Счастливое число Кошкиной (СИ)
На картинке не было видно лица Кошки, но безошибочно угадывалась подошедшая к ней девушка. Та самая, которая пришла с "обвинениями".
— Ты? — спросил ее Фил, ткнув пальцем в экран.
— Есть какие-то сомнения? — с усмешкой ответила она. — Вот сейчас и увидишь, как она меня избила, а потом отобрала кошелек.
Вот только запись показала совсем не ту действительность, о которой говорила девушка. Камера "поймала" и зафиксировала выложенные на стойку деньги, пожатые руки, и тот самый удар в рынду, после которого Кошка пять раз шарахнула по каске. И слава богу запись велась без звука, но и я, и Фил по губам прочитали все, что безмолвно выорала девушка.
— У меня никаких вопросов не осталось, — произнес Фил, останавливая видео после того, как покачивающаяся на нем девушка отошла от стойки. — Хочешь сказать, что тебя грабанули и избили? Вперед. Только предупреждаю сразу, готовь вазелин. В моем клубе я отвечаю за каждого сотрудника, и если ты решила покатить бочку на кого-то из них, значит покатила на меня. Усекла?
— Но… — потеряла дар речи девушка.
— Научись пить и не спорь с моими барменами, если не вывозишь, — Фил поднялся с диванчика и бросил Гуре холодное, — Вышвырни ее и передай всем, что для швали мой клуб закрыт. Ден, отойдем.
Кажущееся спокойствие, чуть ли не классическое требование поставить чайник и дать пепельницу с кассовым журналом, а за ним и каску. Я выложил все затребованное на стойку и коротко кивнул, услышав вполне резонный и ожидаемый вопрос:
— Наш разговор помнишь?
— Помню.
— Я в ваши разборки и игрища лезу? — спросил Фил, пошкрябав ногтем по трещине, разделившей нарисованную мишень на две неравные части
— Нет.
— Мне одному показалось, что Гелька эту Синицыну по башке приласкала не с пустого места? — сдвинув каску в сторону, Фил выбил из пачки сигарету и посмотрел на меня, а когда я не ответил, сухо повторил свой вопрос. — Ден, мне показалось или нет?
— Нет, не показалось, Фил, — процедил сквозь зубы.
— Я вас обоих предупреждал. И тебе, и ей говорил, что в баре вы бармены, а ваша Санта-Барбара не касается работы и остаётся за порогом. Так!?
— Так.
— Оба уволены, — прорычал Фил, смяв сигарету и бросив ее в пепельницу. — На неделю, — добавил, услышав и оборвав мой протестующий возглас. — И либо вы, два долбоеба, за эту неделю каким-то образом договариваетесь между собой, либо мы попрощаемся окончательно, Ден. Ясно?
— Ясно, — кивнул я, выдыхая с облегчением.
— И не хер расслабляться. Вы торчите мне по каске. Оба, — уточнил Фил. Щёлкнул по наклейке и помотал головой. — Пиздец… Два долбоеба, и оба в моем клубе.
— Какие есть, — кивнул я, соглашаясь. — И тебе в кайф, что они работают в твоём клубе, — попытался начать издалека, но раньше, чем Фил рявкнул в ответ, въехал что неделя не срежется:
— Не выебывайся, Ден! Вали домой и лучше промой мозги Гельке, чтобы и она, и ты усекли, что это был последний раз, когда я не уволил вас к хуям! Понял?
— Понял, — кивнул я.
Выставил на стойку две кружки, для Фила и Риты — догадался, что ночевали в квартире в клубе, — и добавил шарик связанного чая, который понравился девушке Фила, из запасов "для самых важных гостей".
— Пользуетесь моей добротой, — рассмеялся Фил, забирая кружки и чайник, но не притронувшись к чаю. — Ангелу он не понравился.
— Я запомню.
— Запомни, — кивнул и пошел к лестнице, выдохнув, — Блядь, как вы меня оба заебали. Долбоебы.
И все бы ничего, не самое страшное наказание, если бы не те оставшиеся дни недели воздержания, которым наказал Кошку…
— Совунчик, а ты точно перекрыл батареи? Жарко, пипец как.
— Перекрыл, — процедил я сквозь стиснутые зубы.
Потянулся к коробке за куском пиццы и мысленно выматерился, когда Геля поставила на паузу видеоурок о подаче коктейлей.
