Одна грешная ночь

– Не знаю, сэр.
Его бледные щеки раскраснелись от волнения.
Лилиан наблюдала за ним, сидя в углу, и отметила про себя, что он восхищен умением Ника вести допрос. Ник умел рассматривать информацию со всех возможных точек зрения и возвращаться к уже упомянутому снова и снова, если ответы его не удовлетворяли. Пока что мистер Глен не сообщил ничего такого, что могло бы удовлетворить Ника. Так же, как и его помощник Уилсон.
Ник снова повернулся к тщедушному малорослому слуге, молодому человеку лет семнадцати, веснушчатому малому с рыжеватыми волосами.
– А вы видели этих людей, Уилсон?
– Нет, сэр, – ответил малый. – Я был по другую сторону густого кустарника. Но мистер Глен рассказал мне о них.
– А вы часто выводите собак гулять по окрестностям?
Уилсон кивнул:
– Да, сэр. Почти ежедневно.
Так как Ник предоставил Лилиан право вести себя свободно, она осмелилась задать вопрос:
– Потом, должно быть, приходится их долго вычесывать?
– Верно, миледи, – ответил Уилсон. – Нам приходится нелегко, когда мы распутываем образовавшийся на шерсти колтун. Но ее величество не любит, когда шерсть собак спутана. Поэтому мы уделяем этому особое внимание.
– А Ланселот и прежде бегал по этим кустарникам? – спросил Ник.
– Много раз, – ответил Глен.
– Потому вы и возвращались туда?
Уилсон пожал плечами:
– Собакам там нравится. И мы всегда их находим. Хотя искать приходится долго. – Бедняга судорожно сглотнул, клок морковных волос упал ему на лоб. Он небрежно смахнул их со лба рукой в белой перчатке и скорчил мину. – Находили до сегодняшнего дня.
– Вы всегда занимали этот пост, мистер Глен? – спросил Ник.
Глен выпрямился:
– Нет, ее величество перевела меня на нынешнюю службу недавно.
Лилиан расценила это, как повышение в должности. Она знала, что ухаживать за собаками предпочтительнее.
– Вы запомнили этих людей, можете их описать, мистер Глен?
– Я видел их мельком.
– Напрягите память.
Человечек высунул кончик языка.
– Кажется, у первого из них были темные волосы.
– Темные волосы? Это так? – повторил Ник.
– А может быть, у обоих?
– Вы их описываете или задаете мне вопрос? – возмутился Ник, отвернулся от псаря и посмотрел на Лилиан. Она пожала плечами, будучи не в силах ему помочь. Эти жалкие людишки были насмерть напуганы пропажей Ланселота и последствиями случившегося. А как могло быть иначе? Недовольство королевы затрагивало каждого, кто принадлежал к королевскому дому, кроме одного лица, и этим лицом был его величество король Георг. По словам Хогана, король обитал в противоположной части дворца и всегда держался в стороне от всяких неприятных дел. Никто не осмеливался его беспокоить.
Ник повернулся и снова обрушился на бедного мистера Глена:
– Вы видели двух неизвестных людей и не сообщили об этом. Вы потеряли Ланселота из виду…
Уилсон, пыхтя, вступился за Глена:
– Он сказал об этом мне, сэр, и мы собирались сообщить о случившемся, как только вернемся.
– Но Ланселот пропал еще раньше.
– Да, сэр, – подтвердил Глен.
В комнату, тяжело ступая, вошел Хоган.
– Мистер Редфорд! Ужасное развитие событий! – проблеял он, размахивая белым клочком бумаги.
Ник шагнул к нему.
– Что это?
– За возвращение собаки в целости и сохранности требуют две тысячи гиней! Если нет, грозят убить ее!
Комнату огласили вопли ужаса.
– Дайте-ка мне взглянуть. – Ник схватил листок и пробежал его глазами.
Лилиан, полная тревоги, встала с места.
– Кто ее доставил?
– Парнишка, – ответил Хоган.
– Где он?
– Убежал. Передал листок одному из садовников и просил доставить королеве.
Мускулы на щеке Ника задергались, и Лилиан поняла, что он дорого бы заплатил за возможность порасспросить парнишку.
– Может быть, садовник сможет описать этого парня местному викарию и викарий его узнает? – произнес Ник, стараясь сохранить спокойствие.
– Хорошо, сэр.
