Вредная Валерия (СИ)

- Ты с Лерой мириться не планируешь?
- Так не ругались, куда мириться?
- Ты понял, о чем я. Не думаю, что тебе классно там одному.
- Мне классно, – честно говорю Руслану.
- Че? Тебе классно без девушки? Ты там часом… не того?
- Да нет, конечно. Просто… Рус, у всех моих друзей серьезные длительные отношения. Ты с Настей три года, Егор вообще женился, Денис съехался с девушкой, Абрамова замуж собралась. Я же скачу по жизни, все надеюсь, что мне тоже повезет. А кто сказал, что у меня должно быть, как у всех? Может, мне надо расслабиться и забить вообще на отношения. Поверь, есть чем заняться и без тупого мозговыноса и женских капризов.
- Не согласен. Ну надо девчонкам капризничать, надо эмоции показывать, и что с того? Ты из-за того, что тебя это бесит, готов один остаться? Девушку любить надо, Край, во всех смыслах. Чтобы она знала: ты за нее все что угодно отдашь.
- И морду набьешь? – припоминаю эпизод из лагеря.
- Это вообще первое дело. Как у неТимура дела, кстати?
- Ты не поверишь, но он теперь мутит с Дариной. Той, которая на меня вешалась.
- Ты в какой-то «дом-2» уехал, а не в сборную, честное слово, – смеется мой бывший кэп.
- Да не говори ерунды. Не у всех мир вокруг одной темы любви вращается.
- Дурачок ты, – закатывает глаза Рус. – Тебе как будто все еще шестнадцать, Владик. Даже удивительно, я всегда думал, что ты серьезнее и умнее меня. А ты самый настоящий дурак.
Может, Рус прав, но пока я уверен, что чужие советы мне не подходят.
Я живу, как белка в колесе, учусь ориентироваться в столице и запоминаю схему Московского метрополитена, набиваю первые шишки на работе, ночами переписываю диплом и спокойно игнорирую милые сообщения от новых одногруппниц.
Все идет ровно, никто не дает моим убеждениям повода пошатнуться. Никто, кроме Абрамовой, которая в конце месяца приглашает меня на торжественную регистрацию своего брака с польским преподом и заявляет, что Леру тоже позвала.
  
Глава 58
 
Ноябрь того же года. Питер. Лера
«И снова нема твоя Нева,
И словно пуста моя Москва»
(с) Ирина Дубцова, Леонид Руденко «Москва-Нева»
Сам тот факт, что я нахожусь на свадьбе своей когда-то ненавистной одногруппницы и бывшего возлюбленного, конечно, забавляет меня. Диана и Стефан выбрали для себя камерную роспись, где присутствуют только жених и невеста, регистратор ЗАГСа и фотограф. Гости дожидаются снаружи, на порожках Дворца бракосочетаний.
Я бы не пошла на этот чудесный праздник, где все равно ощущаю себя не в своей тарелке, если бы не возможность встретить Крайнова. С июля, с момента, как мы виделись в последний раз, прошло четыре долгих и сложных месяца. Во мне теплилась легкая надежда, что он все-таки напишет хоть раз или позвонит, но этого не произошло. Знаю от Насти, что Влад виделся с Русом, и то один раз, а в целом он максимально быстро оторвался от своей привычной питерской жизни.
Я миллион раз повторяла себе, что отпустила его сама, что приняла правильное решение, но мне до безумия хотелось верить, что я для него не пустое место. Слишком быстро мальчик, который в день расставания таскал мой чемодан и хотел угостить кофе, забыл меня совсем. Может, и вспоминать-то особо нечего, но грустно и обидно.
Для него все в прошлом, забылось и отпустило. Ты сама его толкнула туда, Лера. Сама виновата.
А теперь стой молча и смотри, какой он красивый в клетчатом пальто, надетом под светлые брюки и модные ботинки.
Он болтает с друзьями и выглядит вполне счастливым. Смеётся над шутками и улыбается.
И вот спрашивается, а я тогда что делаю в трауре уже четыре месяца? Диана пытается помочь, занять меня чем-то, заставляет до минуты расписывать свободное время. Не знаю, с каких пор она решила стать моей нянькой, но я благодарна ей. Без помощи было бы хуже.
И спрашивается, что толку от этой депрессии? Дальше так жить смысла нет. Верить в неслучайность прошлого уже не получится, жить надо настоящим. И в настоящем нужно искать себе новые занятия и новых друзей (Диана ведь скоро уедет в Польшу, а как жаль, что мы так поздно разглядели друг друга).
 
