Одна грешная ночь
Ее охватило тягостное предчувствие: в последнее время Кейн держался слишком тихо. Что он теперь задумал? Приближался день ее рождения, и время до того момента, когда она смогла бы предъявить свои права на наследство, быстро истекало, как струйка песка в песочных часах. Вспоминая недавние хлопоты Диллона, она подумала, что у нее расшалились нервы. Пора бы Кейну оставить надежды на то, что ему удастся поживиться ее деньгами. Впрочем, кто знает? Он вообразил, что деньги принадлежат ему, что она их у него украла, будто никакого отношения не имела к решению своего деда изменить завещание.
– Зачем понадобился помощнику генерального прокурора Диллон? – пробормотала Лилиан.
Рассел сжал ее руку:
– Не хочешь ли присесть, дорогая? Ты, кажется, расстроена?
– Нет. – Она мягко отвела его руку. – Со мной все в порядке. – Лилиан прикусила губу. – Как ты думаешь, Рассел, что нужно помощнику прокурора?
Рассел улыбнулся, польщенный тем, что она обратилась к нему с вопросом.
– Этот человек невысокого происхождения, но выдающийся адвокат. И потому служит при генеральном прокуроре. Все это связано с политикой.
– А каковы его функции?
– Он член Юридического совета короны.
– Но чем занимается?
– Трудно сказать. Не стоит забивать себе голову подобными вопросами.
– И все-таки расскажи мне все, что тебе известно о его функциях. Умоляю.
– Ну что же, раз ты настаиваешь, попытаюсь.
– Настаиваю.
Рассел выпрямился и начал:
– Он представляет корону в вопросах, касающихся юриспруденции и исполнения закона, деятельности судов, общественного благосостояния.
– Когда замешаны интересы короны?
– Совершенно верно, – ответил Рассел. – Более того, чиновники такого ранга дают рекомендации самым высоким инстанциям в особо сложных случаях, связанных с долгами короне, кражей у короны, судебным преследованием.
– Ты плохо себя чувствуешь? – с тревогой спросила Лилиан, бросив на него взгляд.
Рассел раскраснелся, словно у него начался приступ лихорадки, и судорожно сглотнул.
– Просто я вспомнил, что должен был кое-что сделать.
– Что-то серьезное?
– Не важно. Это может подождать.
– Если тебя это так беспокоит, можешь ускользнуть через задние ворота.
– Нет, нет. Я пойду с тобой, – ответил Рассел, вытерев пот со лба. – Я никогда не видел помощника генерального прокурора и хочу убедиться, что все происходит должным образом.
– Очень хорошо. Где он, Хикс?
– В передней гостиной.
– Не волнуйся, Лилиан. Я о тебе позабочусь.
Лилиан била дрожь, и она подумала, что приход Рассела оказался весьма кстати. Что бы ни замыслил Кейн, Лилиан была благодарна Диллону и его семье за поддержку. Ее судьба напрямую связана с их прочным положением в обществе.
Помощник генерального прокурора оказался гораздо моложе, чем она предполагала. Волосы у него были черные как вороново крыло, лишь виски слегка посеребрила седина. На суровом лице ни морщинки. Черные глаза горели недобрым огнем.
– Заместитель генерального прокурора Дэгвуд к вашим услугам, – произнес он с поклоном.
– Лорд Рассел Мейберн, – представился Рассел, в свою очередь, отвесив поклон. – Позвольте представить вам леди Джейнос.
Лилиан холодно кивнула.
Дэгвуд сделал знак своим спутникам:
– Позвольте представить вам офицеров полиции Кима и Келли из полицейского участка на Боу-стрит.
Один из офицеров выступил вперед и, отвинтив медный наконечник на жезле, вытащил из углубления бумагу и передал помощнику прокурора.
– Это ордер на арест маркиза Бомона, – произнес помощник прокурора.
– По какому обвинению? – вскричала Лилиан.
– По обвинению в убийстве.
Рассел побледнел.
Лилиан почувствовала слабость в коленях. «Это дело рук Кейна», – подумала она.
– Кого же он убил, по-вашему? – спросила Лилиан с нескрываемым презрением. – Точнее, кто жертва согласно этому сфабрикованному делу?
– Леди Лэнгем.
– Он едва знаком с ней!
