Трещины (СИ)

Алек сразу забыл о поцелуе.
- Вам надо в медблок! - с ужасом спохватился оборотень.
Тристан покачал головой.
- Там сейчас такая очередь, что на всех врачей не хватит, - фыркнул Палач, - И у меня не самое страшное ранение, поверь. Мне там делать нечего. Лучше сами перевяжем.
После этих слов Тристан действительно стянул с себя остатки рубашки и крепко перетянул живот тканью.
- Надо регулярно зализывать, - ворчливо пробормотал Алек, - По-другому не заживет.
Тристан лишь улыбнулся уголком губ.
Тех самых губ, которые…
Александр мучительно покраснел.
Мужчина расплылся в наглой ухмылке.
А потом Алек спохватился:
- Если вы не пойдете в медблок, то где вы будете спать? Разве в вашем корпусе не опасно?
Тристан развеселился еще больше.
Через минуту Алек уже тащил его в свою камеру.
Рональд встретил их с отвисшей челюстью.
- Что он здесь делает? - завопил несчастный светлый оборотень.
- Он теперь здесь живет! - прокричал в ответ Алек, а потом ехидно добавил, толкая Тристана на койку, - Мы же с ним трахаемся! Зачем далеко ходить?! Прямо при тебе совокупляться будем!
Рональд надулся, как мышь на крупу.
Тристан, в отличие от него, оживился, привставая с койки.
- Трахаемся? - заинтересованно протянул он, мгновенно превращаясь из холодной глыбы в ленивого и уверенного в себе дикого кота, - А почему я не знаю об этом, волк?
Алек сморщился, умоляя Палача всеми чертами своего лица заткнуться.
Ну… Тристан замолчал. Правда, он перешел к действиям - схватил оборотня за задницу и резко потянул его на себя.
- Ой-ей, - подумал Алек, падая на Палача и чувствуя, как в отверстие между его ягодиц сквозь слои ткани упирается что-то твердое.
- Сволочи, - протявкал Рональд с соседней койки, закрывая ладонями уши и отворачиваясь к стене.
У Тристана глаза загорелись адским, жадным светом.
- Расслабься, - посоветовал он Алеку, - Я не буду тебя трахать. Пока. Я лишь немного поиграю.
- В смысле? - не понял оборотень, - Ты, вообще, ранен… Как у тебя встало…
Он не договорил. Тристан стянул с себя штаны.
Алек поежился. Под робой белья не оказалось.
Член Тристана был длинным и крепким, с крупной розовой головкой.
Оборотень уже в который раз за сегодня вспыхнул от стыда.
- Ты можешь даже не снимать штанишки, - подмигнул ему Тристан.
Член Палача вновь начал упираться в его отверстие. А потом мужчина принялся двигать бедрами. Очень плавно и осторожно. Его член неторопливо елозил между ягодицами оборотня.
Алек то краснел, то бледнел, а Тристан ухмылялся.
Некоторое время ничего не менялось. Смеющиеся глаза мужчины не отрывались от лица оборотня, а тот упорно отводил взгляд, стараясь смотреть куда угодно, лишь бы не на Палача.
А затем Тристан стал двигаться резче и более отрывисто, пока его сперма не выплеснулась наружу, пачкая штаны Алека.
- Вот, блять! - со странной дрожью подумал оборотень.
- Вот, блять! - в ужасе воскликнул Рональд, не вовремя решивший повернуться и тут же возвратившийся в исходное положение.
- Вот, блять! - удовлетворенно и сыто протянул Тристан, потягиваясь.
Алек уставился в одну точку, не зная, как на это все реагировать.
 
Мужчина решил эту дилемму за него, потянув оборотня на себя и прижав его к своему боку.
Александр с все еще круглыми глазами смотрел в потолок. Тристан рядом начал сопеть, засыпая, и только тогда мозг Алека разродился, выдавая вполне однозначную реакцию.
Мамочки, у него, что, встало?
Господи, вот просто за что?!
Тристан рядом как-то странно всхрапнул. Как будто бы насмешливо.
Показалось, наверное.
========== Глава 10 ==========
I can’t escape myself
Я не могу убежать от себя
(I can’t escape myself)
(Я не могу убежать от себя)
So many times I’ve lied
Я столько лгал!
(So many times I’ve lied)
(Я столько лгал!)
But there’s still rage inside
Но во мне всё ещё бушует ярость.
Somebody get me through this nightmare
Кто-нибудь, заберите меня из этого ада!
I can’t control myself
Я не могу себя контролировать.
So what if you can see the darkest side of me?
А что, если ты увидишь тёмную сторону моей жизни?
No one would ever change this animal I have become
Никто не изменит этого зверя, в которого я превратился.
Help me believe it’s not the real me
Помоги мне поверить, что это не настоящий я.
Somebody help me tame this animal I have become
Кто-нибудь, помогите мне присмирить этого зверя, которым я стал!
Help me believe it’s not the real me
Помоги мне поверить, что это не настоящий я.
Somebody help me tame this animal
Кто-нибудь, помогите мне присмирить этого зверя!
Somebody help me through this nightmare
Кто-нибудь, помогите мне выбраться из этого кошмара!
I can’t control myself
Я не могу себя контролировать.
Somebody wake me from this nightmare
Кто-нибудь, разбудите меня от этого кошмара!
I can’t escape this hell
Я не могу выбраться из этого ада.
This animal, this animal…
Этот зверь, этот зверь…
Three Days Grace - Animal I Have Become
Александр потянулся и лениво приоткрыл глаза.
Оборотень отлично выспался. Впервые с момента смерти Виктории.
Казалось, прошлое испугалось Тристана, не решаясь будить лихо, пока тихо.
Это было замечательным открытием. Нужно держать мужчину поближе к себе.
Алек устал чувствовать боль.
Кстати, о Тристане. Оборотень недовольно заворочался и обнаружил, что Палача рядом не было.
Алек раздосадовано подскочил. Куда исчез опять?! Оборотню нужно было обработать ему рану.
Александр поспешно принялся оглядываться по сторонам, но обнаружил только злобно застилающего койку Рональда.
- Свалил еще часа полтора назад, - с обидой и презрением проворчал светлый оборотень, отвечая на невысказанный вопрос, - Всю ночь из-за вас не спал, сволочи!
Алек порозовел. Неужели Тристан с ним что-то делал, пока он спал?
Но Рональд, Слава Богу, развеял его сомнения.
- Спать с Палачом! - сокрушался себе под нос светлый оборотень, - Лучше сразу с обрыва сброситься! Чтобы не мучиться!
А! Так он просто боялся Тристана и не мог уснуть, наверняка поглядывая на них из темноты. Трусишка.
Но следующая фраза Рональда немного охладила веселье Алека.
- Твой Аластор всю ночь тебя щупал, а ты стонал, как сучка, - мстительно припечатал светлый оборотень.
Александр, стараясь не вспыхнуть, как помидор, посмотрел на Рональда, словно на грязь у себя под ногтями, и, расправив плечи, с гордым видом принялся ждать надзирателей.