оставаться с ним. Чувствую себя предательницей. Вроде и понимаю, что не должна хранить верность, а осадок остался. Да и мне не очень приятно менять партнеров каждый вечер. Вчера с одним, сегодня с другим. И что мне теперь делать? Разойтись с ним? И остаться вовсе одной?
Устало вздохнув, выключила в квартире свет и пошла в кровать. делать ничего не хотелось. Статью Давида отредактирую завтра, а на остальные есть выходные. Если, конечно, меня не уволят после того, что я отправлю в редакцию про Коваля.
Чует моя пятая точка, что статься о нем заказная. Не женушка ли постаралась?
После сегодняшнего приветствия, я уже ничему не удивлюсь.
Забралась под одеяло и уткнулась в телефон.
Одно непрочитанное сообщение. Номер неизвестный.
«Я тебя трахну за то, что осталась с ним.»
Мои брови взметнулись вверх. От удивления осталось только присвистнуть. Давид. Что за наглость? И это при том, что у самого есть жена? Да и вообще, какое он имеет право мне что‐то предъявлять? Они что с Ильей сговорились? Я свободная девушка, и никому ничего не должна. А то, что мы переспали один раз на яхте, ни о чем не говорит. Страсть, похоть, желание. Да пусть как хочет называет. Но это не значит, что я теперь буду его и ночами мечтать о том, что мы будем вместе.
Заблокировала экран и отложив телефон на тумбочку, откинулась на подушки.
А я мечтала. Каждую ночь о нем мечтала. Особенно первые годы. Думала с ума сойду. И что теперь? Появился он и что‐то предъявляет? Интересно, сам давно вылез от очередной бабы? Ни за что не поверю, что даже жену не трахает. А нет, в это поверю. На такую истеричку не у каждого встанет. Разве что, если не кем заменить. Но я точно не для замены. А разрушать семью я не стану. Не могу я так, влезать в чужие отношения. Неправильно это.
Когда он женился, мне хотелось найти его, дать пощечину, подергать волосы его жены, а потом я повзрослела и перестала об этом мечтать. Зачем? Кому я что докажу? Только себя унижу. Но нет, эта самая жена сама меня унизила. И за что? За то что я, пришла помочь ее мужу спасти репутацию? А попала под горячую руку? Это же надо быть такой глупой, чтоб устраивать скандал мужу прямо у него на работе, да еще и при посторонних людях. И о чем человек думал? Вспомнила, о сумочке и деньгах. Кажется, это все ее ценности. Которые она даже не зарабатывает, а выпрашивает.
Жить за счет мужа. Такое себе удовольствие. Никакой финансовой подушки и уверенности в завтрашнем дне. Вот не выдержит он, пошлет ее, и что она будет делать? Разве что искать нового мужчину. Да чтобы кошелек потолще, и терпения побольше.
Перевернулась на бок и посмотрела в окно, откуда падал уличный свет.
Пошатнулся мой устойчивый мир. Все стало каким‐то непонятным и острым, что ли. А было просто и налажено.
Дождь бы пошел. С грозой.
Люблю дождь. Он успокаивает.
  
Глава 6
 
― Ты уволена! ― истерически завопил шеф, бросая на стол распечатанные бумаги с отредактированной статьей.
Я закатила глаза и сложив руки на груди улыбнулась.
― Я этого ожидала. Не удивлена.
― Чем ты думала, когда это писала?
― Столько воплей, словно статься вышла в журнале уже.
― А если бы Дмитрий Сергеевич мне не показал ее? Напечатали и что? Ты головой своей думаешь? Ты что, журналистом заделалась?
― Вы решили оклеветать честного человека, а я в этом участвовать не собираюсь!
 