И ведь я прекрасно понимал, что сейчас увижу, знал зачем все это будет сделано, но все же прикипел взглядом к Кошке, а она…
Потянулась, демонстративно повернувшись ко мне лицом. Так же демонстративно и мучительно медленно потянула вверх край футболки, сквозь ресницы наблюдая за моей реакцией. Чтобы вскипятить мне кровь призывно манящей грудью, и плюхнуться обратно на живот, оставшись в одних шортиках. Которые, судя по всему, тоже исчезнут. Чуть позже. Когда у меня окончательно зашкалит уровень спермотоксикоза.
"Твою мать, Кошка! Хватит! Хватит!!!"
Нет. Не хватит.
Даже этого ей показалось мало, и не для того она отпросилась на неделю с курсов, пообещав заниматься дома.
Садистка клацнула ноготком по кнопке ноутбука, запуская видеоурок обратно, и принялась что-то записывать в тетрадь, покачивая согнутой в колене ногой.
Вперед, назад. Вперед, назад. Неприкрыто намекая на то, что мне достаточно протянуть руку и сдернуть шортики вниз, чтобы потом раз за разом впечатывать ее своим телом в кровать тем самым продемонстрированным движением, которого хотел не меньше чем она.
Но я не потянулся. Скрипнул зубами и снова попытался найти в предложениях о продаже вкладыш, которого мне не хватало для полной коллекции.
А Геля стрельнула по мне взглядом, подперла подбородок ладошкой, скрестила ступни, и снова выдохнула:
— Жарко.
— Пиздец как, — прорычал я.
Силой заставил себя перевести на экран своего телефона, вновь прилипший к упругой заднице Кошки, взгляд. Перескочил со страницы форума на прогноз погоды и заскрипел зубами. Нихрена хорошего в ближайшую неделю не предвиделось. Хотя для всех вокруг солнце и скакнувшая за двадцатку температура была далеко не таким уж и хреновым событием.
— Может, я балкон открою?
— Нет! Смотри свои уроки! Я сам все открою!
Я подорвался с кровати, поправляя болезненно пульсирующий от напряжения член — Кошка уже не просто провоцировала, она осознанно доводила меня до состояния каления, каким-то хером подбив себе в помощники и ЖКХ-шников, и сошедшую с ума погоду, — дошел до балконной двери и приоткрыл ее на проветривание. Повернулся.
И заскрипел зубами.
Уже от "невинного" покусывания кончика ручки.
"Да твою ж мать!"
Последние два дня в паху и так все ныло от постоянного и непрекращающегося адового стояка, а теперь и вовсе свело до боли. И ведь можно было остановить эту пытку прямо сейчас. Одно единственное слово, да даже просто рвануть ее шорты вниз, и все — конец мучениям и издевательствам. Только я стиснул зубы, вернулся на расправленную кровать и залпом осушил бутылку пива. Чтобы уткнуться в страницу форума, пытаясь сконцентрироваться на объявлениях о продаже вкладышей, а не на мыслях о том, чем сейчас можно было заниматься.
"Хрен тебе! Я сказал неделя, значит неделя!"
Правда моя упертость дала трещину и начала стремительно таять, когда из динамиков ноутбука раздались характерные звуки и стоны.
Геля врубила порно и повернула экран так, чтобы я даже не желая того, краем глаза постоянно видел все происходящее на экране. И хрен бы с ним, с порно. Чтобы до меня дошло, насколько сильно я встрял, Кошка пустила в ход ничто иное, как тяжёлую артиллерию. Прогнувшись, она оттопырила попку вверх, провела по ней ладошкой и, томно выдохнув, потянула шортики вниз — ничто иное, как открытое заявление, что не дотерпит сама и не даст этого сделать мне, а если продолжу, то дальше будет только хуже. И почему-то я был уверен, что Кошка сделает все, чтобы я сорвался раньше срока.
— Все! Хватит! — взорвался я.
Подскочил на ноги, захлопнул крышку ноутбука и решительно направился к кладовке, где начал перетряхивать дальние полки, выбрасывая в коридор все то, что могло пригодиться на природе.
— Совунчик? — удивленно протянула Кошка, увидев и отскочив в сторону от пролетевшего и врезавшегося в стену баула с палаткой. — А мы что, куда-то едем?
— Едем, — рявкнул я. — Туда, где нет блядского интернета! У нас же не увольнение на неделю, а внезапный отпуск. Вот и проведем его внезапно! И без интернета! — я хохотнул найденному решению проблемы и повернул голову на подозрительно радостный визг и раздавшийся за ним торопливый топот.