Иллюзорна мгла. Часть первая. Довакина нет, но вы держитесь (СИ)

– День добрый! Нам бы комнату, – открыто улыбнулась я.
– Две, – поправил Эрандур.
– Две комнаты! – пришлось повторить чуть громче и улыбнуться ещё шире.
Хозяйка таверны придирчиво оглядела нас и резко помрачнела при виде жреца.
– Хорошо. Есть пара комнат, – тонким неприятным голоском ответила она. – Двадцать септимов за ночь.
Помимо отсутствия даже тени приветливости на лице владелицы таверны, в «Очаге и Свече» оказалось ещё много такого, что вызвало у меня приступы злости. Во-первых, бард. Тёмная эльфийка с трудом вытягивала слова баллады о каком-то нордском герое. Я даже начала искренне тосковать по старику Лурбуку. Во-вторых, еда источала тонкий запашок тухлятины, а эль оказался разбавлен ещё сильнее, чем в «Неловком саблезубе». Ну, и местные пьяницы, конечно. Те самые Рольф и Ангренор, что около ворот оскорбляли Суварис, заседали в зале, оглушая всех матершиной и бравыми речами, что они прямо сейчас могут поколотить первого же данмера, которого увидят. И естественно, первым на глаза попался жрец. Эрандур тихо пробормотал себе под нос, что он гордый эльф и ни за что не позволит себе опуститься до пьяной разборки в грязной таверне.
Пара нетрезвых мужиков целенаправленно двинулась к нашему столику. Не знала, кто из них Рольф, а кто Ангренор – оба выглядели потрепано. Один косматый, бородатый, в рваных лохмотьях, другой в более приличной одежде: облезлом меховом жилете, штопанной рубахе и штанах, сплошь усеянных квадратными заплатками. Неужто у него жена есть?
Пока я огромными глотками допивала эль и собиралась бежать в комнату, данмер поглядывал на дебоширов с нескрываемым равнодушием. Припоминая, как он разделывался с орками и культистами в Храме Призывателей Ночи, мне было страшно скорее за Рольфа с Ангренором. Только попасть в местную тюрьму впоследствии совершенно не хотелось.
– Эй, ты! Урод красноглазый! Пойдем, выйдем, – нависнув над нами, выдал ожидаемую реплику задира. – А шлюха подождёт…
Я едва сдержала слёзы, вскочила из-за стола, щеки вспыхнули. Эрандур удостоил пьяницу лишь ледяным взглядом.
– Немедленно извинитесь перед моей спутницей, – спокойно произнёс он. – Оскорблять женщин – преступление в глазах Мары!
– Да ты никак нам проповеди читать собрался, серый?! – переварив сказанное, продолжил напирать законопослушный житель Виндхельма. – Пошли, а то обоим достанется!
У меня в ушах застучала кровь, я отступила назад, очень жалея о том, что у меня отобрали кинжал.
– Повторяю: немедленно извинитесь перед моей спутницей. И оставьте нас в покое, – высказал данмер, демонстративно пригубив эль, чем вызвал у пьяниц секундное замешательство плавно переходящее в приступ ярости.
– Никогда не просил прощения у эльфийских потаскух и не собираюсь! – брызгая слюной, заорал норд.
Он широко и неловко замахнулся, явно намереваясь прихлопнуть жреца одним ударом. Эрандур слегка отклонился на стуле, и кулак норда прочертил дугу в воздухе около лица эльфа. Пьяница потерял равновесие и завалился набок. Его друг подключился к потасовке, оббежал стол вокруг, выставив вперед кулаки. Данмер быстро встал, толкнул ногой стул и увильнул вбок. Бородатый, споткнувшись, пролетел мимо, врезался в официантку с подносом, уставленным жестяными кружками, и сбил девушку с ног. В унисон зазвучали тонкий визг женщин и грохот раскатывающейся по полу посуды. Целое море разбавленного эля хлынуло под ноги жёлтой липкой волной. Посетители таверны заорали. Бритоголовый громила, видимо, не дождавшийся своей выпивки, взъярившись, вскочил из-за стола и ударил проходящего мимо мужика. Организовал потасовку, словно выгадывал подходящий момент.
Задира тем временем смог подняться с четверенек на ноги.
– Пора уходить, – глядя на творящийся вокруг беспредел, заметил жрец.
Озираясь на драку, над которой воспарили мебель, посуда и выбитые зубы, я вдоль стенки двинулась в сторону лестницы. Нас провожали оскорбления и поток нецензурной брани – вслед только и неслось, что проклятое слово «шлюха». Клеймо, которого боялась больше всего.
 