Помощник прокурора хмыкнул:
– Он знал ее слишком хорошо. С прискорбием сообщаю вам, что у них был роман. Леди Лэнгем пригрозила ему, что расскажет обо всем мужу, и Бомон ее убил.
– Что за вздор!
– Успокойся, Лилиан!
Рассел положил руку ей на плечо.
– Нам неизвестны факты. Моему отцу известно об этом обвинении?
– Этом бессмысленном и абсурдном обвинении! – не унималась Лилиан, скрестив руки на груди.
– Герцогу Грейстоуну сообщат, как только его сын будет взят под стражу.
– Он не допустит этого, – заявила Лилиан. – Диллон не способен на убийство.
Пропустив ее слова мимо ушей, Дэгвуд повернулся к Расселу:
– Где Бомон? Мы можем обыскать дом, если угодно.
– Его здесь нет, – ответил Рассел.
– Скажите, где он?
– Не знаю.
Рассел прав. Нужна подробная информация, чтобы распутать паутину, сплетенную Кейном. Пытаясь вспомнить все, что ей было известно о толстой брюнетке с маленькими глазками, Лилиан спросила:
– Как умерла леди Лэнгем?
Дэгвуд выпятил подбородок.
– Ее забили до смерти кочергой.
Рассел сжал ее плечо.
– Это не…
– Лорд Бомон на это не способен.
– Скажите об этом лорду Лэнгему, оплакивающему свою жену.
– Когда это случилось?
– Прошлой ночью.
– Слишком мало времени прошло, чтобы собрать и проанализировать все доказательства и факты, – высказала предположение Лилиан.
Лица полицейских исказились от гнева.
– Лорд Лэнгем предложил награду за поимку виновного? – спросил Рассел.
– Разумеется. Но это не имеет значения.
– Для патрульных полицейских, – ввернула Лилиан.
Полицейские помрачнели.
– Честность офицеров полиции не подлежит сомнению, – изрек Дэгвуд. – Она безупречна.
– Но так ли уж безупречны факты?
Дэгвуд высокомерно вскинул бровь:
– Скажите, леди Джейнос, где был лорд Бомон прошлой ночью? С вами?
Лилиан растерялась. Полицейский знал ответ на этот вопрос, и Лилиан лихорадочно соображала, что сказать представителю закона, чтобы помочь Диллону, а не усугубить его положение.
– Ваше молчание красноречивее всяких слов, – самодовольно заявил Дэгвуд. – Мы найдем и арестуем Бомона. Титул и деньги не помогут ему избежать наказания.
Лилиан вытерла пот со лба.
– Могу я задать вам последний вопрос, мистер Дэгвуд?
Бросив досадливый взгляд на офицеров, Дэгвуд снисходительно улыбнулся Лилиан:
– Разумеется.
– Почему вы ввязались в это дело?
– Представители юстиции часто берут на себя такие функции.
– Но к чему заниматься этим лично?
– Я принимаю меры к тому, чтобы избежать ошибок в отправлении правосудия, – объявил он, выпятив грудь.
– А вы уверены, что не пытаетесь использовать смерть леди Лэнгем как отправную точку для реализации своих амбиций?
Он замер, в его глазах мелькнула тревога, он почувствовал себя уязвленным. Все ясно. Диллон оказался всего лишь пешкой в игре человека с непомерными амбициями.
Дэгвуд поспешно вышел, даже не попрощавшись. Оба полицейских последовали за ним.
Лилиан нервно заходила по комнате. Гнев придал ей сил.
– Как ты могла бросить ему такое обвинение, Лилиан? – воскликнул Рассел. – Ведь он действует от имени короны!
– Я сама едва верю, что отважилась такое сказать, – призналась Лилиан. – Этот человек ослеплен честолюбием.
– Но его гнев справедлив.
– Не важно, как он себя поведет.
Она опустилась на стул, пытаясь собраться с мыслями и настроиться на деловой лад.
– Ты не хочешь прилечь?
– Что?
– Ты, должно быть, расстроена.
Рассел тоже выглядел озабоченным.
Лицо его покрывала бледность.
Она схватила его за руку:
– Не беспокойся за брата. Все образуется.
– Но как?
– Разумеется, нам понадобится помощь. Придется обратиться к мистеру Редфорду.
Она поморщилась, подумав о том, что неделе и раньше отбросила мысль о том, что ей когда-нибудь понадобится этот детектив. Такова ирония судьбы.