На абордаж! (СИ)
— Думаю, мне хватит умений обойти опасные места архипелага, попеременно меняя короткие галсы и выходя на ветер. Иначе отсюда на открытую воду не выбраться.
Теперь ухмыльнулся Эктор Рыжая Борода. Он махнул рукой и налил себе полную кружку «Идумейского», призывая остальных к тому же. Поднял ее и сказал:
— Как боец Игнат себя показал в прошлом году на ристалище. Когда он бросил вызов Плясуну, значит, был уверен в своем праве встать во главе нашего флота. Так что дьявол с ним, пусть покажет свою удаль под парусами. Признаться, у меня не хватило духу свернуть шею Плясуну, когда он испугался идти против дарсийцев, как и Китолов.
— Зато Плясун тебя уважал, — Тибисс Плешивый наставил на Эктора палец. — И даже поддержал тебя на выборах, когда «Моллюск» остался без шкипера. А ты говоришь такое…
— Я никогда не скрывал своих предпочтений, Тибисс, — возразил Рыжебородый. — И Плясун знал о них. Не рассчитывай, что начну оправдываться.
Над столом повисло молчание. Капитаны были растеряны, хоть и скрывали свои чувства. Они еще не понимали, как быть в этой ситуации. У них отобрали оружие, телохранителей держат под надежной охраной, сам форт находится в руках человека, неожиданно вскочившего на командорский мостик и требующего немедленно разорвать отношения с дарсийцами и отобрать у них все золото, добытое за год.
— Итак, господа, вынужден с вами расстаться до утра, — я встал из-за стола, закинул кинжал в ножны. — Из форта выйдем все вместе. Знаю, что в блокгаузе хватает комнат. Располагайтесь, отдыхайте.
— А ночью всех перережешь, — скривил губы Джейрис Прохвост.
— Надо было — уже давно перерезал бы, — ответил я. — Еще там, на улице. Вы мне еще пригодитесь.
Махнул Гусю рукой, подзывая к себе. Помощник выслушал мои наставления, кивнул согласно и пошел раздавать указания. Временные заложники разошлись по комнатушкам, а я заглянул на кухню, где нашел перепуганных слуг и поваров. Дал им задание накормить моих людей. И тут мой взгляд наткнулся на сидящего в дальнем углу на скамейке молодого парня в оборванном мундире Королевского флота. Он, кажется, присутствовал при моем появлении с отрезанными головами наемников, и даже видел поединок, а потом пропал. Каким образом ему удалось скрыться от моих глаз, до сих пор не понимаю. Забился в укромное местечко, чтобы не пострадать при вежливом разговоре вольных братьев.
— Ты кто такой? — я нахмурился. Обслуга сразу занялась своими делами, засуетилась, бросилась прибирать заставленный объедками стол.
— Мичман корвета «Бегущая лань» Клэд Фальтус. Мой корабль погиб во время взрыва брандера. Я один спасся, но попал в лапы людям Плясуна, — доложил оборвыш. — Командор хотел приставить меня к своим делам, правда, так и не успел толком объяснить, в чем они заключаются.
— Дарсиец, значит, — задумавшись, я обратил внимание, как изменилось лицо мичмана. Он испугался. — Все слышал, о чем мы говорили?
Рукоять кортика, которую обхватила моя ладонь, завибрировала, как будто подталкивала меня ликвидировать опасность. Но я пересилил это жуткое желание.
— Сударь, буду честен! — вытянулся пленник. — Да, слышал. Но в моем положении трудно будет предупредить свое командование о готовящемся нападении на «золотой караван». Впрочем, вам все равно его не взять!
— Поживем — увидим, — житейски рассудил я. — Что мне с тобой делать, мичман? Завтра утром мы побеседуем о караване, и ты расскажешь, какие силы брошены на охрану золота. А потом можно и о выкупе поговорить.
— Моя семья готова предоставить необходимую сумму, только назовите ее. Я напишу письмо, и ваш человек доставит его в Суржу. Чтобы у вас не возникло сомнений в моей честности, можете спросить мою кузину.
— Кузину? — мои брови взлетели вверх от удивления. — Что-то я не понял, объясни!
— Тира Толессо — моя кузина.