Я искренне радуюсь за Абрамову, когда она вместе со Стефаном показывается в дверях ЗАГСа. Про них многое говорили, были и сплетни, и обсуждения за спиной, а им все нипочём. Вот о такой любви мечтать надо. Не завидовать, а именно радоваться за счастливую пару и мечтать для себя.
Парни разливают шампанское по пластиковым фужерам, кто-то выстреливает хлопушкой с конфетти, Диане вручают многочисленные букеты, которые она даже удержать в руках с трудом может. Фотограф почти не просит нас как-либо позировать, вся съемка компании получается живой и душевной. После коротких тостов и напутственных слов молодым, после сотен щелчков затвора на фотоаппарате, отпускаем счастливую семью отмечать их день так, как они спланировали. Знаю, что они поедут в люксовый отель, и думаю, это шикарный современный вариант свадьбы вместо шумных застолий.
Парочка уезжает, и наступает время гостям расходиться. Я прощаюсь с ребятами быстро и легко, мы ведь и не знакомы с ними, с Мирой перекидываюсь несколькими словами и спешно направляюсь на автобусную остановку.
- Лер, подожди.
О Боже мой, кто у нас заговорил. Долго же молчал ты, Владик.
А я не останавливаюсь. Как тогда, в мае, на выходе из спорткомплекса. Надо – пусть догоняет.
- Лер, блин, ну куда ты так быстро?
- А что, в Москве тренировки плохие, ты физически не вывозишь больше?
Догоняет, само собой. Только вот я уже разговора этого не хочу.
- Ты слишком резво убегала от меня.
- Что ты хочешь, Крайнов? Спросить, как жизнь у меня? Уже не твоё дело.
- Не мое.
- Тогда иди и занимайся своими.
Молчит. Стоит в полуметре от меня. Помню, раньше на таком расстоянии нас начинало развозить. Что это было – чувства или долбанные гормоны? Мысленно я сейчас строю между нами преграду, такую, через которую Влад ничего не почувствует.
- Я знала, Крайнов, что эта Дарина сама на тебя повесилась, я все прекрасно видела своими глазами. Просто на тот момент я уже понимала, как должна поступить. Тебе нужно было в Москву. Видишь, как я права оказалась.
- Зачем, Лер? Зачем тогда был твой спектакль?
- Я хотела помочь тебе. Глупо, по-дурацки. Оцени это, если сможешь.
Преграда, Лер. Вспомни, что она между вами, хоть ее и нет. Вспомни, как больно бывает, когда ведёшься на этого парня.
- Я оценил. Знаешь, тогда, после моря, я много думал о тебе и жалел, что так случилось.
Врет? Потому что не верю. Кто думает, тот что-то делает.
- Ты не пробовал поговорить со мной после всего. Хоть бы один гребанный раз, Влад! Если тебя волновало это, почему ты молчал?
- Я запутался, белка.
Тоже мне клубочек. Запутался он. Он опять меня называет белкой, а мне кажется, что в ту ночь на море я отобрала у него право использовать это слово. «Моя белка». О да, я помню магию этих слов, каждую мурашку, каждый взгляд и вздох. Все, что было. Я все помню.
- Я тоже помню, Лер, – вдруг говорит он. Это что, клиника? Я же не произносила этого вслух, почему он отвечает мне?
- Что ты помнишь?
- Тебя.
Так, сейчас выдохнули. Мой автобус уже уехал, а я все стою. Слишком интересные сюжеты мне рассказывают.
- Слушай, белка…
- Не называй меня так!
- Нет, я буду тебя так называть! – вижу, как в нем постепенно просыпается «грозный Владик». И используется это его сторона слишком редко, не в тех ситуациях. – Я только месяц назад сказал Русу, что мне не нужно ничего, что смысл не в отношениях и любви, и вообще я не нуждаюсь в них. Месяц назад сказал и...
 Какие откровения подкатили. К чему бы?
- И что изменилось? – перебиваю его. – У тебя тоже гормональный сбой, а?