На абордаж! (СИ)

— Проснись, майор! — вибрирующая от звуковых волн пустота заставляет меня открыть глаза. 
Передо мной в темноте маячит какая-то фигура. Это человек, а не какая-нибудь морская русалка, захотевшая развлечься с моряком. Вижу, как плотный сгусток человеческой фигуры взмахивает рукой. Дергаюсь в сторону, потому что нет времени выставить руки или вскочить. Мне хватило этого движения, чтобы нож, который летел в меня, лишь пропорол левый бок, а не воткнулся в сердце. Дальше уже легче. Дрыгаю ногой и попадаю во что-то мягкое. Слышу приглушенный всхлип, взлетаю вверх как на пружинах и наношу размашистый боковой удар. Моя позиция наиболее выгодная, чем я и пользуюсь. Еще один удар, но уже прямой и всей стопой, в район головы. Человек отлетает назад и натыкается на стул, с шумом роняя его, и падает сам. 
Замираю на месте и верчу головой, сканируя пространство. Тихо. Неужели убил? Выдергиваю из-под подушки пистолет и крадучись обхожу место падения неизвестного. Где-то на краю стола нащупал фонарь, стукнул по донышку, активируя амулет. Вспыхнул яркий огонек, затрепетал, разгораясь. И вскоре вижу лежащего без движения некрупного мужика в матросской куртке. Борода существенно мешает разглядеть черты лица, но я его где-то видел. Мелькал он перед моими глазами. И не так давно. 
Неудачник-убийца лежал, раскинув руки. В правой зажат нож. Я наступил на запястье, чтобы ненароком внезапно оживший организм не нанес смертельный удар. Хватает и того, что левый бок нешуточно горит. Рубашка намокла от крови. 
Наклонившись, выдернул нож из ослабевшей руки. Прижал пальцы к шее пирата и убедился, что тот не дышит. Это я умудрился его ногой убить? И вправду, шея-то безвольно болтается, словно позвонки сломаны от удара. Черт! Кто это такой вообще? Как попал в каюту? Проверил дверь. Задвижка на месте. Получается, убийца проник сюда заранее и ждал момента, да еще вызнал все наши планы с Паскалем? И где он прятался? Стало жарко от осознания близкого провала. 
Скрипнув зубами от накатившей боли, нагнулся и стал обшаривать труп. Первым делом как следует просмотрел пояс, на котором висели пустые ножны и кожаный кошель. Сорвал его и удивленно хмыкнул, поражаясь его увесистости. Развязал горловину и вытряс содержимое на ладонь. Вместе со ставшими знаменитыми на архипелаге «чешуйками» упали три золотых риала со свернутой в трубочку запиской. Уже становится интересным, откуда у бродяги полновесное золото? За зиму пираты поиздержались крупно, поэтому и на караван бросились как голодные и злые термиты. Монеты с чеканкой Королевской казны — серьезная вещь для голодранца. Развернул записку, и вглядываясь в неровный почерк, прочитал:
«Дается Рою Шейдсу в качестве аванса за оказанные услуги. Остальная часть денег будет уплачена после подтверждения произведенной работы»
Внизу стоит печать. Оттиск плохой, расплывающийся, но можно рассмотреть какие-то завитушки вокруг анаграммы с буквами «Л» и «Е». Печать явно оттиснута с перстня. У кого есть подобные перстни? Конечно же, у каждого командора-фраймана есть подобный, но с анаграммой — только у Старейшин, и то не у всех. 
— Локус, сучара! — прошипел я от боли, стрельнувшей в боку. Вероятность того, что это хитрец Локус, была огромной. Из всей компании старцев он был самым мозговитым и образованным. Вот именно, образованным. Текст записки так и кричит, что писал его Локус. Никакого намека на убийство неугодного лица. Услуги, работа, обтекаемые фразы, не более. 
Прижимая ладонь к ране, вышел на палубу. Еще темно. На носу горит габаритный фонарь, кто-то негромко разговаривает на полубаке. 
— Вахта! — рявкнул я. — Быстро ко мне! 
Вмиг палуба ожила. Возле меня образовался круг из нескольких человек. 
— На корабле есть посторонние? — спросил я одного из пиратов с замысловатой серьгой в ухе. Кажется, его Паскаль старшим ставил. 
— Никого, — насторожился пират. 
— А это кто? — я посторонился, пропуская вахтенных в свою каюту. 
Увидев мертвеца, они замерли. Сразу почувствовали, какое наказание грозит всей команде. 
