Спасти СССР 3 (СИ)
Интересные мысли приходят по ходу. Чем больше я изучаю — вынужденно — экономическую историю СССР, тем больше прихожу к вывожу, что Сталин неплохо, очень неплохо разбирался в макроэкономике. При всем моем отвращении к этому историческому персонажу — он, судя по его действиям, понимал сильные и слабые стороны социалистической экономики по сравнению с капиталистической — и слабые пытался парировать, хотя бы и чисто бюрократическими методами. После него — этим уже никто не занимался, просто частично обезьянничали с Запада, частично занимались текучкой и латанием дыр…
Потом пришлось ехать на стройку, в Подмосковье. Перерезать ленточку — открывали новый пивзавод [41].
С чехословацкой стороны были представители посольства, в том числе и сам посол Завадил, СЭВ и ОМНИПОЛ — чехословацкой экспортной конторы. Пивзавод полностью купили в Чехии, причем расплатились большей частью валютой а не зачетами в рамках СЭВ.
Я это узнал только вчера. И первый вопрос, что я задал: если идет перекос по зачетам в рамках СЭВ в пользу Чехословакии, то почему бы не поднять цены на поставляемые газ и бензин.
А в ответ тишина, взятая за основу…
В ожидании приезда генерального секретаря — на стройке, конечно, прибрались, но все-таки грязь еще оставалась. Так получилось, что я бывал в той, другой жизни на экскурсии на пивзаводе — просто в США проводят такие маркетинговые акции, а у меня было время — и почему бы не сходить? Бросилось в глаза — тот американский завод был больше раз в пять, что понятно, мне доброго настроения не прибавило…
Интересно, а бесплатно такой завод получить — не? Слабо?
Поработал открывашкой, перерезал ленточку, послушал аплодисменты, потом подошел к послу Завадилу
— Товарищ Завадил, поздравляю.
— Да что вы, это мы должны вас поздравлять. Трудящиеся получат настоящее чешское пиво.
Я покачал головой
— Товарищ Завадил, мне тут на днях одну историю рассказали. Нехорошую, некрасивую. Купили мы предприятие по производству обуви. Проектная мощность — миллион пар в год. Купили, запустили. Как итальянцы уехали — так у нас нашли рационализаторы, которые решили для рационализации и снижения стоимости — исключить из технологической карты часть операций. Исключили. Рационализаторы получили премии, зато ботинки теперь не сравнить по качеству с итальянскими. Разваливаются на ходу
Посол покачал головой
— Наказывать надо таких рационализаторов.
— Можно и наказать. Одного накажешь, другого. А можно сделать так чтобы предприятием владели итальянцы. И отвечали за качество продукции.
Посол насторожился
— Я это к чему, господин посол. Тут мы решение приняли — будем повышать цены на водку, портвейн, крепленное вино и коньяк. А на пиво и натуральное вино — не будем. Если уж люди выпивают — то пусть выпивают не водку, а натуральные, да и менее градусные напитки. Спрос на пиво в СССР соответственно будет расти.
— Это очень правильно — сказал посол — у нас тоже рабочие пиво после работы пьют, не так вредно. Пиво, это зерно и хмель и больше ничего
— Водка тоже зерно, ну, ладно. Почему бы чехословацким фирмам не поставить в СССР свои пивоварни и работать на них же, продавать пиво. Мы поможем с оборудованием, торги и ресторанные объединения договоры заключат. Настоящее чешское пиво, скажем, в Ленинграде. Таким образом будет крепиться настоящая, советско-чешская дружба!
Посол был явно не в восторге судя по его кислому виду, но сказал что пошлет запрос в правительство. Но понятно, что он предпочел бы деньгами. Долларами. Переводными рублями они платят только за наши нефть и газ и то — копейки…
Короче, мы вас ненавидим, а вы нам должны. А вот хрен! Крепите дружбу не словами, а делами! Не хватает денег на нефть и газ — заработайте! А мы пиво будем пить.
