Надежда умирает последней! (СИ)
Упало настроение бойцов.
— Что скисли то? — бодрым голосом спросил я. — Нам еще по квесту надо квартиру богатеев местных зачистить.
— Петь, а что будет, если полностью жизнь кончится? — задумчиво и напряженно спросила маман.
Я переглянулся со Светкой. Сеструха пожала плечами.
— Наверное, реснешься на точке респауна.
— Что? — брови маман непонимающе сдвинулись на переносице.
— Возродишься на точке воскрешения, — перевела Светка.
— Это хорошо… Но меня смущает Петино «наверное»…
Опять обменялись с сеструхой взглядами. Конечно, может и возродишься… А, вдруг, нет? Может, тут одна жизнь дается. И что тогда?
— Может, попробуем на ком-нибудь? — выдала Сигизмундовна, присевшая на ступеньку.
— На ком? — уточняюще пискнула Смородина.
— На самом ненужном, — и старушка выразительно глянула на парикмахершу. Та икнула и постаралась спрятаться за перилами.
— Стоп, — поднял я руку. — У нас ненужных нет. Лили последний бой очень хорошо себя показала, без нее бы не вытянули.
— Спасибо, — прошептала парикмахерша и опять нервно икнула.
— И вообще, у нас функционалы есть, там спросить можно!
Я вызвал тетрадочку, только в этот раз вместо ручки мне упала очень сильно грызеная четвертинка простого карандаша. Черт… Моя… Сам поиздевался, пока схему для сессии чертил. И не пожалуешься.
«Что будет после смерти?»
«Купите полный функционал».
Я поморщился. Начинается…
«Сколько у меня жизней?»
«Купите полный функционал».
«А если я умру до покупки полного функционала?»
Тут система, похоже, подвисла, но через пару секунд выдала снова:
«Купите полный функционал».
— И тут голимый донат! — потряс я тетрадкой в воздухе.
Светка тут же начала объяснять остальным присутствующим, что донат — это вливание денег в игру. Я же, чтобы выяснить хоть что-то, написал:
«Где купить полный функционал?»
«Магазин».
Одно лишь слово было мне ответом… Да я поэтом так стану!
— Магазин?! — уточнил вслух я. Вместо каких-либо надписей, прямо поверх тетрадочки упала довольно увесистая книжка, очень напоминающая бесплатный каталог какого-нибудь сетевого магазина.
Я с интересом открыл первую страничку. Похоже, тут все шло от дешевого к дорогому. На странице несколько картинок, на каждом название, небольшое изображение предмета, и цена. Первым шел стакан воды.
— Да ладно! — оказалось, что за моей спиной стояли уже все шесть любительниц шоппинга и рассматривали каталог вместе со мной. Не удержалась от возгласа Сигизмундовна. — За стакан воды платить?
— А что за название у денег странное? — ткнула пальцем под картинку Птицына.
Потому что стоил стакан воды 1 малый надеждик.
— Проект «Надежда умирает последней» и тут не желает отходить от своего названия. Нигде не скрыться от этого имени, — пожал я плечами. Зато ясно, что купить все из каталога можно за те самые денежки, что из таракашек выпадали. А еще, что это самые мелкие деньги. Ведь, если есть малые надеждики, значит должны быть и большие, а, может и средние. Заглянул сразу ближе к середине каталога. И точно — средние надеждики уже хотят. А в конце — большие надеждики. Понять бы еще отношение одного к другому.
Хотя и с этим быстро разобрались. Потому что предметы за малые надеждики занимали всего три странички. И последняя стоимость была 98 этих самых монет. А вот самые обычные шорты с броней в 2 единицы стоили уже один средний надеждик. Логично предположить, что в одном среднем — сто малых монет. Быстро просматривая содержимое каталога, добрался и до «Полного функционала» за пять средних надеждиков. Мда… Копить еще и копить…
— Смотри, а мне такая кофта бы подошла, — понял я, вдруг, о чем шепчутся дамы за моей спиной. — И к ловкости единицу дает!
— А мне ножичек нравится! Смотри, какие узоры на ручке мимимишные!
— На рукоятке, — автоматически поправил я, чувствуя, как начинает кружиться голова от разговорчиков вокруг. А еще понял — нельзя! Нельзя им деньги отдавать! Потратят на всякие красивульки и лапотульки. Брррр….
