Спасти СССР 3 (СИ)
Рейган усмехнулся
— Коммунисты становятся умнее?
— В какой-то степени да, сэр.
— Кто он? Я имею в виду Михаил Горбачев?
— Молодой технократ — ответил Шульц — поднялся на самый верх довольно быстро. До этого он работал в Ставропольском крае, это самый юг.
— Мы что-то знаем про него? Конди?
— Моложе практически всех в Политбюро. ЦРУ считает, что это компромиссная фигура, прикрывающая противоборство нескольких группировок. Главные из них — это ретрограды во главе с Романовым, русская партия во главе с Лигачевым и региональные боссы в основном с юга во главе с Алиевым. Мы считаем, что наихудший для США вариант — победа Алиева, это потенциально второй Сталин. Ретрограды, судя по всему, потерпели поражение, но Алиев остается. Восстановление сталинизма будет означать катастрофу и скорее всего войну.
— А наилучший?
— Вероятно сохранение неустойчивого статус-кво, сэр.
Рейган снова бросил хлеб чайкам
— Мне звонила Мэгги. Она хорошо отзывается о этом… Горби.
Шульц и Райс переглянулись. Мэгги Тэтчер была в Вашингтоне нежелательным гостем, она имела на президента влияние, и это было плохо. Обладая определенной женской привлекательностью, изощренным умом и фанатической верой в то что она говорила и делала — она легко нашла ключ к пожилому и не слишком то умному Рейгану, заразив его своей верой, но никогда не показывая своего превосходства над ним. События 1982 года насторожили в Вашингтоне многих. Это было нарушение доктрины Монро. А Аргентина на тот момент была вполне лояльна США и антикоммунистически настроена. И вдруг на весь мир показали, что США своего клиента защитить не могут. А все она — Мэгги. Звонком в Вашингтон она разрушила всю игру Госдепа [3].
— Сэр, миссис Тэтчер подчас судит весьма поспешно.
— Но она может предложить решение в нескольких словах. А от вас я так ничего и не услышал — что нам делать с Советами. Что мы можем получить от них и что можем дать им взамен. В чем должна заключаться сделка?
— Сэр…
— А если сделки не будет, то какого черта мы все тут делаем
От пирса на материке мигнул проблесковый маяк — сигнал того что катера с советской делегацией вышли…
От воды в Нью-Йоркском заливе пахло не лучше. Чайки пикировали в воду, собирая многочисленные объедки, которые бросали с паромов их пассажиры — кстати, паромы никто и не подумал останавливать и люди с паромов смотрели на меня и махали руками — а я махал им в ответ. Многие из них видели русского первый раз. Медведев настоятельно посоветовал мне не стоять на виду, потому что у любого человека на пароме может быть пистолет — но я категорически отказался. Буш ушел в каюту и старался близко не подходить.
Что с ним делать? Налаживать отношения. Агентурить его глупо, он не из тех, белая кость. Еще с собой покончит. Потом, когда Рейган сойдет со сцены — он станет президентом и откроет СССР, как Никсон открыл Китай. И закроет Китай.
Это уже дело техники, а мне надо подумать, как устроить горбоманию, особо ничего не сдавая. Это надо для какого-то налаживания отношений с Конгрессом. Налаживать отношения с Конгрессом важнее, чем с президентом США — в Белом доме больше восьми лет не усидишь, а в Конгрессе есть и те, кто по тридцать — сорок лет сидит.
Россию, начиная со времен еще Николая II, преследует в отношениях с США один и тот же провал — она не видит разницы между Белым домом и Конгрессом, не понимает роли Конгресса и не работает с Конгрессом. В 1912 году, несмотря на наличие в Белом доме очень дружелюбного к России Тафта — Конгресс США почти единогласно разорвал с Россией договор о статусе наибольшего благоприятствования в торговле и ввел экономические санкции за нарушение прав евреев и преследование евреев по признаку нации — это были, кстати, первые экономические санкции, введенные США исходя из ценностей. Тафт был категорически против санкций и предложил смягчить их или отменить на следующий год в обмен на какие-то видимые уступки России в вопросе еврейства. В ответ Дума ввела заградительные торговые пошлины на американский хлопок, а министр иностранных дел произнес в Думе речь о том, что Россия суверенная держава и никому не позволит вмешиваться в ее дела. Редчайший случай — речь царского министра думцы неоднократно прерывали аплодисментами.
