Свадьбы и разводы (СИ)
Обмениваемся с Мишей взглядами, скрыв маленькую уловку «угадай, чего хочет женщина», и я понимаю, что не имею права раскрывать тайну. Нужного подарка.
– Рад, что угодил.
– Кстати, Макс познакомься – это Эмма. – Из кухни выплывает сногсшибательная блондинка, окидывает меня томным взглядом, на который в любой другой ситуации я непременно отреагировал бы заинтересованностью, и протягивает руку, чтобы я пожал тонкие пальчики и скрепил знакомство. – Та самая свидетельница, которая, увы, не смогла присутствовать на нашей свадьбе. Но сегодня она прилетела на мой праздник. Наконец-то вы познакомились! – Женя хлопает в ладоши, довольная нашей встречей.
Понимаю, что я приглашён к Изотовым с одной целью – быть представлен Эмме. Шальной блеск в глазах блондинки сигнализирует, что объект знакомства она оценила и увиденным довольна. Но я сегодня я к играм не расположен и намерен покинуть этот дом с решением своего вопроса и в одиночестве.
– Рад знакомству.
– И я, Максим. Жаль, что не удалось познакомиться на свадьбе.
– Да, жаль. Жень, можно я уединюсь с Мишей для важного разговора?
– А мы думали, ты к нам присоединишься, – указывает в направлении кухни, – составишь компанию, нальёшь шампанского и развлечёшь какой-нибудь страшной историей развода из твоей практики.
– Обязательно, но позже, – подталкиваю Мишу в направлении кабинета, покидая девочек.
– Эмма не понравилась? – вопрос, который прилетает в меня, как только закрывается дверь.
– Скажем так: у меня сейчас иной объект симпатии.
– Я так и знал! – Миша плюхается в кресло, хлопнув в ладоши. – Я говорил Женьке, что ты завис на Олесе, и приглашение Эммы бессмысленно. Да? Олеся? На свадьбе ты глаз с неё не спускал.
– Да. – Подтверждаю, потому что отпираться бессмысленно, но делиться подробностями не намерен. – Давай оставим это на потом. Сейчас у меня вопрос: мне нужна крупная сумма…
– Без вопросов. Сколько нужно. Тебе не откажу.
– Ты даже не спросил зачем?
– Ладно, – цокает, – зачем?
– Во-первых, Яна теперь официальная невеста моего отца, – глаза Миши увеличиваются, и я понимаю, что на прошлой неделе, стоя на пороге квартиры Макаровой, выглядел так же. – Отец подал заявление на развод, это серьёзно, предложение сделано, свадьба скоро, – предугадывая последующие вопросы, отвечаю сразу на все. – Во-вторых, папа и Яна решили выйти из дела и выступили с предложением: либо я выкупаю их доли, либо предложение уйдёт на сторону. Срок – неделя.
– И зачем они тебе?
– Не понял…
– Макс, ты получил дело от отца, вкладывался в него, развивал, работал, но Максим Сергеевич всё равно держал руку на пульсе, не спуская тебя с поводка. Это чужое, понимаешь? Тебе никогда не хотелось создать своё? Пусть с нуля, пусть сложно, но никто не поставит тебя перед фактом, как сейчас. Когда отец вышел из дела? Давно. У тебя есть имя, которое, кстати, указано везде. Там не значится Макарова, хотя она твой партнёр. И клиенты придут к тебе, – указывает на меня, уверенный, что его слова возымеют эффект.
Предложение друга достаточно разумно, и сели обдумать озвученное, выстроив верную тактику, вполне жизнеспособно. Такой вариант я рассматривал, откинув за нецелесообразностью. Обидно отказывать оттого, что развивал долгих десять лет, но и идея создать что-то своё, будоражит.
– Я подумаю. Действительно, подумаю. Взвешу все «за» и «против», и на это у меня есть неделя.
– У меня фантастическая интуиция. Советую к ней прислушаться. А что с Олесей? – смена темы происходит неожиданно.
– Всё… – подбираю верное определение, – непросто. Яна приложила руку.
– Так хотела младшего Ворона, что остановилась на старшем? – ржёт, прекрасно понимая, что рассчитывала Макарова на нечто иное.