— Дай-ка! — маман выдернула каталог из моих рук и теперь уже меня оттеснили от книжицы. Все мадамы, и стар и млад, начали активно листать страницы, периодически где-то задерживаясь, обсуждая фасоны и внешний вид.
Я вздохнул, понял, что спорить бесполезно, отошел и сел на ступеньку, где до этого сидела Сигизмундовна. Подпер голову кулаком. Рядом притулился Холодечик и понимающе положил мне на колено лапку.
— Хоть ты мужиком оказался, — покачал я головой и почти без отвращения почесал питомца пальцем по спинке.
Как долго шесть женщин могут рассматривать каталог из шестидесяти страниц? Достаточно, чтобы у всех восстановились жизнь и мана, спали и баф и дебафф, а я задремал, прислонившись к перилам.
— Пеееть! — разбудил меня голос Светки, трясущей мое плечо и при этом громыхающей кухонной утварью, что на ней была надета.
— Ааа? — не сразу сообразил я, что происходит.
— А сколько у нас сейчас денег?
— Пятдесят один малый надеждик, — сестренка недовольно надулась, размышляя. — Не забывай, что нас семеро, так что по семь монет на каждого и две в запасе.
— На булочку с начинкой хватит! — ехидно заметила Сигизмундовна, возвращаясь на первую страницу каталога.
— Вредные вы… — почему то обвинила нас Светка. Видимо, надо было на кого-то свалить.
Я встал, потянулся и твердо сказал:
— Хватит он-лайн шоппингом заниматься! У нас квест! Птицына, бафай!
— Это не шоппинг, а выставка с заоблачными ценами какая-то… — пробубнила Смородина.
Хорошо, хоть за всем этим не вспомнили, что дебаф откатился. Не хотел я пока возвращаться в нашу квартиру или, чтобы возвращался кто-то еще. У нас часть группы — дамы непостоянные, еще передумают квест выполнять. А нашим составом все-таки проще, чем, если кто-то уйдет.
Птицына зачем-то прикрыла один глаз, немного поскакала на правой ноге, после чего изрекла, крутя самодельным крестом:
— Группа, баф!
«Упрочнение 1 ур, 20 мин». Отлично. Сработало. И маны Птицына в два раза меньше потратила, чем когда всех по одному бафала.
— Светка-Ванесса, не забудь, что у тебя теперь тыл не защищен! Не плюхайся больше ни на кого! — выдал я последнее наставление.
— Это попой что ли? — уточнила сестра, на что получила утвердительный кивок.
— А как дверь то открывать? Ключей то нет! — заметила Смородина.
— Эх, девка, молодо-зелено! — вздохнула Сигизмундовна. — Раз задание то дали, значит и дверь открыли!
И бабка уверенно нажала на руку двери с табличкой «46». Та мягко, без скрипа отворилась, приглашая нас в свою обитель.
— Перепланировку сделали! Коридор то вдвое больше нашего! — в голосе маман послышались завистливые нотки.
— Только мы сейчас живы, а они… — я покосился на мелких девчонок и постарался выразиться помягче. — А они растворились в неизвестности.
Хорошо сказано, а? Переквалифицируюсь в поэта. В барда, во!
Я, подтолкнув Светку немного вперед себя, зашел в квартиру. С первых шагов на нас никто не напал, что позволило оглядеться. Коридор, действительно, был большой, было где развернуться, вернее, их было два в одном, что, собственно, и объединяло квартиры. Отсюда было видно пять дверей — в комнаты, четыре — в две ванные и два туалета и один проем без двери вел на кухню. Вторую кухню, похоже, объединили с одной из комнат.
И сразу бросалось в глаза — в квартире пусто. То есть совсем. Словно кто-то прошелся до нас и вынес все, что было можно и нельзя. Только потолочные лампы освещали помещение. Хотя выключателей не наблюдалось. Система, действительно, сделала из квартиры просто небольшую локацию.
— Эх! — вздохнула Светка. — А я-то надеялась у них в холодильнике порыться! Наверняка ведь куча вкусняшек тут была!
— Может, холодильник и остался, — ответил я, сам на это не особо надеясь. — Мы на кухню то еще не заходили.