Внимание, опасность! Здесь исполняются мечты (СИ)

— «Филька, гад! Ты куда меня завел?! Это мне надо еще радоваться, что не оказалась в толпе вонючих орков?! Более цивилизованных принцев не нашлось?!»
Голос недовольно запыхтел:
— «Посмотрите на нее, стараешься-стараешься, все равно претензия на претензии. Подумаешь, моются нечасто, главное, чтобы мужик был хорошим».
— «Вот именно — мужик! А ты мне ребенка подсовываешь! А я ни на Аллу Пугачеву, ни на Арину Родионовну не похожа!»
— «Воспитаешь. Еще песня такая была: я его слепила из того, что было».
Хочу лицензию на убийство. С особой жестокостью. Или батюшку для проведения обряда экзорцизма. Или охотника за привидениями. Да хотя бы Ван Хельсинга. Главное, чтобы эту нечисть из моей жизни убрали.
Достаточно быстро я поняла, что орчанки прекрасны в своей ненавязчивости. Когда в стенку шатра кто-то врезался, чуть не погребя под собой добрую половину ожидающих, они просто пересели. Я бы на их месте захотела выяснить: а что, собственно, происходит? Но боевая женская единица сочла ниже своего достоинства вести беседы.
— Дамы, а вам не скучно? — обреченно спросила я примерно через полчаса тишины.
Орчанки озадачились. Такого слова в их лексиконе определенно не водилось.
— Давайте, что ли, за жизнь поговорим? — я сверкнула широкой улыбкой строго по заповедям Карнеги. — Боевым опытом поделимся?
Филя на заднем фоне тихо сполз в истерику.
Предложила, что называется, на свою голову. Наслушавшись историй в стиле «он от меня убежать попытался, а я его хрясь по хребтине», окончательно поняла, что в местное общество я не впишусь. Религией мы не совпадаем. Нет у нас культа бить каждого встречного. Влезать в упоенные повествования своими скромными подвигами с отбиванием сидячих мест в переполненной маршрутке я не стала.
Нас и вправду покормили. Я настоятельно попросила желудок не пугаться сыро-грязному куску жил, почему-то именуемых мясом. В наш прогрессивный век можно вылечить практически все, в том числе и гастрит, и язву.
Вылезая из плешивых кустиков (естественные потребности никакой экологией не напугаешь), я наткнулась будущего свекра.
— Прекрасная погода, не правда ли? — решила зайти я из очень дальнего далека. Кстати, небо радовало тяжелыми тучами. — Свежо.
Главный орк пожевал губами, посмотрел вверх и подманил меня пальцем. Учитывая, что расстояние между нами было два шага, я предпочла бы, наоборот, отпрыгнуть. Но дабы не гневить потенциального союзника, скромно приблизилась на сантиметр.
— Тебя как зовут? — орк пытался говорить шепотом, только я чуть не оглохла.
— Светозара Азриэльевна Дъякова, — представилась я. Имя матушка выбирала с прицелом на будущее. Но озаренным светом легкого пути у меня так и не случилось. От папы только отчество странное осталось. Как лишь узнал о беременности подруги, так свинтил в неизвестные дали. Ну а фамилия… отдельное спасибо тому, кто в войну парню в документы вместо Дельцова это написал. — Света просто.
— Иирх, — коротко вернул мне любезность пахан. — Ты это, блаженная, замуж вроде не хочешь же?
— А что, есть варианты? — оживилась я. — Без кровавых последствий? — Орк молча пожал плечами. Обнадежил, так обнадежил. — А почему вы против женитьбы сына?
— Мал еще штаны носить, — с серьезной моськой провел он по собственной брючине ладонью. — Да и хмель жевать тоже.
— Эм, — озадачилась я. — У вас это только семейным можно? — С ума сойти. Самый железный аргумент для свадьбы.
— Слово мужа ценится при совете, — нехотя сознался орк. — Чем больше жен, тем весомей мнение.
Я икнула. Нет, конечно, я выругалась про себя некультурно и в духе строителя, которому напарник на ногу мешок цемента уронил, но для собственного успокоения буду считать, что икнула.
— А у вас, простите, сколько жен имеется?
— Пятнадцать, — коротко бросил орк, словно я о чем-то несущественном спросила.
Окинув придирчивым взглядом этого султана местного разлива, я несколько удивленно спросила:
— И вы не хотите, чтобы сын женился?
— Первая жена должна быть опорой, — нравоучительно сказал орк, — а не обузой.
 
