Шеф-повар придорожной таверны (СИ)
— У меня другое предложение! — да, я уже понял, что если Маше взбрело что-то в голову, то это надолго, — Я отдам вам эти драгоценности за отсрочку до последнего месяца осени. А там всю сумму целиком. То есть вы хорошо заработаете.
— Девочка, у нас с тобой сильно отличаются представления о хорошо заработать…
В этот момент помощник Хорда вскинулся, хотел было что-то сказать, потом осекся и, придвинувшись к лиеру, быстро зашептал что-то на ухо. Я не расслышал, а вот Маша нахмурилась. Но сказать ничего не успела. Лиер быстро схватил с ее ладошки драгоценности и добавил:
— Ладно, если сразу отдадите проценты за этот год, то получите последнюю отсрочку до последнего дня осени.
— Договорились! А сколько это?
— Это девять монет, — отец подошел к Маше и виноватым голосом спросил, — а не жалко?
— Это просто украшения, причем не самые лу…юбимые. А это ваш дом и ваше семейное наследие. Это важнее!
— Благодарю! — отец существенно замялся и выдавил, — А вы еще три империала не добавите? А то у меня только шесть…
— Ха-ха! — развеселился Хорд, услышав последнюю фразу, — Ты правда так хочешь им помочь?
— И помогу. Они же мне помогли!
Лиер махнул рукой, и его помощник мгновенно сграбастал монеты у Маши и отца.
— Я, пожалуй, разобью лагерь на тракте, не хочу нахвататься у вас тут клопов! — напоследок сказал гадость лиер, направляясь к карете.
— Стоять! — пронзительно вскричала Маша, — А документ в получении денег и украшений и подтверждающий отсрочку?!
— Девчонка, ты обезумела? Мы лиеры! Наше слово много значит, и куда ценнее какой-то там бумажки!
— И все же я настаиваю! — Маша обежала Хорда и встала у него на пути.
Мужчина не останавливаясь махнул ладошкой, снося девочку с пути…. Упасть девочке помешала Аста, непонятно каким образом оказавшаяся рядом, и едва Маша твердо встала на ноги, как уже знакомым мне стелющимся движением стражница одним прыжком переместилась к лиеру.
Хлоп! — впечаталась ее ладошка в ухо мужчины.
Бух! — Остановила полетевшего Хорда стенка кареты.
— Ты озверела?! — заорал лиер, хватаясь за меч на поясе.
— О да, вытащи его, — кровожадно прошипела Аста, на что Хорд судорожно отдернул руку от рукоятки и уже не так грозно бросил:
— Ты не имеешь права нападать на нас!
— Имею, если вы мешаете мне выполнять поручение Храма.
— А при чем тут девчонка?!
— Я должна вернуть ее откуда взяла. В таверну. А ты мне мешаешь.
— Я?! Да ты ее уже вернула! Уйди с дороги!
— Нет, таверна-то вон она, — махнула рукой Аста в сторону строения в двадцати шагах за своей спиной.
— Ну так и веди ее туда, я-то чем мешаю? Она сама…
— Она сама идет, я только сопровождаю. А ты задерживаешь ее. А значит и меня. — На этих словах Аста приблизила свое лицо к Хорду, тон стал более кровожадным и она зловеще зашипела, — А мне знаешь как надоело седло? И как я хочу есть? А на пути стоит какой-то лиерчик, который не хочет написать простую бумажку…
— Да я сейчас просто верну все и заберу землю!
— И это продлит наши переговоры во дворе, отделяя меня от вина и мяса! Да мне проще убить тебя, а уж что написать в отчете — я придумаю, благо тут есть два благородных, которые подтвердят для меня что угодно!
Лиер некоторое время стоял со злобным видом, но в тоже время неуверенным взглядом, гневно раздувая ноздри, затем буркнул, обращаясь к замершему рядом помощнику.
— Оформи бумагу.
Документы оформили быстро. Хорд несколько раз порывался что-то сказать и Асте, и отцу, но постоянно останавливал себя, делая злое, перекошенное лицо и лишь руки, теребившие эфес клинка, выдавали его мысли.
По сути льера Аста спасла нас. Только ее вмешательство, обыгранное как охрана Маши, и помогло нам выиграть отсрочку. Но кто такая Аста, что ее так боятся? Для нее вообще нет авторитетов?
Наконец документ был составлен и подписан, причем в качестве видаков в документ вписали Асту и Трайна — лиеров, что придавало ему особый вес, но Машу и это не устроило.
