Не драконь меня! (СИ)
— Не понял.
— Ты мой браслет в ломбард сдал! Если у тебя денег нет, мог попросить. Мы бы в любом банке сняли столько наличных, сколько нужно.
— И через две минуты твой труп нашли бы в ближайшей канаве. Хорошая была бы новость, наверняка фильмы с твоим участием сильно взлетели бы в цене.
Об этом я не подумала.
— Был еще вариант ограбить кого-нибудь, но я решил, ты не оценишь этого джентльменского поступка.
Я стиснула зубы.
— Мог хотя бы спросить! Этот браслет был мне дорог. Это особенный подарок.
— Артуро? — иронично бросил дракон, сосредоточенно сканируя толпу.
Мой кот⁈ Ах, мой кот…
— Не твое дело, — рявкнула, задрав нос. — Куда ты планировал потратить мои деньги?
— Ну, ты же у нас гордая, от еды отказалась, да и выглядишь не лучше кикиморы. Нужно тебя покормить и одеть, не то смотреть противно.
Вот как ему это удается? Только что хотелось пристукнуть, а сейчас ничего так, почти отошла даже.Мысль о вкусной еде приятно согрела желудок.
— На будущее. Хочешь выжить — доверяй мне.
— Сложно доверять, учитывая твои недавние слова. Ну, о том, что тебе проще снять кулон своего мертвого тела.
— Если я решу тебя убить, то сделаю это открыто. Хотя убивать женщин не в моих правилах. Но из каждого правила бывают исключения, не так ли? — глумливо добавил дракон.
— Тебе говорили, что ты не умеешь делать комплименты?
— А разве это был комплимент? — дракон изогнул бровь и повел меня за собой.
Глава 22
Мы зашли в неприметную харчевню, хотя, как помню, неподалёку есть неплохой двухлунный ресторан. Тамошние устрицы в лимоном соусе — произведение искусства! А рисовые рулетики в стружке тунца и с угрем — пальчики оближешь. И мне отчаянно по ним загрустилось, когда перед нами поставили серо-коричневое нечто в зеленоватой слизи и с бурыми комочками.
— Ешь. На вкус это гораздо лучше, чем на вид.
— Я смотрю, у тебя большой опыт в этом деле.
И мне бы отказаться от еды, но желудок зычно выругался и плеснул на мою гордость желудочным соком. Неизвестно где и когда доведется снова покушать. И не факт, что это будет хотя бы серо-коричневое нечто, а не сырые слизни.
Дракон оказался прав. Нечто оказалось овощным рагу. Недоваренным, но вполне сносным на вкус. Правда грибы (или это были баклажаны?), едва жевались. Я убедила себя, что хлеб третьего дня полезнее для желудка, чем свежеиспеченный, а состав чая, отдающего плесенью, лучше не уточнять. Дракон подложил мне пару ложек меда, и стало вполне недурственно.
Быстро насытившись, мы завернули с собой буханку хлеба, ломоть сыра и бутылку чая. Я предложила взять мясо, но дракон убедил, что на запах вяленой грудинки сбегутся все оборотни в радиусе нескольких километров, и это не лучшая идея.
Потом мы посетили магазин одежды, и купили мне безразмерное платье в пол. Сценическая одежда — дело привычное. Я быстро вжилась в роль крестьянки и отправилась за драконом. Он накинул капюшон, словно из нас двоих мировая знаменитость та, что с хвостом. Интересно, а рога у него есть, когда он дракон? Учитывая, что в человеческом обличье он настоящий винторогий козел, однозначно есть!
О чем я вообще думаю⁈
До портала добирались пешком. Огромное здание, построенное по последнему слову магии и техники, врастало в землю незыблемым монолитом, но возвышалось неприметным двухэтажным куполом. На первом этаже ютились кафешки и магазины, а на втором — администрация.
Сам портал — глубоко внизу. Только особая горная порода — рудиниум, способна поглотить колоссальный всплеск магии от перехода, иначе все живое на километры вокруг обуглится, как это случалось поначалу. Человечество открыло возможность пространственного переноса и так перевозбудилось, что отринуло предосторожность. За годы исследований погибли тысячи людей и, каждый раз, когда я спускаюсь в подземный зал ожидания, думаю о них.