Мы спустились на первый этаж и остановились у дверей комнат. Ком, застрявший в горле, мешал нормально дышать.
– Не стоит обращать внимание, – посоветовал жрец. – Боги рассудят их.
Я отвернулась и достала ключ. Из-за слёз, застеливших взор, никак не получалось попасть в замочную скважину. Пришлось сдаться, уткнувшись головой в дверной косяк. Если бы Ворстаг не удрал, то те пьяницы уже лишились бы ненужных зубов!
– Сама виновата, – прерывисто выдохнула я. – Из-за того, что натворила.
– Это не так. Позволь помочь тебе, – данмер мягко забрал ключ из моей ладони и открыл дверь.
– Почему ты… поехал со мной? – слова выговаривать стало невероятно сложно. Слёзы скрыть не получилось, а плечи предательски затряслись.
– Потому что я в ответе за всё, что случилось, – Эрандур положил ключ на тумбочку в комнате и вышел.
– Только… из-за чувства вины?
– Предпочел бы называть это ответственностью. Я обещал научить тебя изготавливать целебные снадобья, а не выполнять обещания бесчестно. Завтра займёмся алхимией, а сейчас забудь об этих глупцах и постарайся отдохнуть. Убить их мы всегда успеем…
– Что?! – я резко подняла голову и в изумлении уставилась на жреца.
– Шутка, – на его лице мелькнула тень улыбки.
========== Глава шестнадцатая. Тень Азуры ==========
– Джулия, как успехи в расчёте баланса? – голос Эрандура вырвал меня из полудрёмы.
– А? – я резко подняла голову. В ожидании ответа посреди алхимической лаборатории замерли жрец и Квинт Навал – молодой имперец, вместе с которым мы занимались алхимией.
Мрачно взглянув на стол, заваленный книгами и пергаментом увидела свою небрежную писанину. Размашистый почерк оповещал Торинга о том, что его внучатая племянница в скором времени выйдет замуж за богатого красавца наёмника.
– Ещё не досчитала, – вычисления для зелья сопротивления огню содержали пока только слово «Смесь».
Квинт подошёл ближе, нахмурив тонкие чёрные брови, внимательно посмотрел на пергамент и ухмыльнулся:
– Когда я начинал практики, тоже мало что понимал.
– Джулия всё понимает, только посчитать правильно не может, – протянул Эрандур, облокотившись на стойку.
– Вчера почти получилось! – отложив в сторону письмо Торингу, нацарапала пером: «Лепестки языка дракона – 1 доля». Дальше мыслительный процесс не пошёл. С кончика пера сорвалась капелька чернил и оставила кляксу на пергаменте.
Только третья ночь алхимических практик, а от математики уже голова распухла. Кто бы мог подумать, что меня будет воротить от любимого дела?! Я-то думала, зелья буду варить, а не цифры в столбики писать!
– Ничего, главное не сдавайся и тогда всё поймешь! – Квинт любезно продемонстрировал свой расчёт для зелья. – Мастер Нурелион говорит, что главное с костной мукой не переборщить, а то получишь отраву.
Днём престарелый альтмер Нурелион торговал в лавке под названием «Белый Флакон», а ночью, пока он спал, его предприимчивый ученик сдавал алхимический стол в аренду и получал неплохой неучтённый доход. Наше появление стало для Квинта настоящим праздником. Он активно примкнул к обучению и внимал словам жреца. По утверждениям ученика, Нурелион многому его научил, но, увы, начал впадать в маразм и бредил только о легендарном алхимическом сосуде, которого, похоже, вовсе не существовало.
– Может, лучше начнём практиковаться? – косясь в сторону рабочего стола, спросила я.
Горелка была запалена, в колбе над ней шло активное кипение очищенной воды, лучше всего подходящей для изготовления сильных снадобий. В лаборатории стояла ужасная духота и пахло сушеными травами.
 
– Попробуй измельчить костную муку без потери массы, – дал задание Эрандур и поставил на стол ступку, наполненную мелко раздробленными костями.
– Не потеряю, – наконец дорвавшись до практики, схватила пестик и принялась выполнять работу.