Страсти Челси Кейн

Также несомненно было и то, что жителям Норвич Нотча нравились красивые вещи. Полки были уставлены вытканными домашними ковриками всевозможных расцветок, ярко расписанной посудой, резными разделочными досками и целым семейством кофейных кружек, не говоря уже о плетеных корзинках с засушенными цветами, из которых две покупательницы вот уже четверть часа старательно подбирали букет. Они взглянули на нее, как показалось Челси, с любопытством. Она улыбнулась им в ответ и, стараясь выглядеть как можно более невинно, перешла в другой ряд.
Здесь были шерстяные шапки, варежки и шарфы, внизу лежали стопки хлопковых колготок, кофточек и носков. Люди в Норвич Нотче предпочитали натуральные ткани, как и сама Челси. И хотя вещи отличались высоким качеством, стоили они совсем недорого.
Возвращаясь, Челси остановилась между выставкой кулинарных книг Норвич Нотча и полкой, на которой расположились пузатые баночки с наклеенными вручную этикетками, наполненные кленовым сиропом местного производства.
Челси была приятно удивлена и смущена в то же время. Она ожидала увидеть дешевый захолустный магазинчик с залежавшимися на полках продуктами, покрытыми слоем пыли. Магазин Фарра преподнес ей сюрприз.
К ней приблизилась женщина. Она была немного ниже Челси и выглядела на год или два старше. Челси решила так, потому что кожа на ее лице выглядела гладкой. Но по виду ее неопределенного цвета волос, завязанных в жесткий пучок, по юбке и блузке, выглядевших почти неряшливо, ей можно было дать гораздо больше лет.
Она работала в магазине. Ее карие глаза, почти такие же светлые, как зеленые глаза Челси, светились доброжелательностью и вниманием. Челси даже почудилась мелькнувшая в них робость.
– Я ищу зонтик, – сказала Челси, озираясь. – По-моему, я где-то видела их.
Мягким жестом указав дорогу, женщина провела ее к стеллажу, который находился двумя рядами дальше. В неглубокой вазе веером расположились зонты. Челси, жизнь которой проходила в сити, среди них сразу приглянулся складной, он как раз поместился бы в ее сумочке. Но она тут же поняла нелепость своего выбора. Хрупкий зонтик, который ей сразу понравился, совсем не подходил для здешнего климата. Ей нужно было что-нибудь более прочное, способное служить защитой не только от легкой измороси по пути к ожидающему такси. Жизнь людей в Норвич Нотче была простая, несмотря на филе из телячьих боков, кофейные зерна "Моха Джава" и сыр "Субенхара".
"Это север", – подумала Челси, испытав мимолетное удовлетворение, промелькнувшее так быстро, что она могла бы и не заметить его, если бы оно не приходило в последнее время так редко. Пусть даже ее чувство было смутным и неясным, она знала, что, появившись однажды, оно вернется к ней снова. В нем было что-то таинственное и обещающее, как и в маленьком серебряном ключе, который она не взяла с собой, потому что не собиралась пока ничего выяснять. Ее поездка была деловой, ей хотелось осмотреться и, может быть, решить, как лучше всего действовать дальше.
Она выбрала зонт в цветочек. Он был не в ее вкусе – цветочки располагались маленькими группками и выглядели немного слащаво, – зато легкая и прочная деревянная ручка показалась Челси очень удобной. Она отдала зонт женщине и достала кошелек из кармана.
Проходя к кассе, Челси поравнялась с газетной стойкой, где все еще стоял пожилой мужчина, читая все ту же газету. Скорее всего когда он прочтет все, что ему нужно, он просто вернет газету на место и выйдет из магазина. В Балтиморе такое представить было трудно. Здесь же это выглядело вполне естественно. Челси находила даже привлекательной такую старомодность.
По привычке она взяла местную газету и положила ее рядом с зонтиком перед кассой. Затем, поддавшись внезапному порыву, вернулась к полке с кленовым сиропом, взяла одну баночку и заодно захватила кулинарную книгу.
– Любите готовить?
На нее глядел мужчина с выцветшими глазами. Судя по одежде, он тоже работал в магазине. Среднего роста и крепкого телосложения, он был блондином с типичными американскими чертами лица и неотразимой улыбкой. Будь Челси неравнодушна к блондинам, он мог бы показаться ей интересным, но ей нравились высокие темпераментные брюнеты, или по крайней мере она так считала.