— Льера Аста, я хочу попросить взять себе на сохранение этот документ. Пусть он будет у вас, так надежнее.
На это Хорд аж заскрипел зубами, от чего было заколебавшаяся Аста, готовая ответить девочке чем-то язвительным, молча приняла свиток.
Проводив взглядом карету и всадников, Маша повернулась к нам и пояснила:
— Его помощник, когда шептал, сообщил, что таверна им до конца лета все равно не нужна, так как какой-то …сойт не приедет раньше. Поэтому совсем не важно, у кого будет таверна до этого времени, а жемчуг он оценил как очень редкий. Вот я и решила перестраховаться и оформить документально, а то приедет в следующий раз другой мужик и скажет, что с ним не договаривались. А то и сожжет таверну с документами, и тоже мы с носом останемся.
— Ты где такого набралась-то? — хмыкнула Аста, — Пожары, обманы…. Вроде приличная девочка, ан нет, постоянно проскакивает что-то…
— Да у дедушки на даче кроме Первого, России и НТВ телек больше ничего не ловит, вот и смотрела с ним дешевые детективные сериалы.
Понял только “дедушка”, “ловит” и “смотрела”… Но, как и все, понимающе покивал, больше среагировав на интонацию.
— Не сильно он тебя ударил? — внимательно осматривая девочку спросил я, подходя поближе.
— Не-е, больше толкнул. Тетя Аста его куда знатнее приложила! Бабах! Я тоже так буду учиться драться!
— Не дай Старые Боги! — раздался шепот со стороны стражников, — вторую такую я точно не переживу!
— Угу. Наша хоть молчит, а если еще и болтать будет…
Аста тут же среагировала на шепотки.
— А вы чего тут встали? Коней распрячь, обтереть, накормить и напоить — бегом!
В этот момент Трайн, все это время что-то говоривший отцу вполголоса, повернулся к нам и произнес:
— Льера Аста, я рад, что вы так вовремя оказались рядом. Буду признателен, если позволите угостить вас!
— С удовольствием! Завтрак был великолепен, но он был давно.
Пока лиеры беседовали, отец, подошел к Маше и опустившись перед ней на колени, приобнял.
— Спасибо тебе, Марьи! Ты даже не представляешь… Я… Я…
Отец от переизбытка чувств не нашел, что сказать, и мне кажется, у него в глазах что-то заблестело. Хотя нет, показалось, такого не бывает…
Ивер на колени не опустился, просто притянул к себе за плечо, на что Маша с живостью обняла его в ответ, прижавшись на несколько секунд головой к его груди.
— Норд, ну что вы, — отпустив Ивера, пытаясь скрыть смущение, обратилась к отцу Маша, — я просто… Ну вы же мне помогли, еще как помогли… Я же понимаю, что случилось бы, попади я к кому другому… Я не дурочка, разные книги читала… Мне повезло с вами. Я всегда с удовольствием вам помогу, чем смогу! И я Марья, или просто Маша…
— Так! — рявкнула Аста, — Я хочу жрать! И выпить! А трактирщик и, теперь вот посмотрю, повар собрались валяться тут в пыли, лишь бы не кормить меня.
Мама, спешившая к отцу и Маше от ее крика замерла с поднятой ногой и неуверенно сделала шаг назад.
— Да-да! Оставьте девчонку в покое! Дайте ей дойти до таверны, чтобы я могла уже расслабиться и снять это железо со своих нежных плеч.
Стражник, уводивший коня льеры, услышав последнюю фразу, споткнулся на ровном месте и странно кашляя исчез из поля зрения до того, как Аста повернула голову в его сторону.
Я двинулся вслед за Машей, которую повела в таверну Аста, но меня остановил Ивер, придержав за плечо.
— Я боялся, что ты схватишься за нож. Именно такой провокации они и ждали от нас. По сути — все это было представление, провокация для того, чтобы ускорить вопрос получения земли и таверны. Трайна он не боялся, а вот Аста с Машей спасли твоих родителей и тебя от нескольких неприятных месяцев.
— Но зачем это все надо было? — естественно тут же задал ему вопрос, раз уж дядя сам начал мне все пояснять, — и что за опасность?
— Потому что суд мог дать Норду еще одну отсрочку, а тот мог перезанять и вернуть долг Хорду. А тому позарез нужен наш трактир. А опасность… Вас могли на время суда и правда сделать батраками, и лиер явно бы пользовался этим в полной мере, чтобы вынудить твоего отца подписать документы.