 
— Командор, ты же на Инсильваде долго жил, и этого человека должен был видеть, — пират с серьгой говорил спокойно. Как его зовут-то? Не могу вспомнить. 
— А он с Инсильвады? 
— Конечно, на «Лягушке» бомбардиром ходил. 
Да точно же! Это один из дружков Дори-Кошмара! Именно его я видел в его компании, когда на меня пытались наехать из-за учений штурмовиков в таверне Зака. Неужели до сих пор Дори не успокоится? Или же корни неудачного покушения растут совсем из другого места? Эскобето решил в свою игру сыграть? 
— Не признал сначала, — неохотно ответил я. — Борода смутила. 
— Командор ранен! — рыкнул пират на более молодых вахтенных. — Живо за лекарем! Разбудите дона Ансело! 
Началась суматоха. Кто-то куда убегал, кто-то прибегал. Появился Михель в растрепанном виде. На ходу приводя себя в порядок, он только ввалился в каюту, посмотрел на беспорядок и тут же выскочил обратно. Сейчас всех штурмовиков поднимет на ноги!
— Тебя как зовут? — спросил я пирата с серьгой. 
— Пегий, — ухмыльнулся тот и сдернул шляпу с головы. И вправду, волосы его какого-то странного белесого цвета, как будто седина перцем посыпана. — За это и прозвали. 
— Абордажник, — кивнул я. — Это ты вместе со штурмовиками на борт галеона сиганул? 
— Я, — Пегий снова раздвинул губы в ухмылке. — Невмочь было сидеть, когда дележка идет. 
— Свою долю и призовые получил?
— Спасибо, командор, уважил. Теперь я богач. 
— Не ври, богач ты…, — хмыкнул я и глянул на распахнувшуюся дверь. Это корабельный коновал заявился. — Ладно, потом поговорим. Сейчас убери труп отсюда и положил его на палубе. Только прикрой брезентом. С рассветом объявлю построение. Кто-то ведь помог чужаку проникнуть на корабль. Надо срочно выяснить, но без шума. 
— Понял, передам подшкиперу, — кивнул Пегий и быстренько организовал эвакуацию тела наружу. 
Лекарь тщательно осмотрел мою рану и успокоил. Лезвие не задело ребра, повредив лишь мягкие ткани. Но разрез был внушительный. Пришлось терпеливо ждать пока его зашьют и обработают какой-то мазью. Замотав чистой холстиной рану, коновал посоветовал выпить приличную порцию рома и поспать. Поблагодарив за помощь, я отпустил его, но следовать его советам не стал, а более тщательно исследовал свою каюту. И обнаружил под намертво прикрученном к полу шкафу лаз, ведущий вниз, в матросский кубрик. Получается, что убийца находился среди моего экипажа, и как только я появился на корабле, поднялся по лазу вверх, затаился в укромном месте и выждал момент. 
— Михель, — выйдя на палубу, я подозвал к себе помощника. — Выстави охрану из наших штурмовиков по всему кораблю и возле кубрика. Никого не выпускать наружу до самого утра. И поглядывай за вахтенными, как бы кто не улизнул. Но без шума. 
— Как убийца оказался у тебя в каюте? — задал правильный вопрос дон Ансело. 
— Подозреваю, что в матросском кубрике между переборками есть вентиляционный короб. По нему и пробрался снизу этот упырь. А выход получился прямо в шкаф. Вот и спрятался там. 
— Если был лаз, значит, кто-то должен хорошо знать устройство брига, — задумался Михель. — Вероятно, этот короб заделали при переделке корабля, а шкаф был поставлен там не просто так. Может, запасной выход в случае нападения…
— Возьмешься за это дело с утра, — приказал я. — Найди мне ублюдка, который провел наемника на корабль. 
— Сделаю. Как рана? 
— Все в порядке, жить буду. Пойду-ка, все же прилягу. Голова кружится. 
— Я поставлю для охраны человека в твоей каюте, пока ты отдыхаешь. И снаружи еще парочку, — безапелляционно заявил дон Ансело, за что получил благодарственный хлопок по плечу. 
****
Побудка сегодня была ранней. Белесые космы тумана обволакивали влажные борта кораблей, поднимались вверх до самых верхушек мачт. Вокруг все было сыро: такелаж, леера, надстройки, ванты. Поеживаясь от холодка, пираты с ворчанием перебирали босыми ногами по палубе, а боцман Паук Брайм свирепо вращал глазами и тычками своих огромных кулаков пытался выровнять строй.