 
– У меня не очень хорошо выходит, – призналась она, – но я люблю эксперименты.
Челси покупала кулинарные книги в самых разных местах. Ей было любопытно узнавать новые рецепты, даже если она не собиралась их использовать.
– Вы выбрали самую лучшую книгу. Ее составляли все наши женщины. Многие рецепты передавались из поколения в поколение. Как, например, в моей семье. Мы – Фарры, если вы обратили внимание на вывеску. Здесь рецепты Фарров, рецепты Джемиссонов и Пламов. Семейные рецепты всегда самые оригинальные. – Он внимательно изучал Челси, не переставая болтать о секретах местной кухни. – Проезжаете мимо? – спросил он неожиданно.
– Я здесь по делам.
– Тогда вы или архитектор, или дизайнер. Челси насмешливо посмотрела на него.
– У нас тут только одна компания – "Плам Гранит", в которую приезжают люди с вашей внешностью, и вы точно не строитель. – Он еще раз окинул Челси оценивающим взглядом, забирая сироп из ее рук: – Да, на строителя вы точно не похожи. Вы издалека?
Не зная, как ему ответить, она, поколебавшись, сказала:
– Из Балтимора.
– Архитектор или дизайнер? – не отставал он.
– Архитектор. – Она уложила книгу в сумочку. После того как сироп занял свое место рядом с книгой, она улыбнулась женщине, терпеливо ожидавшей, когда Челси возьмет чек.
– Вам обязательно понравится сироп, – не унимался мужчина. Он прислонился к прилавку рядом с Челси. – Его делают у нас.
– Я заметила, – показала она на этикетку.
– На самом деле это не совсем верно. Его делают не у нас, а в Стоттервиле, но это техническая сторона дела. Кленовые посадки – как раз посредине между двумя городами, а сахарный завод находится в Стоттервиле, поэтому считается, что они делают сироп. Видели когда-нибудь, как варят настоящий сироп?
Челси сосредоточенно посмотрела на кассовый аппарат:
– Нет, не приходилось.
– Обязательно посмотрите. Очень интересный процесс. Пока вы здесь, вы могли бы взглянуть. Как долго, вы сказали, пробудете здесь?
– Я скоро уезжаю, – ответила она вежливо.
– Сок уже начали собирать. Вы могли бы съездить посмотреть.
Он потянулся и с такой неожиданностью хлопнул женщину по руке, что Челси даже подпрыгнула. С такой же внезапностью его тон сменился с услужливого на требовательный:
– Принеси книгу о сахарном производстве, Донна. Она, может быть, захочет купить ее.
– Нет, нет, – запротестовала Челси вслед удаляющейся Донне. – Нет никакой необходимости, у меня очень мало времени для чтения.
Но было уже поздно: Донна скрылась среди стеллажей. Провожая ее взглядом, Челси увидела мать и дочь, которые стояли рядом и молчаливо наблюдали всю сцену. Пожилой мужчина в пенсне обернулся и тоже посмотрел на нее.
Хозяин магазина махнул рукой в ту сторону, куда пошла Донна:
– Вы должны извинить мою жену. Она работает в магазине с того дня, как мы поженились, а это уже четырнадцать лет, но так и не научилась угадывать желания покупателей. – Он легонько постучал по голове: – Она чуточку медлительна.
Его жена?! Челси, ошеломленная его презрительной усмешкой, почти понимала, почему Донна была такой молчаливой. Просто стыдно! Челси хотела бы сказать ей все, что она думает о ее муже.
– Извините меня, – сказала она и поспешила за Донной. Челси нашла ее в самом дальнем углу магазина, который пропустила при осмотре. Та перебирала стопку книг, пытаясь найти ту самую, о которой ей говорил муж.
– Не стоит беспокоиться, – сказала Челси, дотронувшись до ее плеча. – У меня дома целый шкаф непрочитанных книг. Я и так не успеваю их читать.
Она посмотрела вокруг. Кроме книг, скорее всего местного издательства, здесь были различные кустарные изделия: набивные тряпичные куклы, фигурные свечи и обтянутые шелком блокноты.