– Вроде того. Да и я, не привыкший к подобного рода вопросам, повёл себя неправильно, – отхожу к окну, разглядывая Эмму, дефилирующую вдоль бассейна и не вызывающую предполагаемой реакции.
– Немного зная Олесю, думаю, она тебя спросила о будущем ваших отношений. Ты, конечно же, сказал, что ничего основательного не планируешь, брак не для тебя, семья не в приоритете и так далее и тому подобное.
– Да.
– И как ты собираешься исправлять ситуацию?
– Пока не знаю. Рассчитывал, что у меня достаточно времени, а сегодня узнал, что её агентство переехало, а моим соседом теперь является похоронное бюро.
– Узнал куда?
– Нет. Даже подруги не в курсе.
– Макс, если ты не знаешь, то уже давно изобрели телефоны, – привлекает моё внимание, заставляя обернуться. – Штука такая с экранчиком, по которому нужно пальчиком водить и номер набирать.
– Смешно. Уверен, меня закинули на дно чёрного списка, стерев из памяти.
– Это не про Олесю.
– Думаешь?
– Набери и проверь.
Достаю телефон, и впервые в жизни испытываю страх при таком простом действии. Опасаюсь, что прав, что заблокирован навсегда, что не возьмёт трубку, проигнорировав мой звонок, или ответит, уничтожив равнодушием в голове. И несмотря на многочисленные «что», набираю знакомый номер. Удивительно, но протяжные гудки отзываются волнением, а после четвёртого, я слышу привычное:
– Слушаю.
– Привет.
– Здравствуйте, – словно она приветствует меня из вежливости, как очередного клиента.
Теряюсь на пару секунд, потому что не готовился к разговору, но на счастье вспоминаю о Горееве.
– Сегодня встретил Гореева. Он забрал заявление и решил сохранить брак с Соней. Просил передать, что аванс возвращать не нужно.
– Спасибо за информацию.
Завершает звонок, оставив меня в недоумении. Сейчас я говорил с посторонним, холодным и далёким человеком. Она имеет полное право злиться за то, что не оправдал надежд и намеренно обидел в пятницу, заверив, что в моей постели её уже заменила другая.
– Да-а-а, Макс, содержательная беседа, ничего не скажешь. – Миша, подперев голову кулаком, окидывает осуждающим взглядом. – Ты забыл, как с женщинами общаться?
– Преимущественно с этой. – Честно признаюсь, что я в позиции проигравшего.
– У тебя мой друг есть варианта. Первый: оставить Олесю в покое и вернуться на исходную, пополняя список ни к чему не обязывающих отношений. И второй: играть по её правилам, выставив собственные условия.
– Первый привычнее, – отвечаю не задумываясь, вспоминая, что ещё месяц назад я не испытывал страха при наборе номера. – Второй пугает неизвестностью.
– Любому человеку присущ страх изменений. Мы предпочитаем знакомую опасность переменам в своих привычках. На протяжении длительного времени ты не задумывался о чувствах. Нелюбовь ни к чему не обязывает. Проснулся, оделся, ушёл и плевать на упрёки, крики, обиды. Ты свободный. Нет эмоций – нет проблем. Ты не боишься потерять, а секс – просто физиологическая необходимость. Но как только ты вложил эмоции, – Миша щёлкает пальцами, заставляя вздрогнуть, – ты попал, мой друг.
– Информативно, – спокойно подытоживаю, хотя каждое слово бьёт точно в цель. – Ты поэтому женился второй раз практически сразу после развода? Страх перемен в своих привычках? – Желание поддеть Изотова рассыпается в пыль, сталкиваясь с серьёзным взглядом.
– Я снова попал на эмоции. Только в случае с Женей к стандартному пакету страхов добавился ещё один – я старше её почти на двадцать лет. Но у меня есть опыт и список «чего делать нельзя», поэтому надеюсь, что третьего брака в моей жизни не будет.
– Списочком поделишься?
– Считай, что он уже у тебя на почте. – Миша подталкивает меня к двери. – А теперь прошу на кухню ублажать именинницу и её подругу. Эмма тебе неинтересна, но будь паинькой, потерпи её пару часов.
– Только пару, – обещаю другу, мысленно находясь совершенно в ином месте.
Глава 27
– Макс, что ты решил? – Яна плюхается в кресло, раскачивая ножкой и смотря на меня равнодушным взглядом.