Хоган провел рукой в перчатке по вспотевшему лбу.
– Думаю, надо сообщить об этом ее величеству.
– И как, вы полагаете, она это воспримет?
 
Хоган поморщился:
– Боюсь, ей это совсем не понравится.
Ник зашагал по комнате. Каждый его мускул был напряжен.
Лилиан подошла к Нику.
– Это ужасно, – прошептала она.
Он кивнул.
– За пределами дворца уже известно, что Ланселот исчез. Какие-то люди прислали записку, зная, что Ланселот исчез, и надеются погреть на этом руки.
– Но ведь Ланселот не у них?
Ник почесал подбородок.
– Это неизвестно.
Хоган поспешил уйти.
– Надо сообщить ее величеству.
Ник покачал головой:
– Я сам сообщу ее величеству о таком повороте событий. Это мое дело.
Лилиан округлила глаза. Ник решил принять удар на себя. Хоган уставился на Ника и, поразмыслив, сказал:
– Данн всегда говорил, что у вас стальной хребет.
Теперь ясно, каким образом Ник стал известен королеве.
Ник пожал плечами.
– Я беру на себя ответственность, когда в этом есть необходимость, – сказал он и снова повернулся к мистеру Глену. – Еще вопрос, мистер Глен. Кто знал, что Ланселот – любимец королевы?
Глен заморгал и принялся объяснять, путаясь в словах и заикаясь:
– Ну… думаю, все это знали.
Ник фыркнул.
Уилсон выступил вперед:
– Но это значит, что нашей вины тут нет.
– А кто сказал, что это твоя вина?
– Я взволнован, сэр. Как бы люди не подумали, что мы имеем к этому отношение, поскольку присматривали за Ланселотом, когда это случилось. – Молодой человек покраснел от волнения. – А теперь вы знаете, что мы не имеем к этому никакого отношения, потому что были здесь и не могли послать записки с требованием денег. И всем известно, что у нас нет Ланселота. – Он повернулся к мистеру Глену со счастливой улыбкой. – Мы чисты. Все теперь знают, что это не наша вина.
– Слава Богу! – прошептал Глен. – Но бедный Лэнси… Я всегда звал его Лэнси. Бедный песик, это сокровище в руках воров. Возможно, убийц!
Псарь рухнул на пол, заливаясь слезами. Слуги бросились ему на помощь. Атмосфера накалялась.
– Прошу всех оставаться на местах, – объявил Ник, окинув взглядом собравшихся. – Нельзя терять ни минуты. Никто не должен выходить за пределы замка без моего разрешения.
Шум в комнате усилился, послышались взволнованные и гневные голоса.
Ник бросил взгляд на Лилиан и вместе с Хоганом зашагал к двери.
Глядя ему вслед, Лилиан шепотом молила Бога об удаче. Она не знала, как ему помочь.
Мистера Глена усадили. Кто-то принес ему стакан воды.
Лилиан подошла к старику:
– Вы в порядке, мистер Глен?
– Похитители украли бедного Лэнси! Мерзавцы! Что теперь будет?
– Не знаю, мистер Глен. Надеюсь, мистер Редфорд распутает это дело.
– Они заплатят? Мы снова увидим Лэнси?
– Две тысячи гиней? – Уилсон скривил губы и пожал плечами. – За собаку? Это уж слишком.
– Но ведь мы говорим о Ланселоте, – затряс головой Глен. – О любимце ее величества. Мы плохо о нем заботились.
– Вы сделали все, что могли, мистер Глен, – с важным видом кивнул Уилсон повернулся к Лилиан: – Мистер Глен бегал и искал Ланселота. Он весь исцарапан и изрезан колючими кустами. Его лучшая ливрея испачкана кровью. Но он не сдавался. Нет, мэм.
– Вы хорошо служите вашей королеве.
– Делаем все, что в наших силах, миледи, – промолвил он. Его бледные щеки слегка порозовели.
Видя, что бедняга оправился, Лилиан обратилась к молодому человеку:
– Уилсон, не будете ли вы так любезны показать мне ваших питомцев?
Уилсон вопросительно посмотрел на Глена. Тот кивнул.
Молодой человек просиял:
– Конечно, миледи. Они заперты с самого утра и обрадуются вам.
Лилиан чувствовала, что еще не скоро окажется дома. Но очень надеялась, что вернется с хорошими вестями.