Дьявольский контракт (СИ)
Алан улыбнулся правым уголком губ и заявил:
- Ты можешь мне не верить, но моих полномочий хватит на то, чтобы не выпускать тебя из своей постели ни днем, ни ночью.
- Но ты ведь не сделаешь этого? – настороженно спросила я, пытаясь не запаниковать. Ещё не хватает угодить в постель к Алану! Что за идиотский контракт у него? Впрочем, мой, кажется, не лучше. Надо бы почитать его при случае.
- Если будешь хорошо себя вести, то не трону тебя, - заверил он и, кивнув на постель, где алело платье, добавил: - А пока одевайся!
Встала с кровати и повернулась к Алану спиной. Казалось, его взгляд обжигал. Я чувствовала, как он смотрит на меня, отчего хотелось убежать и спрятаться. Только за неповиновение боялась схлопотать внеурочные занятия сексом.
Впрочем, не могу сказать, чтобы Алан мне не нравился и секс с ним представлялся чем-то ужасным. Как раз наоборот. Да только не родился ещё тот человек, который будет помыкать мной и насильно затягивать к себе в постель! Нахрапом ему не взять меня! Хотя, если у него есть на то полномочия, то, неизвестно какие рычаги воздействия к ним прилагаются. Но пока не буду думать об этом! Коль уж ему так нравится, то пусть смотрит! Главное, чтобы не лез ко мне!
Расстегнула и скинула с себя рубашку. Наклонилась за платьем и со злорадством подумала, что при виде моей оттопыренной попки он возбудится. Да так, что член брюки прорвёт! Но тут же испугалась, что сейчас накинется на меня и завалит в постель. Моментально распрямилась, вцепившись в платье. Движения стали угловатыми и торопливыми. Через голову накинула на себя пышные юбки, протянула их вниз и поправила корсет. Тьфу ты! Молния на спине! Завела руки назад, но не смогла застегнуться.
- Давай помогу, - голос Алана прозвучал рядом.
Вздрогнула всем телом, не ожидая его. Ведь только что стоял у стены!
- Ты? – непроизвольно задала глупый вопрос.
- А ты ждала кого-то другого? – съязвил он, убирая мои волосы со спины.
Одной рукой он придержал платье, а другой поднял бегунок молнии и поцеловал меня в обнажённое плечо.
Я отшатнулась, и, не удержавшись, снова плюхнулась на кровать. Дерзко глянула на Алана, мол, посмей только что-то сказать! Но он молчал, улыбаясь. Подал руку и помог подняться.
- Думаю, сюда подойдут эти драгоценности, - сказал он, раскрывая передо мной бархатную коробочку. И откуда только берёт их? Неужели меняет свою вечность на фишки и тратит их на украшения? С ума сошёл!
Внутри лежало невероятно красивое рубиновое колье, серьги, кольцо. Словно самые искусные мастера-ювелиры трудились над драгоценной композицией. Без лишних слов подняла волосы, а Алан застегнул колье на моей шее. Надела серьги и кольцо, вспушила волосы пальцами и повернулась к зеркалу.
Аж дыхание перехватило от увиденного! Узкий корсаж обтянул моё стройное тело, подчеркнув прелесть форм. Шифоновые многослойные юбки струились до пола, и лежали сзади воздушным шлейфом. Чёрные волосы разметались по обнажённым плечам и спине, придавая мне соблазнительный вид.
- Ты очень красива, - отметил Алан, глядя в зеркало из-за моей спины.
Чуть было не ляпнула, что он тоже, но вовремя захлопнула рот. Получать комплименты привилегия женщин!
-Я готова, - заявила поспешно, чтобы у Алана не возникло желания раздеть меня и воспользоваться своими правами, которыми он так бравировал. – Можем идти!
Он кивнул, провожая меня взглядом до двери. Раскрыл её передо мной, и мы вышли в широкий коридор отеля. Нам встретились несколько призраков-уборщиков и я поёжилась при виде их полупрозрачных фигур.
- Они проникают внутрь номеров через стены и наводят порядок, - шёпотом сообщил Алан. – У призраков своя несвобода – они должны блюсти чистоту в жилищах и выполнять обязанности прислуги. До тех пор, пока они окончательно не переместятся в эту, или не вернутся в прежнюю жизнь, они выполняют грязную работу.
- Алан, почему в этом мире все обречены на несвободу? Это что за поголовное рабство?