Лестница медленно ползла вниз, в пропасть, зияющую чернотой. Я вцепилась в ленту-держатель и уставилась в стену. Чем ниже, тем темнее и холоднее, воздух пахнет сыростью и плесенью, света практически нет, отблески магических светильников больше напоминают рой светлячков, уходящий в бесконечность. До боли напоминает морскую глубину. Без света, кислорода и надежды выбраться. Тяжело сглотнула, ослабила пуговицы на воротнике-стойке и вздрогнула, когда дракон положил ладонь на мое плечо и прижался ближе. Словно прочитал страх по языку моего тела. Хотя, куда уж там. Просто сзади напирал народ. Слева от нас то и дело кто-то пробегал, работая локтями, и перепрыгивая через ступеньки, дамы впереди громко обсуждали давешнюю рыбалку мужей и количество пойманной сельди, на стенах выплывали из кромешной тьмы имена погибших ученых и добровольцев, а в спину горячо и уверенно билось драконье сердце.
Воздух… Как же тяжело дышать.
По спине скатилась капелька холодного пота, но оставалось недолго. Внизу уже брезжил медовый свет, доносился аромат свежей сдобы и музыкальные переливы.
— Чего ты боишься? — прошептал дракон, и его дыхание скатилось по моей шее. — Я же рядом.
Тоже мне, надежный тыл! Но сердце, почему-то, дернулось.
— Внимание отбывающих. Переход 372 до Люберии откроется через пятнадцать минут.
— Мы едем в Люберию? Зачем? А… дай угадаю! Ты не ответишь…
А вот Киллиан запутается! Если я путешествую с драконом, логично, что мы поедем в Дракнмар, а не на юг человеческого королевства. К тому же, насколько знаю, на юге очень сильная стая оборотней. Настолько сильная, что они заправляют наравне с людьми.
— Ты ведь знаешь, что на юге полно оборотней?
Я обернулась. В полутьме лицо дракона выглядело зловеще настолько, словно высечено из камня. По резким скулам легли тени, а в черных, как тьма глазах, плескался огонь. Рядом со мной не человеческая ипостась, а сам владыка смерти! Я поёжилась и отвернулась. Ну его, этого дракона. Конечно, он знает. И не завидую, честно говоря, тем оборотням, что рискнут сунуться к нему в таком состоянии.
Мы медленно вплыли в просторный холл. Я спрыгнула с последних ступенек и вбежала на освещенную солнышком поляну. Тот, кто придумал траву под землей вместо могильного мрамора — гений. Ощущение склепа и без того не покидало ни на минуту.
Маги постарались на славу! Над нашими головами проплывали облака, даже светило солнце вместо светильников. Огромный зал, размером с несколько футбольных полей, делился на секции. Всего три телепорта, один — дальнего следования между островами и два — внутреннего.
Мы подошли к сводному расписанию, наш телепорт отправляется без задержек. Нужно оставить Киллиану какой-то знак, чтобы он не запутался. Он догадается, что мы путешествуем телепортом и точно будет здесь, но оставить ментальную метку не получится — фон телепорта блокирует ментальную магию.
Пока драконутый на всю голову осматривался, я быстро взяла со стола ручку и на обратной стороне какой-то рекламки написала: «Люберия, БД».
— Нам направо, — сухо обронил дракон и сжал в своей пятерне мою хрупкую ручку.
Да-да, ту самую, которой я писала.
Ручка жалобно хрустнула и осыпалась на пол пластиковыми осколками. А дракон даже не обернулся. Только уголки его губ довольно дернулись.
Вот же ж…
Ненавижу!!!
Перехватив мою ладонь, Элгад потащил меня, как непослушного ребенка, который может потеряться в толпе, к сиреневой аллее. Сирень, к слову, под землей уже цвела. Большие махровые соцветия источали сладкий аромат, вокруг них порхали бабочки. Все выглядело так, словно мы не в километре под землей, а в небесном уголке. И кислорода здесь было более чем достаточно.
— Впредь не совершай таких опрометчивых поступков.
— О чем это ты? — я отобрала свою руку и поплелась за спутником.
— Ты скажи, — безразлично проговорил мужчина и смял в кулаке мою записку.
Как он вообще заметил, что я ее писала? Он же в другую сторону смотрел! А стащить со стола когда умудрился? У него глаза что ли на затылке⁈