(не) Предал тебя (СИ)

Похоже, ремонт здесь идёт не просто потихоньку, а чертовски медленно. И, скорее уж, здание рухнет от старости, чем вновь начнёт функционировать.
– А Ева с подругами снимает здесь студию. Цена за неё чисто символическая, но всё же хоть какая-то денежка для владельца... Твоя одноклассница – замечательная девушка. Добрая, отзывчивая... Наверняка ты в неё влюблён, да? – подмигивает мне с улыбкой эта странная женщина.
Киваю.
А что я должен сказать?
– Да, она, и правда, классная девчонка, – вновь доброжелательно улыбаюсь. – Спасибо Вам за информацию. Пожалуй, пойду, да?
– Иди, конечно.
Махнув ей на прощанье, стремительно поднимаюсь на последний этаж. Здесь действительно всё выглядит вполне прилично.
Одна из дверей открыта настежь. Музыки не слышно, но я улавливаю какое-то движение. А потом слышу глухие шаги по деревянному полу.
Странно...
Подхожу ближе. Но не слишком близко. Не хочу, чтобы Ева меня заметила. Осторожно заглядываю в студию и сразу вижу девушку... На ней чёрные лосины и такой же чёрный топ, обтягивающий её грудь. Красивая шея, влажная от пота, обнажённые плечи, плоский рельефный живот...
На животе что-то поблёскивает. Похоже на пирсинг. Присматриваюсь. И правда! В её пупке серёжка... Это немного меня шокирует. Словно в идеальном облике девушки только что появился изъян. Очень привлекательный изъян, кстати. Хотелось бы, чтобы подобных было больше.
Меня бесят идеальные люди!
Например, такие, как мой брат... Нет, я его, конечно, люблю. Но всё же от его идеальности порой подташнивает. Так и хочется сказать ему: «Эй, ББ! А ты можешь сделать что-нибудь неправильное? Такое, за что потом может быть стыдно, но прямо сейчас будет весело!»
Я точно знаю, что он ответит.
«Знаешь, Дамир, вали-ка ты к матери!»
Всё время меня этим пугает...
Ева подходит слишком близко к двери, и я прячусь и жду, когда она переместится в дальнюю часть зала. Услышав, что девушка отдаляется, вновь осторожно заглядываю внутрь.
Да, она танцует. Это что-то быстрое и импульсивное. Её руки взлетают вверх, и тело поднимается вслед за ними, когда девушка встаёт на носочки. Она кружится по залу, выполняя какие-то сложные, чуть ли не акробатические движения. Размахивает ногами, подпрыгивает. Её тело сейчас как пластилин, из которого она лепит то, что ей хочется.
Если честно, я буквально поражён её пластикой... И тем, как красиво она двигается.
Правда, меня смущает, что Ева танцует в тишине. Совсем без музыки. Помимо шагов я отчётливо слышу её прерывистое дыхание. И стараюсь задерживать своё, чтобы девушка меня не услышала.
Внезапно она сбавляет темп и начинает двигаться очень медленно. Обнимает себя за плечи. Раскачивается из стороны в сторону. Наконец совсем замирает, опустив голову вниз. Видимо, танец закончился...
Ева дотрагивается до уха. Потом подходит к подоконнику и берёт в руки телефон. До меня доходит, что музыка всё-таки есть. Ева в наушниках.
Девушка вновь начинает танцевать, вероятно, сменив трек. Потому что теперь танец совсем другой, и протекает по большей части на полу. Теперь Ева похожа на извивающуюся змею. В смысле гибкости...
Мать вашу! Я не могу не смотреть на её пятую точку! Которая в этих лосинах выглядит слишком...
Чёрт!
Снова шарахаюсь в сторону от двери. Кажется, Ева только что на меня посмотрела. Хотя я в этом не уверен.
Проходит несколько секунд, прежде чем вновь решаюсь заглянуть внутрь студии. Нет, всё в порядке. Ева по-прежнему танцует, но уже поднявшись с пола и повернувшись спиной к двери.
Идеально!
Продолжаю наблюдать за ней.
– Дамир, я не танцую для неблагодарной публики! – внезапно произносит девушка стальным голосом. И сразу оборачивается. – Тебе лучше уйти.
– Почему неблагодарной? – спрашиваю с негодованием.
Ева меня гонит... Но с чего вдруг я должен уходить?
Уверенно захожу в студию.
– Неблагодарной – потому что ты вряд ли можешь оценить мой танец.
