Брак во имя Альянса (СИ)
Я вскочила на ноги, меня закрутило в вихре внезапно нахлынувших чувств. Перед глазами все поплыло, я лишь беспомощно терла их, а слезы все набегали. Но больно мне не было – наоборот, еще никогда мне не было настолько хорошо и легко. Потому что там, на овальном ложе, спеленутый полупрозрачными языками-лепестками, весь облепленный такими же полупрозрачными пластырями, лежал Аэдо. И он дышал, я видела, сам дышал! Девиране сделали то, что для Альянса было бы невозможным. Сложнейшая операция – и человек самостоятельно дышит. Просто спит.
Я склонилась над Аэдо, жадно вглядываясь в любимые черты.
Я не искала в них человека, который ушел несколько лет назад и ушел навсегда.
Но так получилось, что, едва встретив Аэдо, я уже тогда чувствовала, что он – мой, и всегда был моим, а я – его. Так получилось, и в этом было мое… наше будущее.
Его дыхание было ровным и очень спокойным, ресницы едва заметно подрагивали. А голова… Несчастная, многострадальная голова! Ее облепили пластырями там, где раньше торчали разъемы. Мне хотелось посмотреть, что с остальными разъемами, но все тело было скрыто, и я не стала силой отдирать фиксирующие лепестки. Только протянула руку и осторожно коснулась щеки Аэдо. Погладила. Внутри чудесной огненной птицей распахивало крылья мое счастье.
И поэтому я не услышала, как ко мне подошел кто-то из девиран, дернулась испуганно, когда меня тронули за плечо. Обернулась – на меня с легкой полуулыбкой смотрел все тот же принц, имени которого я так и не узнала.
«С ним все будет хорошо. Десять часов на восстановление». – пришло сообщение.
«Даже невероятно, что вы это смогли», - глупо пытаться скрывать удивление и восхищение.
Принц пожал плечами.
«Мы – древняя раса, намного старше вас. Мы строили каменные дома еще тогда, когда на Земле жили только цианобактерии. Мы можем почти все».
«А что вы не можете?»
Снова пожатие плечами. И немного снисходительная, высокомерная улыбка, но я не обиделась. На самом деле, все равно, кто и как на тебя смотрит, когда рядом – твое счастье.
«Не можем создать что-то из ничего. Да и никто не может».
Я невольно улыбнулась, кивнула на Аэдо.
«Вы ему подчистили память?»
«Да. Как и договаривались. Теперь твоя очередь. Ты готова?»
Я еще раз посмотрела на спящего Аэдо. Как хотелось его обнять. Прижаться всем телом к нему, ощутить гладкую кожу под щекой. Заглянуть в светлые глаза, в которых так просто утонуть и забыться. Все это было у нас впереди, обязательно…
И решительно сказала:
- Я готова. Идем.
ЭПИЛОГ
Я медленно просыпалась, и мне казалось, что я плыву на лодке по широкой равнинной реке, и что лодка едва заметно покачивается на волнах, и так я плыву навстречу розовому рассвету, который пробивается сквозь дымку.
Мне было тепло, хорошо и спокойно.
Потом, когда и рассвет, и тихий плеск воды растворились в подступающей действительности, я осознала, что лежу на чем-то упругом, поверх укрыта тяжелым и теплым одеялом, и чья-то тяжелая рука лежит поперек меня. Но все эти ощущения не вызвали тревоги или страха – наоборот, умиротворение и согласие с тем будущим, которое для меня наступило.
Я открыла глаза, и первым, что увидела, был низкий потолок салона космического транспорта. Вторым было невероятно красивое в своей строгости лицо медиума Аэдо. Он лежал рядом, на боку, обнимал меня за талию и, подперев голову свободной рукой, рассматривал так внимательно, как будто у меня внезапно на голове вырос розовый куст.
- Ты проснулась, - заключил он, - я боялся, что с тобой что-нибудь не так.