— Вы меня плохо знаете, — задрала я подбородок, припоминая, как на распродаже в бутике урвала самую последнюю пару туфель. Бой тогда жуткий и бесчеловечный был.
— Ну посмотрим, — хмыкнула эта гора мускулов и, напевая что-то под нос, явно не попадая в ноты, удалился.
А я все-таки решила добиться правды. В шатре ситуация не поменялась. Дамы сидели и смотрели в одну точку.
Вооружившись наглостью незваного гостя, я подсела к самой боевой. Орчанка слегка удивилась (до глубоких складок на лбу), когда я поинтересовалась ее именем. Рха (сначала мне показалась, что она просто чихнула, а переспрашивать было неудобно) пришла попробовать занять место пятой жены третьего по силе орка.
— А что будет, если невеста не сдаст зачет по физической подготовке? Провалит испытания? — осторожно задала я животрепещущий вопрос.
Группа в броне корсетах синхронно, как по команде, округлила глаза. Словно в шатер забежала армия ежей верхом на белках, напевая «Врагу не сдается наш гордый Варяг».
— Ни одна орчанка не позволит быть слабой! — рявкнула Рха, выпятив вперед мощную грудь для ордена «за победу мускулов над разумом».
Я скромно поправила выбившийся локон, хотя гораздо реальнее причесать веник, чем вернуть красивую укладку после скачек на кабане.
— Да как бы я и не совсем чтобы орчанка. Да что там говорить — совсем не. Эх, гулять так гулять: людь я стопроцентный. Только, пожалуй, когда проверка из налоговой приходит, во мне просыпаются гены дракона, пещерного человека и кровожадного монстра.
Рха задумчиво провела ладонью по рукояти секиры:
— Напомни-ка мне, Света, а не блаженная ты случаем?
Подавив желание выдать что-то в стиле «вот тебе крест», я помотала головой.
— Меня уже все, кому не лень, об этом спросили. Не признаюсь, и не надейтесь. Так что там с естественным отбором? Куда деются проигравшие невесты?
— Если слабачка понравится кому-то, то он может взять ее себе, — нехотя созналась Рха. — Правда, такого давно не случалось. — Я уже облегченно вздохнула, как орчанка в лучших традициях обломщиков продолжила: — Но за тебя точно драться будут. И сделают все, чтобы ты провалилась на основных испытаниях.
— Почему это?! — взвилась я.
— А ты в воду взгляни, — фыркнула одна из дев. — Красивая, нежная. Не зря Иирх на тебя заглядывается.
— У него же пятнадцать жен, — несколько потрясенно пробормотала я. Мечта быть самой красивой, чтоб мужики в штабеля укладывались, как-то неожиданно подобралась сзади и обняла за плечи. Главное, не оборачиваться — вдруг там песец.
— «Сервисный бонус», — хмыкнул Филя.
— И что? — пожала мощными плечами Рха. — Они для быта. Ты для услады будешь. Знаешь, какие орки страстные… Каждую ночь от звезд до зари могут без перерыва.
— Какой кошмар, — в ужасе пробормотала я. Как-то незаметно моя сказочка обрела рейтинг «18+». Суровый такой рейтинг. Это только на словах кажется, будто круто каждую ночь Камасутру изучать. А по факту — через пару недель начнешь мечтать о ноже, чтобы кому-то хотелку подрезать.
— «Что опять не так?» — раздраженный мужской голос нестерпимо желалось заткнуть с помощью вонючего носка, то есть с особой жестокостью. — «Вы же любите горячих парней».
— «Слушай, я не хочу сейчас вдаваться в полемику об уставших за день женщинах, у которых мужья, придя с работы, оккупируют диван, но жаркие ночи пару раз в неделю или регулярно — это существенная разница. Страшная, пугающая разница».
— «Я же предупреждал», — устало вздохнул Филька. — «Выбора у тебя нет. Лучше пройти испытания и получить в мужья по сути ребенка, чем этого… с бесконечной батарейкой».
 
— «Вообще-то разговор был о принце!», — капризным тоном протянула я.
— «Он сын вождя. Так что принц. Все по договору».
Спать нам предлагалось на земле. Я в бытность юности ходила в походы, но коврик и спальный мешок — это не примятая трава!