Ты думал, что я слабая... (СИ)

— Что вчера произошло? — поинтересовалась я. — Раз мы проснулись у тебя, значит ничего страшного. Передо мной на столике появился запотевший стакан, где всё ещё шипела таблетка аспирина
— Я опохмелилась, — сообщила Рима. — Тебе нельзя, тебе завтра на работу, поэтому лечись. Опустошив спасительный сосуд, я поняла, что мне мало, поэтому заплетающимся ногами, я поползла обратно к холодильнику, пока Рима порхала к двери, откуда раздался назойливый звонок несколько секунд назад. Ну, да! Ей было легче, если она снова влила в себя алкоголь.
— Добрый день, синьорины! — в комнату вплыл Арландо, держа в руках пакеты с логотипом ресторана «Портофино», что находился на соседней улице
— Думаю, сил и желания готовить у вас сегодня не будет.
— Скажите Арландо, Вы любите садо-мазо, БДСМ? — уперла руку в бок Рима, второй опершись о столешницу кухонного стола, преграждая путь ко мне.
— Чего? — нахмурился сосед.
— Вы честно отвечайте, не юлите!
— Началось, — закатила я глаза.
— Нет, предпочитаю секс без изврата, но от ролевых игр не отказываюсь.
— Вы ревнивец?
— Да! Но мне нравится, когда на мою женщину заглядываются другие. Это знаешь ли, повышает самооценку.
— Вы тиран? В смысле, ограничиваете женщину в общении с другими людьми и считаете, что ей место на кухне?
— Уж это точно нет, — видно было, что Арландо даже немного растерялся от такого напора.
— Я не знаю, где ты его нашла, но я не верю, что он может быть на столько идеален.
Не скажу, что я знаю идеально английский, на котором Рима общалась с моим соседом, но вот весь смысл её вопросов и последнего заявления я поняла.
— У меня скверный характер и я люблю свою работу, — пожал он плечами.
— Ну, это всего лишь приложение к любому человеку, — заявила Рима.
— Ты вообще как здесь оказался? Ты же в Милане должен был быть, — я наконец пробралась к нему, утонув в его теплых объятьях.
— О! Голубки заворковали на своём итальяно, я если что наверху! Не шлите! — ретировалась подруга.
— Ты вчера вечером позвонила, сказала, что соскучилась и попросила забрать тебя домой, вот я и вернулся, — он приглаживает мои волосы, смотря в заспанные помятое лицо. А мне почему-то даже не было не удобно. Не до стеснения было сейчас.
— Так это ты нас домой приволок? — удивилась я.
— Нет, я прилетел позже. Попросил знакомого. Но спешил к тебе как мог, — улыбнулся он.
— Рима права, таким идеальным быть не возможно, — я опустила тяжёлую голову на его плечо и закрыла от удовольствия глаза. Неужели я правда заслужила такую награду, неужели я не сплю.
— Охренеть! — возглас Римы со второго этажа заставил меня отскочить от Арландо. На лестнице она появилась в руках с одной из картин. — Вы это видели? Ты почему их держишь взаперти? Ее восторженный крик снова колотил по мозгам молотком.
— Ты зачем в моей мастерской лазила? — устало вздохнула я.
— А затем, что ты жлоб, раз скрывает эти шедевры в душной комнатёнке. — Что это? — удивился Арландо, подходя ближе к лестнице, чтобы рассмотреть картину.
— Это одна из моих работ, — заключила я, немного смущаясь. Вот угораздило же ее пойти именно туда. Пристальный его взгляд скользил по полотну, рассматривая детально каждый сантиметр.
— Твоя подруга права, Алиса, это превосходно!
— Так там их штук двадцать не меньше, — потащила она Арландо на верх. Все последующее время я выслушивал мнение «экспертов-критиков» коими себя возомнили эти двое.
— Пообещай, что дашь мне пару уроков, — попросил Арландо.
— А ты пообещай, что в ответ научишь меня ездить на мотоцикле.
  
