Последнее убежище (СИ)

— Упал. — Флинт не собирался придумывать сложную и похожую на правду историю.
— Пусть будет по-вашему, молодой человек. А теперь покиньте лазарет. Мне нужно работать.
— Как скажите, доктор. С ними все будет нормально?
— Все зависит на сколько сильно ты его приложил. — старичок достал из стола прозрачный планшет и начал нажимать на виртуальные кнопки.
— Это не я. Это… — охранник понял, что ляпнул лишнего и быстро направился к двери.
— Ну да. Ну да. Рассказывай мне… — пальцы все еще бегали по кнопкам планшета.
Стена над кушеткой раскололась на несколько кусков и опустилась, нависнув над покалеченным пациентом лазарета. Клинт раньше не видел таких технологий, но это напоминало какой-то биометрический сканер, как в госпиталях для больных с травмами внутренних органов. Такие штуки за две секунды определяли переломы и разрывы сосудов. Незаменимая штука в условиях войны и глобальных катаклизмов, когда, просто выйдя на улицу ты рискуешь получить пулю в живот, или кусок летящей после взрыва стали.
— Это сканер? — Клинт склонился над товарищем продолжая держать руки на весу. — Ну, чтобы находить травмы?
— Это биомодулятор, молодой человек. Нам некогда искать травмы в его организме.
— И чем он поможет, если мы не знаем, что лечить?
— Друг мой. Это биомодулятор. Единственный аппарат здесь готовый спасти жизнь вашему товарищу.
— Если вы продолжите говорить, что это биомодулятор, для меня не станет понятнее как он помогает, а тем более спасает жизнь.
— Чтож. — старичок вновь подтянул очки повыше. — Представьте, что у вас есть огромный кирпичный дом, Вы должно быть видели такие в старых фильмах. Так вот какой-то негодяй пришел и пробил дырку в стене. В стене на которой держится весь этот дом. И вы решаетесь вытянуть пару кирпичей из каждой стены и заделать пробоину. А когда дела наладятся, заполнить и те места откуда взяли кирпичи для починки стены. Так вот. Этот аппарат выделяет стволовые клетки из непораженных органов и направляет их для восстановления тех мест что повреждены.
— Это возможно? — Клинт взглянул на свои руки.
— Это возможно, но это требует времени. Думаю, ему придется остаться здесь на несколько дней. Его травмы восстановятся в течении пару часов, а вот измученный моделированием организм будет приходить в себя гораздо дольше. Бэнгли.
— Что?
— Можете ко мне так обращаться. Йозеф Бэнгли. — старик протянул руку и тут же одернул ее назад. — Извините, совсем забыл, что у Вас тоже не кондиция. Пройдемте со мной.
Клинт поковылял теперь уже за доктором в соседний кабинет. Это оказалось лабораторией с обилием шкафов всех размеров. Те что поменьше стояли друг на друге для экономии места. Каждый из них имел двери из прозрачного стекла и был заполнен обилием различных препаратов в крупных емкостях. Бэнгли взят несколько банок и ложкой с встроенными весами стал отмерять содержимое и ссыпать его в стеклянную чашу. Парень улыбнулся и не смог сдержать смешка, закашлявшись.
— Что смешного, молодой человек? — очки скатились на самый кончик носа и доктору пришлось запрокинуть голову чтобы взглянуть на парня.
— Извините. Просто не больше получаса назад мы с Эриком, ну тем что лежит в соседней комнате, готовили термит в одной из лабораторий. Очень похожим способом.
— Вы что спалили себе руки термитом? — в чаше тщательно замешивался раствор из препаратов и синеватой жидкости, налитой из огромного флакона.
— Формально нет. — парень замялся. — Мы выжигали замок в хранилище с едой, и я ковырялся в раскалённом металле при помощи металлического инструмента. Голыми руками.
— Как вас зовут молодой человек? — Бэнгли поставил чашу с мутной синей жижей перед парнем.
— Клинт, сэр.
— Клинт, Вы идиот? — лицо врача выражало полную серьезность.
— Никак нет! — в голове вспомнилась солдатская жизнь и парень оказался уничтожен взглядом маленького человека. Этот взгляд был у его командира, полный серьезности и доминирования.
