«Древоходец». Приблудный ученик. Книга первая

– Орденом сразу припугни, дабы лишнего никому не сболтнул, и присматривай, присматривай, пока печать ученика не поставим. А сразу, как только Мелиус боле-менее языку обучит, опробуем, какой он Древоходец, – закончил разговор мэтр Гарвил.
Поляна, на которой Костя появился в этом мире, была платная. Её арендовало у княжества одно небольшое товарищество, состоящие в основном из местных горожан.
Поляну окружили заборами с медными сетками, нашли накопители для сбора силы, наняли специалистов и охрану. Боруш, который первым встретил здесь Костю и приложил своей дубинкой, числился там старшим над охранниками.
Пользоваться поляной для перемещения можно было только за деньги.
Впрочем, такой порядок существовал и почти во всех подобных местах, расположенных неподалеку, но только на прилегающему к городу берегу. За рекой же, по большей части, места силы были открытыми и доступны для всех. Оборудовать их под сбор силы опасались, по причине частых набегов кочевников-степняков.
Костя, угодивший при переносе с Земли на платную поляну, должен был отдать деньги охраннику по положенному тарифу, или предъявить документ на право использования. Костя же бросился бежать, что в глазах охранника выглядело явным уклонением от уплаты, за что был пойман, оглушён, и, как несовершеннолетний, доставлен в ближайшую школу – школу мэтра Гаврила.
Там его продержали положенный срок, используя в качестве живого источника для зарядки амулетов.
Если же Древоходец был взрослый, но не имел средств расплатится, его отвозили в специальную камеру при мэрии и тоже «доили», пока не набирали достаточно силы для возмещения ущерба. По распоряжению Ордена Смотрящих, срок задержания не мог продолжаться больше месяца. Так как «доить» Древоходцев было делом очень выгодным, – никто раньше месяца их и не отпускал. При выходе, заключённый получал право на одно бесплатное перемещение, или мог это право продать.
У Кости было честно заработанное именное право на одно перемещение с этой полянки, или наоборот – к ней. Никто, конечно, его не поставил в известность, что своё право он может продать, а оплаченное перемещение решили использовать для проверки возможностей Кости, как Древоходца.
К этому дню Костя уже боле -менее научился говорить. Занимался с ним сам мастер Ярич, что никого особенно не удивляло: Древоходец являлся для школы очень ценным ресурсом, заслуживал особого внимания и отношения.
Благодаря «разгону мозга» от мастера Мелиуса, Костя выучил название почти всех окружающих предметов и глаголов, а мастер Ярич, с привлечённым в помощь учеником, помогали освоить местоимения, наречия и союзы, прибегая даже к мини спектаклям, изображая житейские сценки.
Костя выпросил блокнот, где карандашом записывал транскрипцию слова и перевод. Мастер Ярич, взглянул на непонятные для него каракули, и сам стал вписывать в блокнот изучаемое слово на Либоргском языке.
Мастер Ярич, однажды оставшись с ним один на один, объявил, что Костя, судя по всему, выходец из далёкого островного государства – Тагилия.
– Почему Тагилия? – уместно употребил недавно изученное наречие в вопросе Костя.
– Мы с мэтром Гарвилом догадались. Мэтр Гарвил говорил, что ты возможно из другого мира, а таких надо сдавать в Орден Смотрящих. Но сейчас мы уверены – ты с Тагилии. Я вот посмотрел твои записи в блокноте – ты пишешь на Тагильском. Языка вашего, я, правда, не знаю, но письменность как-то видел и сразу узнал.
Костя обдумал услышанное, сразу вычленил основное: если он не с Тагилии, а иномирец, то его сдадут в Орден Смотрящих.
– Ты говорил, зовут тебя Костя? – продолжил Ярич.
– Костя – сокращённое, короткое имя. Полное – Константин.
– Это у вас в Тагилии есть Константины, у нас таких нет. С этого дня будешь – Костуш. Нравится?
Новоявленный Костуш неопределённо пожал плечами.
– А полностью: Костуш Тагильский, ученик мэтра Гарвила из Либорга.
Пиши, записывай своими закорючками, – добавил Ярич, заметив, что Костя потянулся к блокноту. – Только учти – учеником сможешь полноправно называться, только когда мэтр поставит тебе ученическую печать.