Санкции стали постоянными.
Причина в том, что у нас нет по сути нормального парламента и нет горизонтальных связей между их штатами и нашими республиками и областями. Нет даже одного сенатора или конгрессмена, который был бы зависим от голосов русских или от отношений его родного штата или избирательного округа с русскими. А вот наши враги — тут есть. И достаточно одного — двух конгрессменов чтобы привести в действие систему взаимных услуг и ударить по СССР — России, если это никого другого из Конгресса не задевает.
А мы потом клянем Белый дом, что они предатели. Но они часто не предатели — они вынуждены искать компромисс с Конгрессом в пределах возможного. Особенно если Белый дом и Капитолий держат разные партии.
Договорись с Рейганом, договорись с Бушем — ничего не выйдет, если Конгресс настроен враждебно.
Бросили трап…
Первое впечатление — всегда самое важное, и я постарался произвести его — улыбка, чисто американская, энергичное рукопожатие.
Я пожимал руку самому Рональду Рейгану. Многие считают — и не без оснований — что это последний великий президент США. Основы современной Америки заложил именно он.
Что было до него? Поражение во Вьетнаме. Инфляция 20 % в год. Студенческие бунты. Он прекратил все это, заложив основу Америки как лидера 21 века. Но парадокс — при нем же, при нем и при Буше был совершен гигантский косяк с развитием производственной базы в Китае. США просто не просчитали к чему это все может привести и в какие сроки и не скорректировали курс после распада СССР и лишения в связи с этим Китая хоть какого-то противовеса. Ну и поражение в Ираке и Афганистане обошлось очень дорого — США истекали кровью, в то время как Китай рос.
Но все же это великий президент.
— Мистер Рейган — сказал я — я рад, что мы все же нашли возможность встретиться лично и посмотреть друг другу в глаза. Давайте теперь попробуем о чем — то договориться.
— Не коммунистический подход к делу — ответил он
— Коммунисты деловые люди — ответил я — просто наша компания это вся страна в целом.
По плану у нас был поздний ознакомительный завтрак, потом первая короткая встреча. Потом будут работать эксперты — а мы вместе должны будем присутствовать в мэрии на торжественном ужине, который давал мэр Нью-Йорка Эдвард Кох и нью-йоркский Ротари-клуб.
После чего мы уединились с переводчиками, и я сломал весь план работы, просто отложив рабочую папку с заранее согласованными вопросами по ракетам в сторону.
— Товарищ Рейган, как вы считаете, военные смогут обсудить лимиты по ракетам и места их размещения без нас?
В глазах Рейгана мелькнуло непонимание, а потом заплясали веселые чертики
— Не уверен — сказал он — но возможно. А что вы хотите обсудить, товарищ Михаил.
— Я хочу обсудить, как нашим странам перестать играть пусть даже в Холодную войну и начать делать бизнес, товарищ
Рейган взял небольшую паузу
— В какой-то мере бизнес мы уже делаем. Что касается всего остального. Не мне вам рассказывать, товарищ, сколь различны наши системы. Наша система — система капитализма и свободы, ваша система совсем иная…
Я перебил
— Как думаете, что делает советский человек, когда встает утром?
…
— Он пьет кофе и ест бутерброд. Потом идет на работу. Американец делает что-то иное?
Рейган снова взял паузу
— Интересный подход к делу — сказал он — да американец делает то же самое. И я не считаю, что война между нами обязательна или неизбежна. Но вы должны понимать, товарищ, мы совершенно разные.