С завода — я отправился в министерство сельского хозяйства…
В СССР верным способом погубить карьеру человека — было отправить его на сельское хозяйство. Это была черная дыра бесхозяйственности, в которую как в топку летели миллионы и миллиарды — но накормить страну так и не получалось. Смех смехом — но в неурожайные времена страна обладающая четвертью мирового чернозема — закупала зерно десятками миллионов тонн. Особняком в плане проблем снабжения стояла Москва — ради того чтобы накормить ее, обирали всю среднюю полосу РСФСР, а потом жители Нечерноземья ехали в Москву и вывозили из нее все что до того туда свезли. Что такое — длинное, зеленое и колбасой пахнет? Ответ — электричка из Москвы.
Я намерен был заняться проблемой сельского хозяйства в приоритетном порядке, потому что именно нехватка продуктов питания, даже самых необходимых сыграла решающую роль в неуклонном росте социальной напряженности в конце восьмидесятых, что страну и угробило. Особой оппозиционности то и не было — но пустые полки говорили сами за себя, по ним оценивалась эффективность власти в целом. Какая перестройка — жрать нечего! Если в течение двух-трех лет не закроем дефициты по продуктам питания — реформы можно и не начинать…
Я примерно знаю, что вы сейчас думаете. Вот, пришел такой умник и все разрулил. У меня, господа-товарищи, есть два стратегических преимущества. Первое — это послезнание, то есть я не предполагаю, а точно знаю, что если поступить так то и так то — то итог будет таким. Я говорил, по моему — по местным меркам я доктор экономических наук, не меньше. И второе — это много лет жизни в стране с самой развитой экономикой мира — поэтому я не предполагаю, а точно знаю как должны выглядеть институты и как работать механизмы и какие. Местные — понятия не имеют, даже академики. Взгляды на экономику, осведомленность об элементарных вещах здесь такая, что хочется биться головой об стену.
Но есть и проблема. Американский опыт впрямую применять нельзя. Так можно разрушить то неплохое, что тут есть — и не получить ничего хорошего. А как наложить американскую матрицу на совершенно другую страну, не сломав ни то, ни другое. И как сделать так, чтобы от экономических реформ выиграли добросовестные люди, а не теневики. Ведь основная причина провала экономической программы перестройки — ее авторы не учли наличие в стране мощного деструктивного класса мелких и крупных теневиков, которым было выгодно разрушить экономику, а не реформировать ее. В девяносто первом именно это и произошло — теневая экономика заменила полностью разрушенную официальную…
— Если знаешь кто, сажать надо сейчас.
— Все
— Что — все.
— Если сажать то всех.
— Ну ты не очерняй.
— А чего тут очернять? И так черным черно. По сути вы в СССР дожились до того что каждый хоть раз но давал какую-то взятку. Не обязательно деньгами. Продавщице за кусман мяса с задней двери магазина. Врачу — чтобы отнесся по-человечески. Директору спецшколы — чтобы сына устроить…
— Так уж и все.
— Почти все. Любой, кто дал взятку готов, и украсть, и взять взятку. Как говорится, женщина один раз целку теряет
— Ну, ты скажешь…
— Опровергни
— Не хами.
— Съехал. Вопросов больше не имею.
В Минсельхозе все уже знали о моей поездке во Владимирскую область, потому на коллегии первый вопрос подняли по развитию частного скотоводства на селе. Служить бы рад, прислуживаться — тоже. Еще и пытаются исподволь спихнуть с себя ответственность — вот только если народ сам себя кормить будет, вы то тут зачем всем министерством а? Я послушал — послушал, потом заметил
— Товарищи…
…
— Нам надо понимать, что для скотоводства, и молочного, в том числе есть три уровня. Это современные комплексы с привязным содержанием — корова не гуляет по пастбищам, ее кормят на месте. Это колхозные фермы и буренки. И это частное владение. Частное владение — да, мы расширяем, и будем расширять. Но это не панацея, это способ накормить само село и мелкие города. Москву с колхозных рынков не накормишь. А если смотреть в будущее, то и колхозные коровы не накормят, будущее за специализированными хозяйствами на пять и более тысяч голов которые только этим и будут заниматься — молоком и мясом и более ничем