– Оо, нет! – усмехаюсь. – Я очень оценил. И не только танец, – многозначительным взглядом прохожусь по её фигурке. – Я очень-очень оценил твой внешний вид. Ты и в школу так ходишь?.. Хотя вряд ли...
 
Думаю, на неё и так все парни слюнки пускают. Нет уж... Даже хорошо, что она не ходит в таком виде на уроки. Поморщившись от собственных мыслей, вытряхиваю их из головы. Меня вообще всё это не должно беспокоить.
– Естественно, в школу я одеваюсь иначе, – бесстрастно отвечает девушка. – Да, у нас нет формы, но существуют же определённые нормы приличия.
– Расскажешь?
Подхожу к Еве. Держался до этого момента на расстоянии, потому что думал, что она вновь начнёт танцевать. Но девушка подходит к подоконнику, запрыгивает на него и садится, свесив ноги. Уткнувшись в свой телефон, делает вид, что чертовски занята. Но через пару секунд всё-таки переспрашивает с деланым безразличием:
– Рассказать? О чём?
Похоже, всё ещё обижена на меня за то, что был с ней груб.
– Ну да, о правилах приличиях.
– А что, ты не имеешь о них представления? – язвительно фыркает она.
Тут же парирую:
– Мне интересна твоя версия. Хочу знать, что ты считаешь приличным.
– То же, что и остальные приличные люди, – произносит она, подчеркнув слово «приличные». – Школа в первую очередь для того, чтобы получать знания. И внешний вид не должен мешать и отвлекать.
– То есть, – решаю подытожить, – твои лосины, например, отвлекут меня от занятий. Так?
Мой взгляд впивается в её бедра.
– Нет... Я не это... Зачем... Зачем же так утрировать? – говорит она с запинкой. Потом, вновь уткнувшись в телефон, сухо бросает: – Уходи, Дамир. Здесь тебе не место.
И это очень грубо, вашу мать! Однако я отвечаю вполне расслабленным голосом:
– Всё ясно. Ты стесняешься передо мной танцевать.
Специально поддеваю девушку. Уходить мне совсем не хочется.
– Я не стесняюсь! – тут же отрезает она и спрыгивает с подоконника. – Кто ты такой, чтобы я тебя стеснялась?
Ничего более логичного придумать не получается, и я выдаю:
– Новенький... Тот, кого ты пока не знаешь. Тот, кто тебя очень интересует. Конечно, ты меня стесняешься.
– Ты не интересуешь...
Договорить она не успевает, потому что я подаюсь ближе и прижимаюсь к девушке, вдавив спиной в подоконник.
– Что ты делаешь? – спрашивает она, вперив возмущённый взгляд в моё лицо.
Пожимаю плечами, потом стягиваю с них рюкзак, швыряю на пол.
– Что ты делаешь, Дамир?! – спрашивает Ева вновь, повысив голос.
– Не знаю... Ты можешь спросить меня об этом завтра? Иногда мне сложно разглядеть логику в собственных поступках и объяснить их прямо в ту же секунду...
Ева нахмуривается и тихо бормочет себе под нос:
– Ты такой странный...
Мы замираем. Она не пытается меня оттолкнуть. Уперевшись ладонями в мою грудную клетку, просто удерживает на некотором расстоянии. А я разглядываю лицо девушки, крепко обнимая её. Веснушки на курносом носике, небесно-голубые светлые глаза и губы, которые Ева нервно покусывает.
Мой голос звучит неожиданно хрипло, когда я произношу:
– И об этом тоже спросишь меня потом...
Быстро наклоняюсь к её лицу и, обхватив его ладонями, прижимаюсь к губам девушки.
Полнейшее отсутствие логики – да, это про меня! Понятия не имею, зачем её целую. Но мне вдруг нестерпимо захотелось именно этого – узнать, какие на вкус её губы.
Они охренительные, кстати. И меня это беспокоит, чёрт возьми!
Тут же начинаю внушать себе: это просто поцелуй, ничего серьёзного...
***
Пощёчина!
Такая смачная и неожиданная, что голова дёргается вправо. А потом и влево, когда прилетает вторая.
– Да ты вконец обнаглел! – выпаливает Ева и с силой пихает меня в грудь. Отскакивает подальше и, держась на расстоянии, продолжает нападать словесно: – Зачем ты пришёл? Ты же сам меня сегодня прогнал! Вот и катись отсюда!
А я просто молчу, наблюдая за девушкой. Её щёки раскраснелись. Губы немного припухли. Глаза полыхают злобой, которая почему-то кажется мне похожей на страсть... Сейчас Ева выглядит ещё лучше...