Кто ходит в гости по ночам (СИ)

 Как бы прекрасен ни был отдых, он рано или поздно подходит к концу. Закончился и мой.
Втроём мы возвращаемся домой, хотя для Антуанетты и Агаты мой дворец больше не дом. Они собираются отправиться в дальнюю провинцию, где Антуанетта займёт пост управляющей. Наш прощальный секс разбавлен нежностью и слезами. Всегда трудно прощаться, даже если это не навсегда. Моё чёрное сердце разрывается на части, и одна из них отправляется в путь с моими любимыми. Дворец неожиданно становится пустым и безжизненным без моих девочек. Свадебные дары для Гидон уже давно собраны, приготовления завершены. Я должен в скором времени отправиться в столичный мир Внутренних Кругов. Можно и не спешить, свадьба еще нескоро, но оставаться и грустить я просто не могу.
 Вечером императрица сообщает о желании поговорить со мной через межпортальную связь.
 — Мне донесли, что ты уже отослал своих любовниц, — говорит она после взаимных приветствий с упоминанием всех титулов.
 — Да, владычица, — киваю я.
 — Почему так рано? — Она хитро улыбается.
 — Хочу поднакопить сил для первой брачной ночи с тобой, моя императрица.
 — Льстец! — Она шутливо обмахивается рукой. — Так не терпится исполнить свою часть договора?
Я молчу, мне нечего ответить.
 — Рилан, — она отбрасывает церемонии, обратившись просто по имени. — Я же не заставляю тебя.
 — Я буду рад послужить благополучию Внутренних Кругов, — возражаю я. — И тебе.
 — Как мило! — Она краснеет, как юная дева, каковой, впрочем, уже давно не является. — Ты очень мил, Рилан. Мне уже не терпится проверить, так ли ты хорош в процессе зарождения жизни, как в лести.
 Я улыбаюсь ей и вновь молчу, давая возможность говорить. Гидон не просто так вызвала меня.
 — Хотела сказать тебе, что все это только для наших будущих детей. Чтобы иметь право претендовать на трон империи, они должны родиться в узаконенном союзе. И ничто не должно бросать тень на их происхождение. Надеюсь, ты это понимаешь? — Дождавшись моего утвердительного кивка, она продолжает: — Если бы был хоть один способ не отстранять твоих любимых женщин, я бы прибегла к нему.
 Конечно, я это знаю. Гидон не собственница, все, что говорил о ней Юрий, — наглая ложь. Её правление мудро, строго и справедливо. Другого правителя на троне демоны бы не потерпели. И, разумеется, она хочет удержать свою власть как можно дольше, передав бразды правления сильнейшему из своих детей, которых у неё уже девять. И все рожденные в законных союзах. А значит, моим будущим отпрыскам придётся вступить в нелёгкую схватку за власть. Надеюсь только, что смогу достаточно хорошо их воспитать, находясь рядом, чтобы они не поубивали братьев и сестёр, стремясь урвать кусок побольше, как уже случалось не единожды. К счастью, Гидон в воспитании своих отпрысков, придерживается той же позиции.
 Поблагодарив меня за внимание и разговор, императрица отключается. А я собираюсь немного поспать. Но стоит мне встать из-за стола, как сознание ускользает. Я хватаюсь за край столешницы в попытке очнуться. Но меня затягивает в темноту. Сопротивляюсь как могу, но всё тщетно.
 Прихожу в себя я на холодном полу. Сознание, как и зрение, возвращаются постепенно. Небольшое помещение, все изрисованное магическими знаками. Я, определённо, нахожусь в человеческом мире. И точно в одном из тех, в которых уже бывал. Реальность рядом трещит и меняется под давлением моей энергии. А потому я расщепляю себя на мелкие частицы и собираю вновь уже в облике человека. Это обязательное условие пребывания демона в неродном мире.
 Есть два вида существ: твари, от слова творение и демоны, что значит меняющие. Механизм выживания тварей устроен таким образом, что они приспосабливаются к окружающей среде, меняются, приобретают новые черты. Демоны же — те, кто меняет всё вокруг себя. Не демон подстраивается под окружающий его мир, а наоборот. Пребывание в одном из миров, не рассчитанном на силу демона, грозит искажением Реальности, окружающей среды, что приводит к катаклизмам. А демоны слишком любят жизнь в любом ее проявлении, чтобы ставить под угрозу, не желая подстраиваться самому. Это не то чтобы легко, но вполне осуществимо, примерно как тренировка в спортзале. Чем сильнее демон, чем выше его ранг, тем быстрее он может осуществить подобное.
