Леннарт Фартовый (СИ)
- Устроиться в университет кем угодно – садовником, уборщиком, плотником, наконец. После чего проявить свой недюжинный ум в любой дисциплине, будь то математика, философия, физика, и тогда университет возьмет все расходы на себя. Прецеденты бывали. Кому же захочется потерять один из немногих блестящих умов современности? Деньги в нашем мире решают только базовые потребности, в то время как сам он крутится вокруг гениальных личностей, - философски закончил виконт.
- Та-ак! – протянул за нашими спинами Орм Волчья Пасть, который стоял в стороне, и к нашему разговору не прислушивался. – Сдается мне, Анандр решил напасть.
И действительно, то, что мы наблюдали, не могло быть ничем иным, как тем, что войско Угольной Ноги перегруппировывается перед атакой. Все-таки оборонительные построения разительно отличаются от атакующих, и ошибиться невозможно.
- Такой момент упущен! – с досадой хлопнул себя по закованной в броню ноге Блез. – Казимир, действуй!
- Ну что, сучьи дети, все-таки появился у вас шанс сдохнуть как настоящие мужчины?! – обращаясь к наемникам, мгновенно отреагировал Казимир. – Не в постели, играя с упругими сиськами зеленоглазой красавицы-блондинки с потрясной фигурой. Не за столом, закусывая холодненький аквавит телячьими ребрышками только с огня, с гарниром из молодой, поджаренной до хрустящей корочки картошечки да под квашенную капусточку с постным маслицем и лучком, обязательно синим. А вот так – в чистом поле. Под предсмертные вопли товарищей! Нюхая вонь дерьма, выпавшего из развороченных ударом секиры внутренностей! Чувствуя затуманенным от непереносимой боли сознанием как немеют руки и ноги!
В самом начале его горячей речи, мне срочно захотелось вернуться к оставшейся в Раудене Рейчел, которая удивительно точно подходила под описание Казимиром блондинки. Затем, несмотря на всю серьезность ситуации, проснулся зверский аппетит. Ближе к ее концу - страстное желание как можно быстрее покинуть поле брани. Судя по виду других, далеко не мне одному. А Казимир продолжал бушевать.
- Совершенно неважно – за кем будет победа! За нами, Анандром Угольная Нога, вернется ли сюда король Охарис, или даже заявится кто-то еще. Разве главное в этом?!
- А в чем тогда? – поинтересовался из задних шеренг какой-то рослый бородатый воин, который на мой взгляд чаще других поглядывал в тыл, где до самых гор простирались густые леса.
- Хороший вопрос, и мы на него ответим вместе! – тут Казимир посчитал вводную часть законченной, скомандовав. – Боевой порядок – двойная терция!
Которая, в отличие от обычной была придумана им в результате бессонных ночей по дороге в Гарданику. Поскольку пикинеров у нас не было вовсе: основная масса дружины Блеза представляла собой мечников, за исключением сотни арбалетчиков и столько же копьеносцев, он и сделал обычную терцию двойной.
Проверить ее в сражениях Казимиру возможности не представилось, но он клятвенно всех уверял – равных построению нет.
«Что все-таки значит выучка!» – размышлял я, глядя на то, как быстро перестроилась
дружина Блеза, полностью готовая к атаке врага.
Найдя себе место рядом с терцией на вершине невысокого холма из следующих соображений.
Арбалет у меня чрезвычайно дальнобойный, стрелок я из него выдающийся, и наверняка мне подвернется хотя бы единственный шанс покончить с Анандром. За его предательство в ответ на благородство Блеза.
Как выяснилось, принятое мною решение было самое что ни на есть верное. Поскольку оставайся я в центре терции, вынырнувшие из оврага троборы обязательно бы ее разрушили. Особенно в той связи, что их стало пять. Гаспар с Витязем и еще три, не так давно принадлежавшие королю Охарису. Какой-то миг, и я оказался в их окружении. Тогда-то мне и пришла пора действовать, ведь до столкновения оставались считанные минуты. Скорым шагом я прошелся вдоль нашей передовой шеренги туда-сюда, и неспешно, в какой-то мере даже вальяжно, направился в сторону наступающего Анандра.