ЧАСТЬ ОДИННАДЦАТАЯ ПРО ВОЗВРАЩЕНИЕ, НОВЫЕ УВЛЕЧЕНИЯ И ПОБЕДЫ НАД СОБОЙ
 
— Родители приостановили бракоразводный процесс, представляешь, — голос в трубке был усталый, но хотел казаться бодрым.
— Помирились? — удивилась я.
— Хуже! Уехали в медовый месяц на Мальдивы, — рассмеялся Арландо. Целый год мы переживали с ним истерики его мамы, которая могла поднять его среди ночи, и даже на работе. И вот, они решили, что после стольких мучений пора оставить сына в покое. За это время, я так и не решилась познакомиться с семьей Маттеви. Да и Арландо говорил, что ему давно приготовили невесту, мечтают женить его на молодой девушке, которую он ни разу не видел в жизни. Не хотелось мне мозолить глаза никому, тем более, что за это время мы так и не обговорили наш статус.
 
Мне было хорошо с ним рядом, я чувствовала, что это тот мужчина, который мне нужен. С его страстной итальянской натурой было тяжело совладать, особенно, когда он делал нечастые набеги на мою спальню. Но это было похоже на отношения с Тимофеем. Меня любили, а я лишь позволяла себя любить.
Вместе мы провели незабываемый отпуск, а потом он сорвался на работу. Работа подразумевала под собой съёмки в каком-то боевике в Голливуде в качестве каскадера, где мне посчастливилось побывать дважды. Если я скажу, что он пользовался популярностью у противоположного пола, то не скажу ничего. Трудно соперничать, когда вокруг твоего мужчины трутся особы с внешностью моделей журнала «Максим» или на крайний случай «Плейбой», а ты просто уступаешь им не только по внешности, но и по яркости.
Нет, я никогда не считала себя уродиной, но воспитание мне не позволяло выставлять напоказ все свои женские «прелести» с глубоким декольте или чрезмерно короткой юбкой. Может быть этим я себя и успокаивала, хотя если честно, пользоваться своим женским обаянием я могла. Наверное не зря среди стольких нимфеток Арландо выбрал именно меня.
Но суть не в этом, ведь возвращался каждый раз он именно ко мне, в маленький домик в Шилле, где я его ждала. Да, ждала, и мне это нравилось.
— Не отпускай меня, — просил он всегда, как только время подходило к отъезду.
— Если я не отпущу, то тебе не захочется больше возвращаться, — улыбалась я, закутываясь в его объятья, в которых чувствовала себя комфортно. А после мой мирок сужался до моей работы и дома. Правда появилось одно небольшое увлечение. Каждый вечер я садилась на старенький байк, который вопреки всем протестам моего мужчины, а я имела право так его называть, я купила себе сама, и мчалась куда глаза глядят.
Хотя признаюсь один раз делала вылазку на Родину.
Случилось это незадолго до Рождества, когда вся Италия собиралась отмечать этот праздник. У нас в школе был последний день перед каникулами, когда я заглянув в почтовый ящик электронной почты, вдруг обнаружила письмо от неизвестного адресата.
Кому: Алиса Бурджанини
Тема: Конкурс «Истоки вдохновения»
Уважаемая, госпожа Бурджанини, сообщаем Вам, что Ваша работа «Пробуждение» вышла в финальный этап конкурса «Истоки вдохновения», который состоится 26 декабря….
А дальше условия защиты работы, адреса и телефоны для справок. Если честно, я не поняла, что происходило. Как моя работа могла попасть на конкурс? Она преспокойно стояла в углу комнаты уже несколько месяцев. После того, как ее трогала Рима… Рима! Что-то мне подсказывало, что без ее вмешательства здесь не обошлось.
Незамедлительно я набрала ее номер, чтобы выяснить, причастность подруги к этому злодеянию. Это все ее чрезмерно шаловливые ручонки и мозги. Что за наказание?
— А ты не рада что ли? — заявила она после моей непродолжительной бравады.
— Нет, Рим, ты не имела права, — продолжала злиться я.
— Имела! — заявила она. — Они так и умрут в этой комнате, а я дала твоим картинам хоть какой-то шанс на жизнь, — Рима тоже перешла на повышенный тон. Не то, чтобы мы ругались, просто возмущались. Хотя в Италии это бы показалось дружелюбным разговором.
Почему злилась она, когда это должна была делать я? Я осмысливала это после того, как бросила трубку. Подруга старалась для меня, а я как неблагодарная сволочь наорала на нее. Дура, да и только. Но что мне было делать с этим подарком судьбы? А черт его знает. Я снова набрала Риме.
— Успокоилась? — поинтересовалась она.