 Немного времени мне понадобилось на понимание, что переместиться я не могу. Кто-то умело затянул меня в эту ловушку, точно ручного демона призвали. И уже совсем скоро я вижу, кто именно. У дальней стены, за решеткой, украшенной такими же защитными знаками, как и стены, стоит некромант. Он удовлетворенно ухмыляется.
 — Очнулся, — тянет он. — Я хотел, чтобы ты участвовал добровольно, но ты отказался. Так что извини.
 И он громко смеется. Но от его смеха меня отвлекает движение в самом дальнем углу помещения. Освещение слабое, и только своим внутренним магическим взором я могу распознать существ, пришедших в движение. Вурдалаки. Эти создания стоят на пересечении жизни и смерти. Они умны, сильны и выносливы. Иногда появляются как следствие ошибки жизненного цикла, но чаще всего их создают некроманты для собственных целей. Минус у вурдалаков только один — в отличие от других созданий магов Смерти, вурдалаков нужно кормить. Мясом, желательно подгнившим, но и свежее подойдёт. Они чуют меня, принюхиваются, щелкают челюстями, но без приказа своего хозяина нападать не смеют.
 Теперь уже мне хочется рассмеяться. Некромант не сам притянул меня сюда. Должно быть, у него есть союзник, хорошо знающий демонологию. Сам мой призыв, порабощение и защитные знаки имеют хоть и не самую сильную природу, но этого достаточно для того, чтобы держать меня тут и лишать сил. А ведь я бы не попал в такое положение, если бы не поддался эгоистичному желанию попробовать Алису. Я оставил в ней своё семя. Дважды. Именно его и извлекли, чтобы призвать и пленить меня. Дальше дело техники. А я даже не распробовал ее рот как следует, и эта мысль заставляет меня истерично хохотать в душе. Сходил в гости, блядь!
 — Зачем тебе все это? — обвожу рукой пространство. — Что ты выиграешь от моей смерти?
 — Твою силу я так или иначе получу. Способ не имеет значения. Главное — результат.
 — Ты же понимаешь, что за меня будут мстить?
 — А я хорошо поработал! — Он щерится, его глаза горят лихорадочным блеском. — Профессионально замел следы. Ты уже не первый демон, который так попал. Но ты мой первый принц.
 Можно было бы сказать ему, что я князь. Но это немного не так. Я хоть и принял бразды правления своим народом, и меня называют князем, но еще не вошёл в ту жизненную стадию, когда моя сила равна правителю демонической расы. Еще не дорос, так сказать. Потому и Саэль так активизировался. А иллити? Вот откуда они у него. Вероятно, он убил их демонов.
 — Никто не найдёт тебя, — продолжает Юрий. — Никто не узнает, куда ты пропал.
 Самонадеянный человек! Но кто знает, кто стоит за всем этим на самом деле. Для того, чтобы создать заклинание, способное сдержать Высшего демона, а тем более принца, нужна нешуточная сила. Уже не говоря о складе ума творца этого заклинания. Если бы Юрий обладал хотя бы одним из этих качеств, я бы почувствовал. А значит, автор не он.
 — Кто тебе помогает? — спрашиваю, надеясь получить ответ.
Он ликует от собственной победы и собирается меня убить. А потому по закону жанра, непременно все расскажет. Вот только будет ли для меня польза от полученной информации? Вряд ли я успею воспользоваться ею. Быть может, это Саэль посодействовал ему. А может, и Гидон. Некромант долго молчит, решая, раскрывать ли передо мной все козыри. В итоге самолюбование и хвастливость берут верх. А говорят еще, что это демоны толкают людей на низкие поступки. Зачем? Они и сами великолепно справляются с этим. Нельзя привить человеку то, чего в нем не было изначально, будь то благие качества или низменные недостатки.
 — Это заклинание изобрела и отдала мне та самая ведьма, которую искал Эйрис, — разглагольствует Юрий. — Должен признать, она весьма талантливая сука! А мои маги уже применили его. Хорошо получилось, не так ли?