Подействовало. Войско Угольной Ноги, а оно успело перейти на бег, внезапно начало терять строй, а затем и вовсе остановилось. Застыл и я, для большей убедительности сложив на груди руки. Наваливайтесь, мол, и чтобы справиться с вами, мне и оружия-то не понадобится. Так продолжалось какое-то время, пока, наконец, призывая к переговорам, наш враг не замахал белым флагом.
- Лео, и на кой тебе столько троборов? – проходя мимо на рандеву с Анандром, пошутил Блез.
Заставив меня одновременно и усмехнуться, и вздохнуть. Так и хотелось сказать ему в ответ:
«То, что они нам всем жизнь спасли, тебе в голову не приходило? Думаешь, помогли бы нам зажигательные речи Казимира, равно как и его терции, будь они хоть четверные?» Ну а вздохнуть по другой причине – тут и один Гаспар своей навязчивостью житья не давал. А что будет теперь, когда их пятеро?
Анандр Угольная Нога снова начал переговоры первым. Благо, хоть не с упреков, иначе бы я мог и не выдержать, настолько он с ними успел надоесть.
- Простоблез, давно тебе хотел сказать одну вещь.
- Какую именно?
Блез, готовясь к битве, настроил себя, и потому не смог успокоиться вовремя. Отчего тон голоса у него был самым что ни на есть вызывающим, но Анандр даже ухом не повел.
- Практически наверняка уверен, ты – мой родной сын.
- Чего?!
Что же говорить про Блеза, когда я и сам ошалел от слов Анандра. Затем посмотрел на них обоих новым взглядом, пытаясь обнаружить родственные черты. Хотя мог бы и не пытаться – народ в Айсейнте сплошь и рядом светловолос, светлоглаз, и с горбатым носом. Если они и различаются между собой, только ростом, да и то не сказать, чтобы разительно.
- Простоблез, тебе конечно же неизвестно, но у родителей ты был приемным.
Если бы с нами был виконт дю Эскальзер, он обязательно бы ткнул в Анандра тем, что родители – от слова родить. Но Блез на такие тонкости внимания не обратил.
- Чего?! – повторился он.
- Они просто не успели тебе сказать. Да и стоило ли? Но как только впервые тебя увидел, так сразу и подумал – а не мой ли это Блас, который пропал много лет назад? Еще и что-то единокровное в тебе почувствовал. По этой причине не смог убить тебя ни тогда, ни сейчас. Сначала дал приказ атаковать, а затем его отменил.
«А не троборы были тому причиной?» – скептически подумал я, которому все больше не нравилось происходящее. Какая-то фальшь исходила от Анандра, вот почему. А если судить по бешенному взгляду Блеза, ничего единокровного по отношению к Анандру он не испытывал.
- Какой еще Блас? Угольная Нога, что ты плетешь вместо того чтобы сойтись в честном бою?
- Погоди, Простоблез, не кипятись! Скажи мне, нет ли у тебя шрама на левой ягодице, как у моего пропавшего сына Бласа?
Не знаю, что там насчет ягодиц, но шрамов на лице, спине и груди у Блеза хватало.
- Нет!
- Наверняка за столько лет он зарос так, что и не разглядишь. А родимого пятна в правой подмышке?
- Тоже нет! У меня их вообще не имеется.
- Случается и такое, когда оно было-было, и вдруг исчезло. А…
- Анандр Угольная Нога, ты зачем меня сюда позвал?!
- Хочу сделать тебя своим наследником, чтоб было кому занять трон Гарданики, когда меня не станет. Ты мне не веришь, но чувствую я, чувствую – не чужой ты, ох не чужой!
Блез беспомощно посмотрел на меня. Но как мне удалось бы ему хоть чем-то помочь? Дело вполне могло дойти и до того, что они бросятся друг другу в объятия.
-Кровиночка моя, как долго я тебя искал!
– Папаня!
Всё испортил сам Анандр.
- Верь мне, Блез, все так и есть. Ты – мой родной сын, и стоит ли нам воевать? Поживешь со мной, наберешься опыта, и когда я уйду в иные миры, займешь трон. К тому времени заработаешь себе и достойное имя. Ну что это такое – Простоблез! – Угольная Нога пренебрежительно покривился.
Тогда-то Блез и проткнул его насквозь мечом. Потому что даже я понимал – будь он Анандру действительно сыном, родной отец ни за что бы так не поступил. Некоторые вещи в Гарданике святы, и издеваться над именем сына тот, кто и дал ему жизнь, никогда бы себе не позволил.