— Отставить! Клинт, хоть Вы и солдат, в чем я теперь не могу сомневаться, но все же спасая Родину, думайте и о себе немного.
 
— Я не подумал, что стоит обмотать руки тряпкой, чтобы они не пострадали.
— Если бы каждый идиот был идиотом чуть меньше, мы бы сэкономили массу препаратов. Кто-то сунет руку туда куда ее совать не следует. Другой ударит друга, за то, что тот неправильно посмотрел на его жену. А мне тут сиди лечи вас.
— Больше не повториться.
— В этой чаше твое лекарство, так что приступай. — доктор пошел проведать другого пациента.
— Эээ… — Клинт бросил взгляд на огромную чашу с синей жижей. — Извините доктор, но я столько не выпью.
— Сунь в нее руки, солдафон. — прозвучал ответ из соседней комнаты.
Клинт скорчил рожу недовольства. Похоже все-таки легкой идиотией от него веяло. Руки коснулись прохладного раствора и по телу тут же побежали мурашки. Ладони стали гореть так словно в его руки вновь вложили раскалённый инструмент. Пузыри вздувшихся ожогов увеличивались в размере и лопались, разбрызгивая вокруг себя капли сине-красного цвета. Лекарство из мутно-синего стало превращаться в коричневое из-за ошметков кожи и обожжённой плоти, отстающей от кистей. Такое лечение граничило с пыткой.
— Немного пощипит. — прокричал из соседней комнаты доктор.
— Немного?! Да у меня тут руки варятся? Доктор! Мать вашу, я сейчас выну руки.
— Не смейте, молодой человек! — голос был строгим как у учителя отчитывающего ученика. — Всего пять минуточек, и Вы будете свободны. И не упоминайте мою маму, она была прекрасной женщиной. Да хранит Бог ее душу.
— Извините, док. — Клинт сморщил лицо от нестерпимой боли. — Но мне чертовски больно.
— Не все хорошие вещи могут быть приятными. — доктор вошел в комнату и взглянул в чашу. — Ну вот видите, процесс идет довольно быстро. Досчитайте в голове до ста и вынимайте.
— Я умею считать очень быстро, док. — зубы стиснулись готовые расколоться на куски.
— Тогда я буду считать за вас. Айнэ! Цвай! Драй!
— Это что немецкий?
— Немцы считают по-немецки, молодой человек. А если станете меня перебивать — я начну заново.
— Извините доктор. Я не произнесу ни слова.
С каждым новым счетом Бэнгли руки переставали гореть. Его голос напоминал удар секундной стрелки на музейных часах — четкий и ритмичный. Каждое слово вылетало как пуля и поржало точно в цель. Все-таки в этом маленьком врачевателе было что-то завораживающее. Он казался простым, и при этом невероятно сложным. Его маленький рост в купе с уверенностью и командирским тоном рождали в голове диссонанс. Как может этот человек парой фраз заставить такого парня делать то что ему совсем не хочется. Как ни странно, он мог. И справлялся с этим превосходно.
— Хундэт! Вынимайте руки и не пугайтесь сильно, возможно они будут выглядеть не особо презентабельно.
Клинт вырвал руки из заполненной лохмотьями его плоти чаши и поднес их к лицу. Руки хоть и не имели ужасных ожогов, но что-то с ними точно было не так. Кожа словно истончилась, и сквозь прозрачную пелену можно было увидеть сосуды, несущие кровь и белые кости. Пальцы двигались без боли и мышцы, превратившиеся в желе, не спешили лопаться, а кости ломаться. Он перевернул руки ладонями вниз и заметил кое-что очень важное. На руках не было ногтей. Теперь на их месте были небольшие выемки, заполненные слизью.
— Это что? — Клинт поднял глаза на доктора.
— Ваши руки, молодой человек. Я предупредил что они будут не в форме. Но это исправится в ближайшие пять дней. Кожа станет твердеть и ногти вырастут. Вот только эту неделю придется избегать физической нагрузки. Насос Вам больше не качать.
— Выпишите мне освобождение? — на лице парня заиграла улыбка.
— Конечно нет. Просто не думаю, что эта откачка воды что-то решает в этом мире.
— Она как минимум спасает от затопления. Иначе вода поднимется и жить нам будет негде.
— Ох, молодой человек. А не думали ли Вы куда утекает эта вода?