Последний из рода. Том 2 (СИ)

— Ну как что? Остальные в спешке собрали самое ценное, и свалили. В бункере остался один Лис, который в одиночку держал оборону и после отступил. Его слегка задело, но вроде ничего страшного. Правда от бункера не осталось ничего. 
На сердце сразу отлегло. Значит все в целом более-менее в порядке. 
— И как сейчас выглядит ситуация? — спросил я.
— Так уж выходит, что все наши засели в лесу, под иллюзией, и ждут момента для атаки. В данном случае тебя, — сказал он, и немного помолчав, резко чуть приподнял в голову вверх, будто что-то вспомнил, и добавил: — Тебя кстати и сам Комиссар ждёт. Со слов Лиса, он бы хотел с тобой перетереть. 
— Перетереть? — переспросил я, подумав, что ослышался. 
— Ну, поговорить, — ответил Алан. 
— Алан, я не идиот. Я спрашиваю, зачем? 
— Так думаешь я знаю? Ну хочет он с тобой поговорить, может ему так скучно. Это его спрашивать надо, я то что?
— Ладно, — сказал я. — Поговорить с ним возможно имеет дело. Если расскажет, за кем всё это дело стоит, то оно того стоит. Главное не помереть по глупости от его руки, а остальное так, мелочи жизни, — ухмыльнулся я.
Говоря по правде, в прямом столкновении с ним шансов у меня было маловато. Шестой уровень это тебе не четвёртый и даже не пятый. 
Одно дело когда я неожиданно ударил и убил фанатика с магией разума. Другое, когда меня будет ждать полностью подготовленный противник. Боюсь, даже если я сяду в маго-скаф и использую тёмное пламя, шансов на победу у меня будет… около нуля. 
— Ну последнее тебе вряд ли светит. Ты у нас неубиваемый вообще. Выкарабкаешься оттуда, где шансов выжить вообще нет. Вот, даже от дракона спасся, — подколол меня Алан, чем вызвал улыбку на моём лице. — Мы только перед тем, как к нашим отправимся, скажи одну такую вещь.
— Какую? — спросил я, чуть приподняв брови.
— Ты к девушке этой, Мари, как относишься? — спросил он, из-за чего я слегка выпал в осадок.
— Это что за вопрос такой? С чего бы вдруг такое спрашиваешь? — спросил я и серьёзно посмотрел на Алана. 
Тот даже не стал отпираться и выдал всё на корню.
— Ты может этого не замечаешь, зато замечают другие. Она на тебя влюблёнными глазами смотрит. Ну по крайне мере Лилит мне так сказала. И Курт тоже. Я то вообще не знаю, что такое эта ваша любовь, но поди что так, — ухмыльнулся он и добавил. — Небось решил остепениться и стать настоящим мужчиной, да?
— Алан, мой тебе совет. Поменьше слушай, что тебе говорят. Имей своё мнение.
— Я и имею. Я тебе его и высказал. И судя по ответу, ты к ней неравнодушен, — хитро скорчил он лицо. — Ну признайся честно, испытываешь же к ней чувства? Нравится она тебе или нет? 
— Вы все лезите не в своё дело. И ты, и Лилит, и Курт. Тебе так не кажется? — уже хмуро ответил я, чувствуя наращиваемое недовольство.
Не, одно дело, когда тебе пытаются помочь, если видят, что у тебя трудности в жизни. Другое, когда лезут настолько близко в личную жизнь. Уж думаю я сам могу разобраться, нравиться мне человек или нет, и подталкивать меня на это не надо.
— Вообще не кажется. Ну ты сам посуди. Я может с девушкой недолго знаком, но она человек хороший, это уж точно. И если она на тебя запала, так чего не воспользоваться шансом? Даже не вздумай сейчас оправдываться тем, что у тебя есть другие цели и вообще ты занят. Знаешь, ты так всю жизнь можешь себе говорить, а по итогу в конце поймёшь, что всё благополучно прос… Профукал, — сказал он мне и подошёл поближе.
— Алан, ты хоть мой друг, но не перегибай палку. Я ведь и разозлиться на тебя могу. Я вляпался настолько глубоко, что никому другому это не снилось. Думаешь мне сейчас правда до каких-то там отношений? Пытаться строить свою личную жизнь, когда каждому кому не лень пытается тебя убить? Ещё и давать врагу повод давить на новые слабые точки? Нет уж спасибо, — сердитым голосом ответил я, давая понять, что мне эта тема совсем неприятна. 