Я едва не сел на лавку. Это был сюрприз, и причем — не самый приятный! Не хватало еще одного представителя клана Толессо на мою шею! И что теперь прикажете делать? Неужели мичмана с собой придется тащить? Он же слышал, как я планировал захват «золотого каравана», и по прибытии в Дарсию сдаст меня с потрохами местным властям. Дескать, вот он — главный идейный вдохновитель грабежа! На виселицу его!
Мое выражение лица стало таким, что Фальтус не на шутку перепугался. Он же не знал о моем тесном знакомстве со своей кузиной и о нашем заговоре. И о моем желании осесть в Дарсии. Наверное, парень уже стал прощаться с жизнью.
— Поверьте, сударь Игнат, — затараторил мичман. — За девушку вы можете получить очень приличные деньги и бросить свое неблагодарное дело. А я клянусь, что буду молчать, кто вы такой!
— А кто я такой? — я расслабленно рассмеялся и хлопнул со всей силы по плечу парня, отчего тот едва не присел. — Обычный вольный брат.
— Я видел, как вы уложили этого неприятного типа, — мичман поежился.
— Тогда ты видел, что я принес в мешке, да, приятель? — оскалился я, пресекая ненужное сейчас желание дарсийца войти в доверие. — Три головы, которые самолично отрезал…
Фальтус побледнел.
— Помоги женщинам на кухне, — приказал я. Нечего рабу расслабляться. Нашел себе друга. — Они и так целыми днями от печки не отходят. Давай-давай, не ленись, а я подумаю, как решить твою проблему.
Две кухарки-рабыни, готовившие еду для моих штурмовиков, с благодарностью посмотрели на меня. Я вышел во двор, уже погруженный в полную и беспросветную темноту. Откуда-то натянуло тучи и ощутимо повеяло холодом. Надвигался шторм. Почудилось, что в море проснулось какое-то чудовище и поднялось к поверхности, с шумом плескаясь в воде.
На стенах форта горели магические фонари. Мои штурмовики исправно несли службу, азы которой я им усиленно вбивал в головы последние месяцы. Возле сарая, внутри которого находились телохранители шкиперов, стояли трое вооруженных парней. Они тихонько переговаривались, но увидев меня, замолчали.
— Не вздумайте заснуть, — предупредил я. — Если эти головорезы вырвутся наружу — мы все пожалеем, что сделали сегодня.
— Все будет в порядке, командор, — баском произнес один из охранников. — Сами понимаем, куда залезли.
Я кивнул и отошел в сторону. Задрав голову, внимательно посмотрел на окна комнаты, где жила Тира. Там горел ночник. Нужно поговорить с девушкой и выяснить, кто такой Фальтус, и что с ним делать в перспективе. Иначе в Дарсии мне делать нечего.
Гусь позвал меня к столу, но после поединка совсем не было настроения и аппетита. Наступила какая-то апатия, схлынуло напряжение и даже пальцы стали слегка подрагивать. Я сегодня был на волосок от гибели. Можно сколько угодно рассчитывать планы и выстраивать тактические схемы, но один удар Лихого Плясуна едва не отправил меня на перерождение. И кто знает, согласились бы еще раз кураторы предоставить шанс на новую жизнь. Кстати, давненько мой наставник не появлялся. Очень давно. Неужели небожители махнули рукой и предоставили возможность жить так, как хочу это сам?
Я поднялся на верхний этаж, постучал в дверь и прислушался к звукам из комнаты. Услышал осторожные шаги — и через мгновение в лицо уперся ствол пистолета. Увидев, кто перед ней, девушка облегченно вздохнула и жестом показала, чтобы я заходил внутрь.
— Тебе надо обработать рану, — сказала Тира, усадив меня на стул. — Снимай рубашку.
Пока я раздевался до пояса, скидывая с себя окровавленную одежду, она приготовила тряпки, принесла кувшин с водой, тазик и начала колдовать над моей раной. Осторожно промокнула засохшую коросту, подождала немного и аккуратно убрала ее. Грязные тряпки летели на пол одна за другой, и через несколько минут Тира удовлетворенно произнесла:
— Теперь другое дело. Порез небольшой. Я испугалась, когда Плясун ранил тебя.
— Ничего, шрамы украшают мужчину, — храбро ответил я.
— Какая глупость, — фыркнула Тира и стала накладывать на рану какую-то пахучую мазь. Щеку сразу же стянуло холодком. — Я перевязывать не буду, а утром еще раз помажу. Останется только царапина.