― Тебе какая разница что мы пишем? ― возмутился он, усаживаясь в свое рабочее кресло. ― Твое дело редактировать. Ты за это деньги получаешь!
― Да, только портить жизнь человеку я не буду.
― Не ты, так другого редактора найдем.
― Пожалуйста, если не боитесь остаться ни с чем. Или вы думаете, вам это сойдет с рук?
― Это тебе с рук не сойдет твое самоуправство.
― Иди в кадровый отдел и пиши заявление. Выплаты за прошлый месяц не получишь!
― Да подавись ты, ― рявкнула я, и уже хотела выйти из кабинета, но обернулась у двери, ― но запомни, как только твоя статья выйдет в печать, ты и вся твоя контора под суд пойдете. Коваль уже подключил адвокатов.
Я захлопнула дверь и наткнулась на сочувствующие взгляды сотрудников. Почему мне плевать?
― Яночка…
― Яна…
Я пошла в свой кабинет за вещами, бросив на ходу:
― Ну и гнида же у нас шеф.
Забрала ноутбук, сумку и кое‐какие бумаги, и пошла писать заявление. Дожидаться, пока этот мудак его подпишет я не стала. Еще не хватало тратить на него свое время. И плевать что он мне скажет, раз нет денег, не вижу смысла с ним общаться.
Вышла из здания ощущая внутри легкость и свободу.
Как‐будто груз с плеч сбросила.
И что теперь? Искать новую работу? А может рвануть к морю, отдохнуть, отвлечься. Некоторые сбережения у меня есть, на время хватит, а после отдыха и работу искать можно.
В сумке зазвонил телефон. Илья.
― Привет.
― Привет. Работаешь?
― Нет. Меня уволили, ― хмыкнула я и направилась к своей машине.
― Уволили? За что?
― За правду, Илья. Как обычно это и бывает. Ни один начальник не любит правду.
Села за руль и положив вещи на пассажирское сидение, выдохнула.
― Чем планируешь дальше заниматься?
Я пожала плечами смотря на здание реакции.
― Не знаю. Пока не решила.
― А что на счет сегодня? Может я приготовлю ужин дома?
― Нет, давай уже встретимся завтра. Мы же едем к твоей маме?
― Да, конечно. Тогда до завтра?
― До завтра.
― Пока.
Сбросила вызов и отложив телефон, пальцами постучала по рулю.
Приготовить себе вкусный ужин, выпить вина и посмотреть фильм? По крайней мере это лучше, чем лежать плевать в потолок, переживая из‐за того, что осталась без работы.
Так и поступила. Заехала за необходимыми продуктами в магазин и отправилась домой, готовить легкий ужин. Салат из морепродуктов и пасту с креветками в сливочно‐чесночном соусе. Кажется, меня в кладовке заждалась бутылка сухого белого вина. То, что нужно к морепродуктам.
Дома для начала приняла ванну. Немного расслабилась под тихую мелодию, да так, что едва не уснула прямо в воде. А когда вышла из ванной, довольно улыбнулась отметив, что за окном идет дождь.
Сразу же настроение поднялось.
Открыла окна, впуская в квартиру свежий воздух и шум дождя. Все, как я люблю.
Включила кофемашину и приготовив напиток, расположилась на окне с чашкой кофе. На улице лило, как из ведра. Полный двор луж, но мне это не портило настроение. Наоборот, становилось спокойно и уютно. Будто душа наполнилась счастьем.
Когда я была в последний раз счастлива по‐настоящему? Уже и не вспомню. Может, десять лет назад, рядом с Давидом? Или тогда, на яхте?
Сделала глоток кофе и откинув голову назад, прикрыла глаза.
Утром Давид прислал на почту исправленный вариант статьи. Без лести, без лжи, все так, как есть на самом деле. Я отредактировала и отнесла в офис. Результат понятен. Я без работы. Но этого и следовало ожидать.
Огорчена? Нет. Скорее немного обидно, что человека пытались оклеветать, а за то, что я подала им правду, меня уволили.
Я не хотела, чтобы Давида в глазах общественности выставили лжецом и вором. Он не такой.
Опубликуют ли исправленную статью, или оставят ту, что подали изначально я не знаю. Главное для меня то, что я постаралась спасти репутацию Коваля. Остальное за ним. И я уверена, что он это дела просто так не оставит. Такой человек, как Давид явно имеет ни одного адвоката, и они докопаются до правды. Сколько бы им это не стоило.