Он усмехнулся.
- Неужели считаешь, что в прежней жизни ты была свободна? Не забывай, что у тебя были обязательства перед родными, учителями, работодателями, друзьями. Разве нет? Твоя свобода всегда была ограничена рамками приличия и здравого смысла. Здесь всё точно так же. Почти никаких отличий! И если в прежней жизни ты училась и работала, считая это своим долгом, то здесь называй это несвободой. Вот и вся разница!
- Но там меня никто не называл рабыней, принадлежащей хозяину! – вспылила я, раздувая от ярости ноздри.
Он рассмеялся над моей вспышкой оскорблённого самолюбия. Мы дошли до лифта, и Алан нажал кнопку вызова.
- Какая же ты наивная, моя маленькая леди, - отметил он, погладив меня по тыльной стороне ладони. – Вспомни, что в предыдущей жизни, выходя замуж, женщина попадает в рабство к своему мужу-хозяину. Она обязана стирать, гладить, убирать, готовить, ходить на работу, по магазинам, рожать детей и воспитывать их.
- Нашёл с чем сравнить! - взвелась я, полыхая праведным гневом. – Женщины добровольно выходят замуж и добровольно ведут домашнее хозяйство, а рожать и воспитывать детей – это не обязанность, а привилегия, делающая женщин счастливыми.
Этот самодовольный умник меня откровенно бесил. Так и съездила бы ему по ухмыляющейся мордахе! Но он решил, что я заблуждаюсь во всех вопросах, и продолжил донимать меня своими рассуждениями.
- Это ты так говоришь потому, что тебе не пришлось побывать замужем и тянуть лямку семейного быта.
- Я жила с Владом и делала всё, что должна делать жена!
- Это и была твоя несвобода, - пожал он плечами.
- Но я с удовольствием выполняла свои обязанности!
- Заметь, ты сама назвала свой труд обязанностями. Здесь же они называются несвободой.
- Не цепляйся к словам, - рявкнула я, входя в открывшуюся кабину лифта. Алан шагнул вслед за мной и нажал кнопку первого этажа.
- Ну что же, отныне тебе предстоит с точно таким же удовольствием выполнять свои обязанности перед Правообладателем. Причём замечу, что тебе не придётся готовить, убирать, ходить на работу. Единственное, что надо будет делать, это угождать хозяину в постели.
Ещё немного и Алан нарвётся на скандал! Как он не понимает, что сексуальное рабство нельзя сравнивать с жизнью замужней женщины! Я, было, открыла рот, чтобы наорать на Алана, но осеклась. Неожиданно для себя поняла, что большинство женщин из прежней жизни находятся в точно таком же сексуальном рабстве, будучи замужем за своими Правообладателями! Если после свадьбы любовь проходит, то секс становится обязанностью! Причём очень неприятной и тягостной!
- В прежней жизни можно развестись! – выпалила я, чтобы оставить последнее слово за собой.
- Ага, - хмыкнул он. – Женщины разводятся, чтобы найти себе нового Правообладателя!
Да как же он надоел мне! Что за несговорчивый тип? На каждое моё слово у него десять в запасе!
Лифт дзинькнул, доставив нас на первый этаж. Мы вышли и двинулись по длинному коридору.
- Но в предыдущей жизни женщина может остаться одна, если захочет этого! У неё есть право выбора!
- Здесь тоже есть право выбора, - парировал Алан. – Напоминаю, что пока я не доставил тебя на место твоей несвободы, ты можешь вернуться в прежнюю жизнь. Но если же ты решишь помочь сестре и стать рабыней Правообладателя, то какое-то время тебе придётся терпеть его прихоти. Но любой договор имеет свой строк действия. Так что твоя несвобода будет невечной.
О! Какая прекрасная новость! Припираться мне тут же расхотелось, и я с интересом спросила:
- А что ещё говорится в договоре?
Алан нахмурился и заявил:
- В нём много чего написано и ты должна была прочесть это прежде, чем подписывать. Но раз уж ты не удосужилась ознакомиться с документом, то я дам тебе возможность заглянуть в него.
Я оживилась и ощутила прилив радостного возбуждения. Всё же хорошо, что я не пожизненно обречена быть рабыней. К тому же смогу прочесть договор, и мне станет ясно чего ожидать от новой жизни здесь и что предстоит делать.