— И что? Думаешь это правильно? Нет, нихрена. Ты так всю жизнь будешь оправдываться. Я тебе как друг говорю, который желает тебе счастья. Или тебе напомнить тебе ту историю, когда я первый раз открылся? — я увидел, как его лицо помрачнело.
 
Он всего один раз поведал мне её, перед тем, как стать мне другом, и то с большой неохотой, и даже после долго сожалел об рассказанном. И раз он её решил повторить, то и впрямь настроен серьёзно.
— Не надо, Алан. Я знаю, как для тебя это больно, — сказал я, но Алан даже не думал слушать.
— Был у меня отец. Мамы не было. Я даже не знаю, ушла она от отца или умерла. И была младшая сестрёнка. Отец любил прибухнуть и чуть что срываться на крик. Жили мы очень хреново. Еды хватало впритык. И вот я вместо того, чтобы нормально учиться, в свои двенадцать начал подрабатывать. Грезил о том, чтобы скопить денег и квартиру снять на время. Сестрёнку свою младшую от отца забрать и там жить. Только всё время откладывал это дело. То одно мешало, то другое. Разные причины находил, и деньги как назло копиться не хотели. Там кинут, тут кинут. Отец заначку мою найдёт, на еду и себя потратит. Разное было.
Тут он замолчал и отвернулся. Я почувствовал, как на его глазах появились слёзы, которые он не хотел показывать. 
Было непривычно видеть вечно весёлого и бодрого Алана в таком состоянии… 
— Два года так жили. Ничего не менялось. А потом пришли бандиты. Отец им задолжал. Взяли нас в заложники. Отец отдавать не хотел. Его зарезали. Меня отправили на подпольные бои, развлекать публику. Драться и постоять я благо за себя умел. А сестру мою почти сразу же на органы. Узнал я это через пару лет, когда обнаружил в себе талант к магии и выбрался из плена.
Он снова помолчал, и вытерев рукавом лицо, повернулся ко мне.
— Понимаешь, если бы я не тянул, этого бы не случилось. Но вот я потерял того человека, ради которого хотел жить. Я ведь мечтал, что она в университет поступит, работу любимую найдёт, счастлива будет. А я так, издалека смогу наблюдать и радоваться. Хрен там плавал. И я ведь вижу сейчас тебя на своём месте. 
— Алан… 
— Думаешь моя ситуация отличается от твоей? Нет, одно и тоже. Вот если вы оба любите друг друга, но ты будешь упираться, что получится? Она может полюбить другого, и тебя оставит с носом. Или не полюбит, а просто что-то случится. Вот как со мной. И что? И всё, ты ничего изменить не сможешь. Поэтому ты или бери быка за рога, или прямо скажи, что оно тебе неинтересно, — он резко замолчал и я увидел, что на его лице промелькнуло умиротворение. — Всё, вроде отпускать начало. 
— Я не знаю, что сказать. Я понимаю, что ты хочешь как лучше, и ты по большей части скорее всего прав… В общем, мне надо подумать. Как закончу с Комиссаром, то решу вопрос. Но до этого даже не заикайся, хорошо? Тем более я не хочу снова видеть жизнерадостного тебя таким грустным, — ответил я. 
— Считай замётано, — подмигнул он и улыбнулся. 
— Будь по твоему. И да, не загоняй себя. У меня сам знаешь, ситуация не лучше. Родителей рано не стало. Я практически сам по себе, Хендрик разве что немного за мной приглядывает. Но мне ещё есть ради чего жить. И тебе думаю тоже. Не раскисай, — по-дружески я похлопал его по плечу.
— И не собирался даже. Мне сестрёнка помню один раз сказала, что хотела бы видеть меня всегда счастливым. Мы с ней тогда впервые мороженное попробовали. У меня улыбка была до ушей. Эх… Ладно, к чему сейчас ещё вспоминать прошлое. У нас с тобой ещё хватает дел. 
— Согласен, — сказал я, а сам задумался о своём.
О том, что может быть и правда я в жизни делаю что-то не так, и уж больно сильно зациклился на одной мести?
Да, с момента, как я узнал об уничтожении клана, я ставил цель возродить свой клан и вернуть его наследие на первое место. 
Но при этом я всегда старался не забывать о других важных мне вещах. О людях, которых я ценю, и о себе тоже. Старался продолжать жить полной жизнью, как до этого.
Чтобы не потерять свою человечность и не стать пустым внутри.