 
– А какие звери в Тагилии водятся? – неожиданно для мастера поинтересовался теперь уже Костуш . – А то кто-нибудь спросит, какие там звери…
– Я откуда знаю? Это ты у нас с Тагилии, – зевая, перебил его Ярич.
– Просто я жил на маленьком острове и там почти не было зверей.
Ярич на экспромт с маленьким островом одобрительно хмыкнул:
– Я только помню, что в вашем островном государстве достаточно давно правит кровавый деспот- тиран и там часто бывает голод. Может вы с голодухи всех зверей сожрали. Вы, кажется, и людей подъедаете, – я что-то такое тоже слышал.
– Получается, я людоед? – печально спросил Костя.
– Это как вам будет угодно. Но даже не надейся – человечинкой подкармливать не будем, и не мечтай! У нас Святые Первородители запрещают человечину есть – большой грех. Так что, придётся потерпеть, – хохотнул мастер Ярич.
– А как побольше узнать о своей родине, о Тагилии?
– Есть книги в библиотеке по географии, но лучше в городскую сходить.
– Но я не умею читать!
– Вот и учись. Тебе всё равно надо и читать, и писать, и не только на нашем, но и на имперском.
А сейчас, внимательно слушай, если не понимаешь, переспрашивай – это очень важно для тебя! Когда на ночь оставлял тебя в трактире, я всем в школе сказал: новичок отправился к своей семье в Тагилию. Потому как не надо, не стоит им знать, что два раза подряд ты не смог переместится домой: все бы решили, – плохой, нестабильный Древоходцец, или, того хуже, – иномирец. Конечно, далеко не многие, но некоторые знают, что только иномирцы не могут вернуться домой.
А сейчас запомни, всё происходило так: в первый день ты переместился в родную Тагилию, объявил родственникам, что остаёшься учиться в школе, а на следующий день вернулся к нам. Всё уяснил? Теперь осмысливай.
Костя – Костуш, несмотря на ещё существующие трудности с языком, сразу всё понял, а ещё и сообразил, домыслил несказанное: сам мастер Ярич настолько боится Ордена Смотрящих, что, дав ему чётко понять – он знает, он уверен – Костя иномирец, но даже произнести это вслух опасается. По-видимому, разгонка мозга, устроенная мастером Мелиусом ещё сохранялась, и Костя теперь стал подмечать нюансы в разговоре и делать на их основе выводы.
Вечером, перед пробной попыткой перемещения, его предупредили, – не подключать устройство для отбора Силы. До этого он постоянно спал со ставшим уже привычным браслетом на ноге. Утром к нему в комнату зашёл сам мастер-артефактор Тулбас, с небольшим прибором из стекла и меди. Взяв его в одну руку, плотно прижал грушевидную нижнюю часть к груди Кости, отслеживая по часам-луковицам время. Затем извлёк из прибора прозрачную пробирку с рисками, заполненную красноватой жидкостью, и стал записывать в блокнот уровень, до которого поднялась жидкость.
– Прямо как градусник, – подумал про себя Костя.
– Сто пятьдесят единиц дара, – громко объявил мастер, вызвав завистливо – восхищённое восклицание у Цыгаша, соседа Кости по комнате.
– Иди на завтрак, а затем к воротам и жди мастера Ярича, – распорядился Тулбас перед тем, как выйти.
Ждать мастера Ярича около ворот пришлось недолго. Он появился опять же в шляпе, очках и полностью обвешанный оружием: на поясе два пистолета, за плечом ружьё, а в руках ещё и трость. К этому времени Костя уже знал, что трость разборная – если особым образом повернуть и опустить рукоять, то из трости извлекается что-то похожее на шпагу, а опущенная рукоять служит эфесом.
Стражник у ворот, указав на трость, предложил мастеру заменить «эту тыкалку» на палаш, но Ярич беззаботно отмахнулся, сказав, что степняки в это время обычно уводят стада ближе к морю и опасность наткнуться небольшая.
Вынырнув из двери учебного корпуса, ним быстрым шагом направился Пусташ, ученик мастера Тулбаса, несущий мешок с пришитыми лямками наподобие рюкзака, который он, подойдя вплотную и поздоровавшись с мастером, сразу протянул Косте. Мастер Ярич перехватил рюкзак и некоторое время держал его за лямки оценивая вес.