- А я боялась, что с тобой что-нибудь не так, - ответила я и задумалась. О том, что последним моим воспоминанием было то, как Аэдо потерял сознание в девиранском транспорте. Кажется, мы были там совершенно одни… В памяти мелькнул странный образ, человек с серой кожей, серебристыми волосами и бриллиантом во лбу. Мелькнул и пропал. В животе стало щекотно от внезапно накатившего страха: я совершенно не помнила ни этого серого человека, ни того, что было дальше.
Провал. Темнота. Возможно, когда-нибудь я вспомню, что с нами случилось, но… похоже, не сейчас. Надо было выяснить, где мы находимся и куда летим.
- А где мы? – я покрутила головой.
Самая обычная каюта малого челнока, не шикарная, но и не скромная. Вон, панели, похоже, из настоящего дерева. И угол дивана, обитого кожей, виден в проход.
Рука Аэдо переместилась с талии к моему лицу, и он легонько погладил меня по щеке.
- Судя по тому, что я считал с центра управления этим челноком, мы находимся на нашем собственном корабле, который записан в реестр Альянса как транспорт, принадлежащий супружеской паре Виарро, Маргарите и Александру. Корабль полностью настроен на меня. И даже локальный банк данных здесь же, набитый тем, что лично мне никогда не принадлежало, и идентификатор есть, и нейроинтерфейс работает именно с этим идентификатором. Что случилось, Марго? Последнее, что я запомнил, это то, что девиранский корабль разнесло на атомы, и даториум тоже, а я… я знал, что это мои последние минуты жизни, потому что то, что из меня сделал верховный стор, не исправили бы ученые Альянса.
- Но то, что верховный стор оказался тем еще авантюристом и предателем, а вовсе не Творцом, ты хотя бы помнишь?
- Помню, - мрачно согласился Аэдо… или Александр Виарро? – Но совершенно не помню, откуда я это знаю, о том, что он предатель. Бред какой-то. Такое чувство, что кто-то нам от души почистил воспоминания.
- Похоже на то, - согласилась я.
Под одеялом было так хорошо, что совершенно не хотелось выбираться, чтобы в который раз сталкиваться с проблемами и сложностями этого мира. А река была так красива, так спокойна и совершенна в своем размеренном течении… Я вздохнула. Покосилась на Аэдо – сейчас мне был виден его профиль, нос с легкой горбинкой, четко очерченные скулы, решительный подбородок…
- А ты… не против, что нас, не спрашивая, поженили? Ну, по документам? – прошептала я с трепетом.
Он повернулся ко мне и улыбнулся.
- Но… Марго, наш брак благословила служба безопасности Альянса, как ты помнишь. Только тогда… я даже не совсем понимал, зачем я все это делаю.
- А если бы не благословили? То, что сейчас происходит… Как ты на это смотришь?
У него были потрясающие глаза. Светло-серые, с темной каймой. И смотреть в них было легко, потому что там, в их глубине, я читала надежду.
- А ты? Что ты об этом всем думаешь? – едва слышно прошептал он, - я ведь знаю, что ты любила не меня. Я все помню, про украденное тело. Но я… мне хотелось бы… когда-нибудь…
И умолк, растерянно глядя на меня. А я искала, и не могла найти подходящие слова, потому что – да, так случилось. В медиуме Аэдо воплотилось мое прошлое. И настоящее. И ничего с этим не поделаешь. Единственное, в чем я была уверена – это в том, что Аэдо не был заменой чему-то, давно утраченному. Он оказался настолько… собой, настолько цельным, достойным и сильным, что я просто полетела ему навстречу, словно мотылек к огню, и мне хватило несколько дней, чтобы привыкнуть к этому человеку и быть готовой разделить с ним будущее.
Звучит более, чем странно – но так получилось. И ничего с этим уже не сделаешь, и так бывает, много миллионов раз в бесконечной Вселенной.
Я потянулась к нему руками, обхватила за шею – осторожно, чтобы, не дай Бог, не причинить боли, если где-то что-то не до конца зажило. Притянула к себе и прошептала в губы:
- Ты не замена, и никогда ей не был. Ты – это ты. И, знаешь, ты – лучшее, что случилось со мной за долгие годы.
- Честно? – он выдохнул рвано, наши губы соприкасались, но Аэдо ничего не делал. Ему хотелось быть уверенным до конца.